Чтение онлайн

Сколько времени прошло? Наверное, секунд десять…

– Ты как? – спросила я Ивана. Майор скупо улыбнулся:

– Кажется, пара рёбер… В общем – терпимо.

Слава богу, я его почти не помяла. Рёбра – это пустяк… Когда падаешь из машины на полном ходу и всего-навсего ломаешь рёбра – считай, тебе здорово повезло. Если бы не армопластовая броня – вряд ли он так легко отделался.

– Идти сможешь? – спросил Иван, наскоро прилаживая плоскую коробочку между дверной ручкой и косяком.

– Конечно, – бодро заявила я и раскачиваясь, словно пьяная, поползла вверх спиной по стене. В глазах заплавали тёмные круги. А майор – молодец. Быстро соображает. Понял, что надо срочно убираться. Хотя мало что успел разглядеть.

– Растяжка не поможет, – сказала я.

– Но и не помешает, – буркнул Иван.

Сколько там, в этом взрывателе, задержка? Полсекунды? Секунда? Для них – целая вечность. А для меня… Для меня теперь, наверное, и полчаса будет мало.

Иван закончил возиться с дверями, ловко перекинул мою руку через своё плечо и с настойчивостью маневрового тепловоза потащил меня к лестнице. Больно. Но подозреваю – ему тоже несладко. Чувствовать сломанными рёбрами моё одеревенелое тело – не самое эротическое переживание. А ещё он заметно хромает.

– У вас там как? Порядок? – раздался в наушниках нерешительный голос Семёна.

– Почти… – пробормотал Иван. – Сваливаем из этой гнилой конторы. Тем же путём.

Перед первой ступенькой майор чуть замешкался. Ему явно досталось куда больше, чем он хотел показать. Я вяло попробовала отстраниться, но он сжал мою руку и хрипло выговорил:

– Не дёргайся. Сама всё равно не дойдёшь.

Сталь за нашей спиной гудит от особенно сильного удара. Гул переходит в какой-то тоскливый стон. Вдруг всё затихает. И от этой тишины – по-настоящему жутко. В ту же секунду дверь на лестницу закрывается за нами. Здесь есть камера слежения, и Семён может «вести» нас с пульта админа.

Чёрт, ну почему мне так плохо?… Я беспомощнее ребёнка. Тогда, с Дьюком, всё было иначе…

Они хорошо подготовились. И мы сами шагнули в заботливо расставленную ловушку…

Подъём оказался тяжёлым.

– Семён! – негромко позвал майор, когда мы наконец оказались в верхнем коридоре. Три трупа всё так же лежали поперёк прохода. Большие тёмные пятна на коричневом ковровом покрытии медленно начинали подсыхать. Дверь «контрол-рума» была приоткрыта.

– Семён, – повторил майор. – Где ты застрял?

Тишина. Такая тишина, от которой люди со слабыми нервами начинают палить в стены, в потолок, в воздух… Куда угодно. Лишь бы не слышать, как бешено колотится собственное сердце.

Дверь в комнату сисадмина медленно стала открываться. Иван положил палец на спусковой крючок и осторожно прислонил меня к стене. Но сразу расслабился.

На пороге стоял тот самый «виртанутый» бедняга, которого я усадила сторожить «монстров». И как он сюда добрался?

– Полный рулез! – сказал бледный паренёк.

– Ты что там делаешь, сопляк? – хмуро спросил Иван, чуть опуская автомат. Парнишка не ответил. Лишь радостно улыбнулся. Мгновение спустя его рука скользнула из-за косяка. В руке был «вайпер».

Длинная, почти бесшумная очередь отбросила майора назад. Уже падая, Иван успел нажать спуск «барса». Часть пуль вышибла искры из стальной двери, но некоторые достигли цели.

Паренёк рухнул на пол, выронив захлебнувшийся «вайпер».

– Класс! – пробормотал он, глядя на дырку пониже ключицы. Из дырки толчками выходила кровь. Кажется, была задета артерия.

Иван поднялся. Он даже не был ранен. Вся очередь угодила в бронежилет. Майор подошёл к пареньку.

– Так нечестно! – обиженно выговорил тот. – У тебя броня. Мы должны… должны переиграть… – голос парнишки слабел.

Иван ногой отбросил «вайпер» и распахнул дверь. Перед разбитыми экранами в изрешечённом кресле застыл мёртвый Семён. Лысоватый хозяин кресла, так и не успевший подняться, лежал в красной луже рядом.

– Гадёныш, – обернулся майор.

– Надо было сохраняться… Теперь… перезагрузка… – безразлично выдавил паренёк и затих, навсегда уставившись перед собой покрасневшими от «Нео-Мэйджика» глазами.

Лицо майора дёрнулось, словно его мучила зубная боль.

– Иван, открой двери в торговый зал, – тихонько попросила я.

– Чего? – удивился он.

Я не ответила. Отвернулась и расплылась в широкой улыбке:

– Привет, ребята!

Нашла силы слегка помахать рукой.

«Ребята» в количестве не меньше десяти топтались у выхода из «гэйм-рум». В основном не слишком здорового вида юноши и девушки от пятнадцати до двадцати лет. Нет, они совсем не робели. Они таращились на меня даже с интересом. Без вирт-шлемов вся компания выглядела почти мило. Если бы не «вайперы» у них в руках. Они держали пистолеты-автоматы с той же непринуждённостью, с какой раньше, наверно, пользовались «джойстиками».

– Ни хрена здесь не работает, – прошептал майор – Этот… сопляк вдребезги разнёс пульт.

Понятно. После того как Семён открыл дверь в игровой зал, для них пульт уже не нужен. Ловушка захлопнулась.

«Виртанутые» радостно скалились, глядя на трупы, и вполголоса что-то обсуждали. Кажется, хвалили поразительно достоверную компьютерную графику.

Пока они не стреляют. Но назад, к пролому в стене, нам не пробиться. Кроме этих десяти, в «гэйм-рум» ещё человек восемь. И наверняка – тоже не с пустыми руками.

Две милые женщины заранее озаботились…

Снизу, со стороны лестницы, донёсся скрежет. Сантиметровая сталь будто подавала знак, что больше не выдержит.

Чувствуя озноб, я глянула на Ивана. Он тоже понял. Оставались считанные минуты, когда что-то ещё зависело от нас. А потом мы превратимся в кукол, бессмысленных и покорных. Как Митяй. Или эта толпа бледных, несчастных подростков с автоматами.

Шатаясь, я медленно начала отступать ближе ко входу в «контрол-рум». Никто из «виртанутых» не отреагировал на моё движение. Иван присел наготове в дверном проёме. Его ещё не заметили. Как только я упаду на пол рядом с «вайпером» мертвеца, майор попытается уложить всех этих невинных головорезов. А я помогу. Если сумею.