Мост
Шрифт:
– Бля! Что за хуйня?!
– Пойдём, – девушка потянула приятеля за рукав и шагнула вниз. С нижних этажей послышался торопливый топот и на лестничную площадку выскочили три мужика с факелами.
– Добрый вечер! – продолжая неторопливо спускаться, поздоровалась Машка. Лёшка испуганно жался за её спиной.
– Что за… – первый мужик поднял над головой факел. – Вроде девка?
– Это же Машка, сестра Анки-давалки, – подсказал второй мужик. – А вторая кто? Ну-ка, выйди на свет!
Парень неохотно сделал шаг из-за спины подруги.
– А, Лёшик! – узнал его первый мужик. – Какого хуя ты тут шаришься? Пиздюлей давно не получал? Это наша территория!
– Да тут уже нет ничего, вы всё подобрали, – пробормотал Лёшка.
– А ты чего – купил тут всё? – с вызовом спросила Машка мужика с факелом.
– Малая какая-то борзая! – опешил второй мужик. – Слышь, а отсосать?
– Утухни! – обернулся к нему первый. – Западло парочку пиздить. А вы пиздуйте отседова, пока мы добрые!
– Да пожалуйста! – Машка с независимым видом не спеша стала спускаться по лестнице, Лёшка на негнущихся ногах ковылял следом. Мужики с факелами молча смотрели им в спину. Когда спустились в холл с панно, Лёшка шепнул:
– Бежим!
– Стоять! – тоже шёпотом ответила Машка и крепко сжала его руку. Не спеша пройдя по усыпанному битым стеклом коридору первого этажа, они вышли на улицу.
– А вот теперь бежим! – скомандовала девушка, и они припустились по заросшей аллее. Только когда ограда заброшенного НИИ осталась позади, и впереди стал виден костёр, горевший перед поселковой администрацией, они остановились.
– Я чуть не обоссалась! – тяжело дыша, призналась Машка.
– А с виду и не скажешь, – переводя дух, уважительно ответил Лёшка.
– Давай по домам, хватит на сегодня приключений.
– Тебя проводить?
– Не надо. А то родаки увидят – ещё больше орать будут.
Машка жила с родителями и сестрой в небольшом домике на окраине посёлка, а родители Лёшки – в одной из уцелевших пятиэтажек. Поэтому дальше девушка пошла одна. Окна их дома тускло светились оранжевым мерцающим светом. "Значит, мать всё-таки сумела выменять свечи!" – обрадовалась Машка. А то надоело по вечерам сидеть в темноте. Она ещё застала то время, когда в Посёлке было электричество. Точнее, каждый вечер на час Председатель включал дизель-генератор. Соляру для этого он брал у Васьки-химика – старого деда, родители которого когда-то работали в Институте. Они и научили Ваську делать горючку из сосновых чурок. Председатель как-то с ним договаривался, впрочем, если ты избран народом и у тебя на плече карабин – договариваться несложно.
Но как-то генератор сломался, а когда через месяц Председатель его починил, выяснилось, что почти все провода в Посёлке уже спиздили. Все дружно ругали каких-то неведомых металлистов, а сами втихаря подсчитывали – сколько приезжие торгаши отвалят им за алюминиевые провода. После этого электричества в Посёлке больше не было, а дизель Председатель перетащил к водокачке – чтобы обеспечивать подачу воды. На ближайшем поселковом сходе он, потрясая карабином, сердито сказал:
– Освещение мы проебали, но с водопроводом я этого сделать не дам. Кто будет трубы пиздить – тому лично башку отстрелю!
А вместо уличного освещения приказал по ночам жечь костер на площади перед зданием администрации.
Машка переступила порог родного дома.
– Где блындала? – сердито спросила мать. – Стемнело уже, а тебя всё нет.
– Гуляла, – коротко ответила Машка.
– Одна вон догулялась, – мать кивнула на Анну, старшую сестру Машки. – Смотри, и ты в подоле принесёшь!
– Ма, отстань, надоело!
– Ты как с матерью разговариваешь! Пороли тебя мало, а сейчас поздно – семнадцать лет уже. Отец, хоть ты ей скажи!
Отец поглядел, как Машка разувается, и со знанием дела посоветовал:
– Портянки высушить не забудь.
– Это всё, что ты можешь сказать? – рассердилась мать. – Она вон себе причесон сделала, небось Зинке-парикмахерше незнамо что пообещала. И бегает где-то по ночам. А тут вон стреляли недавно, да очередями, из автомата, наверное.
– Военные прилетели, – объяснила Машка. – Видно, кто-то в их бункер полез – вот и стреляли.
– И что – уже улетели? – встрепенулась сестра.
– Вроде нет, вертушка на территории части села.
– Мне надо сходить в одно место, – Анна стала быстро одеваться. Когда за ней захлопнулась дверь, мать проворчала:
– К военным на блядки побежала. Вырастили доченьку на свою радость. Машка, гляди у меня, если и ты…
– Мать, чего ты ко мне докопалась? – не выдержав, закричала девушка.
– А то! Вон причесон себе сделала…
– Ах, тебе мой причесон не нравится?! – Машка схватила ножницы, лежавшие у швейной машинки, и стала на ощупь остервенело кромсать свои волосы. – Всё, довольна?!
– Довольна, – смущённо выдавила мать и позвала. – Иди ужинать, а то картошка остынет.
– А что к картошке?
– Соль.
– Негусто, – огорчилась Машка.
– Ты бы чем-нибудь полезным занялась, – снова завелась мать. – А то только жрёшь, блындаешь до темноты, да книжки свои читаешь!
Глава 3
Да, книжки были Машкиной слабостью. В отличие от своих ровесников, многие из которых с трудом могли прочесть по слогам пару строк, она читала всё подряд и запоем. Большого выбора у неё не было – книги в Посёлке редкость. К счастью, она ещё в детстве набрела на не до конца разграбленную библиотеку бывшего НИИ. Сначала читала прямо там – среди поваленных стеллажей и гор разбросанных книг. Но когда она стала замечать, что книжное море постепенно мелеет, то стала самые интересные книги перетаскивать домой. Но это не были происки других любителей чтения – просто обитателям Посёлка приглянулся источник халявной бумаги.
Школа в Посёлке давно закрылась, и читать детей никто не заставлял, да и специально не учил. Кого-то научили родители, кто-то нахватался знаний сам, но особой потребности в образовании у жителей Посёлка не было. Работа у всех была простая, и больше требовала физической силы, чем грамотности.
Поэтому на фоне других подростков Машка выглядела белой вороной. Она этого стеснялась и старалась лишний раз не демонстрировать. Родители на её увлечение отреагировали кисло – чем сидеть, уткнувшись носом в книгу, лучше бы что-то делала по дому. Но Мария не изменяла своему увлечению. Когда все более-менее художественные книги были прочитаны, она взялась за всё, что попадалось под руку. Однажды попалась книга "Настройка, ремонт и техническое обслуживание швейных машин". Отец, как-то увидев это дело, приволок сломанную механическую швейную машинку. Марию настолько поразил тот факт, что в книге может быть описан реальный мир, что она три месяца не отходила от машинки, пока не наладила её и не научилась пользоваться. В первую очередь она экспериментировала над своей одеждой, но со временем стала брать заказы со стороны, что для пятнадцатилетней девчонки было определённым достижением.