Чтение онлайн

– Ну… – посерьёзнела рыжая. – Зазевались, вот нас и сцапали.

– Они что же, специально на вас охотились?

– Они ж беспредельщики, – пожала девчушка плечами и стащила штаны. Под ними красовались аккуратные розовые трусики.

Темнит рыжая. Даже такой наглый беспредельщик, как Джон, не станет рисковать, воруя людей из крутой «бригады». Это значит спровоцировать войну. В Москве хватает куда более беззащитных жертв.

– Наверное, чем-то вы ему здорово досадили…

– Ага, покрасили любимую лошадь в зелёный цвет, – буркнула Катя. И отвернулась, закрывая тему.

Да, я не ошиблась. Вероятно, детишки подобрались слишком близко… И что-то сумели узнать. Что-то важное… Понятно, почему их так искали… Искали, рискуя жизнями десятков других людей. Не только потому, что они были любимцами всей «бригады»… Интересы бабы Дарьи как-то пересекались с интересами Джона.

Ну и что? Почему меня это так беспокоит?

Катя разделась и отправилась под душ. А я всё ещё стояла в нелепых сатиновых трусах, и сознание лихорадочно вертело осколки событий, пытаясь выстроить из них единую картину.

В раздевалке было тепло. Но меня зазнобило.

О господи…

Опустилась на скамейку и закрыла лицо руками. Я что же, теперь обречена на паранойю? В каждом новом человеке подозревать врага… Не хочу, не могу так больше…

Чьи-то босые ступни прошлепали по выложенному плиткой полу. Чья-то мокрая ладонь робко коснулась моего плеча:

– Таня…

Я отняла ладони от лица.

– Ты что? – В её голубых глазах были удивление и испуг. – Тебе плохо, да?

Я покачала головой.

Рыжая недоверчиво захлопала мокрыми ресницами – совсем ещё ребёнок…

Мне вдруг стало стыдно собственных подозрений. Неловко улыбнулась:

– Было плохо. Но теперь уже лучше. Честное слово… У тебя мыло в волосах.

– Где?

– Иди домывайся, грязнуля…

– Я – грязнуля? – искренне возмутилась Катя. – Да ты себя не видела полчаса назад!

В чистой чужой одежде можно почувствовать себя другим человеком. Можно забыть, хотя бы на время, о своих страхах. Идти по коридору, смотреть на прикрытые плафонами тусклые лампочки и видеть солнце, яркое солнце среди голубого неба, барашки облаков… Слышать мягкий шелест листвы, чувствовать прикосновение ветра…

Когда-нибудь я вырвусь из этого проклятого города. Когда-нибудь мне уже не надо будет прятаться…

В комнатке, где сидели мои товарищи, обстановка была непринуждённая. Горка бутербродов на столе ополовинела, две пластмассовые бутыли с пивом опустели. Вероятно, больше всех Грэй постарался. Пиво – неотъемлемая часть процесса его мозговой активности. Хотя доктор был самым старшим из троих, выглядел он самым бодрым.

Артём казался усталым, с каким-то болезненным блеском в зрачках. Наверное, физик до сих пор не оправился от гибели друзей и лаборатории.

Чингиз… Чингиз спокоен. По крайней мере такое создавалось впечатление. Длинные, светло-пшеничные волосы аккуратно зачёсаны назад, подбородок гладко выбрит, из-под камуфляжной куртки выглядывает модный тонкий свитерок… Да, я понимаю… За эти годы Король хорошо овладел умением скрывать чувства.

Судя по лицам всех троих, беседовали они отнюдь не о погоде и не о видах на урожай. Что-то другое было и во взгляде Чингиза. Что-то новое. Я отвела глаза – хуже нет обманываться в надеждах.

– А ты – прямо фотомодель. Из журнала «Защитник Отечества», – усмехнулся Грэй.

Мешковатый российский камуфляж на целый размер больше. И журнал такой давно не выходит. Но всё равно спасибо за комплимент.

– Разве мы не спешим? – спросила я, опускаясь на стул.

– Куда спешить, Таня? – удивился доктор. – Еды – полно. Пиво тоже… ещё осталось.

Весёлый… Только смотрит очень внимательно. Боится, что после сегодняшней ночи я сломалась?

Чингиз придвинул ко мне тарелку с бутербродами:

– Тут кой-какая информация всплыла. Если сопоставить всё вместе – интересно получается.

Я насторожилась.

– Наш приятель Джон не просто торговал людьми. Он работал по заказу.

И что тут особенного? Только то, что баба Дарья как-то связана с этим. Иначе откуда бы она знала такие детали. Неужели Король этого не понимает?

Я вдруг захотела почувствовать Дарью. Сама не знаю, как вышло. Новое незнакомое ощущение. Словно шаришь в темноте, в чужой комнате, и пальцы натыкаются на предметы, угадывая их форму.

Это длилось меньше секунды. Дарью я так и не почувствовала. Зато обнаружила Мака. Он сидел на местной кухне и ел горячий суп. Румяная повариха заботливо подливала ему в тарелку из здоровенной кастрюли. Потом ощущение развеялось…

А Чингиз так же спокойно продолжал:

– …С января Джон занимался детьми. Ничего необычного. Если бы не одна странность. Двое похищенных – из семей крупных бизнесменов. Самая высокая цена на человеческом рынке куда ниже того выкупа, который бы за них отдали. Но Джон даже не пытался требовать денег…

– Кто-то и так хорошо ему заплатил? – поняла я.

– Или были ещё какие-нибудь уникальные стимулы, – усмехнулся Грэй, прожёвывая кусок бутерброда.

– Но кто может быть настолько заинтересован в этом?

– Сама подумай, Таня.

И тут до меня дошло.

Не было никаких случайностей.

Иван вёл машину не наугад. Иваном управляли. До подвала Джона оставалось метров сто, когда машина свалилась в воронку. Чуть-чуть не дотянули… И Слепень… Он тоже не зря там оказался. Если Михалыч его не убил, значит, он был им ещё нужен…

Я откинулась на спинку кресла. Уродливые осколки наконец-то сошлись краями. Не слишком симпатичная картинка… Легче не стало, зато больше определённости. Не знаю, как я ухитрилась выбраться из всего этого…