Чтение онлайн

Он действительно поскользнулся. Но не упал, не выронил автомат, его пуля не ушла мимо цели — он не собирался стрелять. Он просто распахнул дверь камеры и поскользнулся на куске мыла, который Петра положила на пороге. Ухватился за косяк и сквозь зубы процедил:

— Дура!

Шагнул внутрь камеры, и Петра, закричав, скатилась с кровати и бросилась к дальней стене. Она почувствовала, догадалась, что что-то пошло не так.

— Бери ее!

Второй охранник заскочил следом, перехватил выставленные руки девушки, завел их назад, скрутил. Петра попыталась сопротивляться, вырывалась, лягалась, но что может сделать накачанному бандиту восемнадцатилетняя девчонка? После тяжелой затрещины в голове загудело, ноги стали ватными.

— Давай, я ее на плечо возьму…

И как-то странно хрюкнул, словно захлебнулся. Или подавился. И хватка ослабла. Какое-то движение в камере осталось за пределами понимания оглушенной Петры. Кто-то вскрикнул. Звук, похожий на удар. И громкий вопрос:

— Ты жива?

Удерживающий ее охранник почему-то оказался на полу, стало свободно, девушка сделала неуверенный шаг вперед и почувствовала, как возле ее носа раздавили малюсенькую ампулу с резко пахнущей жидкостью. В голове прояснилось.

— Идти можешь?

— Да!

— Держись между нами. Вперед не лезь. Если начнется пальба — прижимайся к стене. И ничего не бойся — выберемся!

Стоящий перед ней здоровенный мужик был в безликой наномаске, в черном спортивном костюме, столь любимом ее похитителями, но Петра поняла, что он не из их числа. И не потому, что оба охранника истекали кровью на бетонном полу: мужик говорил иначе, по-другому строил фразы.

— Кто вы? СБА?

— Неважно.

Хуже всего пришлось китайцам. Первоначально, прижатые канторщиками Зузинидзе к левому крылу девятого этажа, они не растерялись и даже на какое-то время перехватили инициативу, сумев прорваться наверх. Выучка и мастерство спецназовцев Тао позволяли им надеяться даже на благополучное отступление: получив сигнал о помощи, из Шанхайчика вылетел вертолет, и все, что им оставалось сделать, — добраться до спасительной крыши. И они это сделали, прорвались, потеряв всего одного бойца.

И оказались лицом к лицу с пятеркой безов, прыгнувших с зависшего над базой «Драккара». Это был конец. Если против канторщиков у диверсантов полковника еще были шансы, то противопоставить что-либо закованным в «саранчу» десантникам они были не в силах. Сопротивлялись, конечно, но «дыроделы» хороши против бронежилетов, от титапластовых пластин боевых комплектов пистолетные пули отскакивают, как горох от стенки. Зато ответный огонь вынудил китайцев покинуть крышу: одиннадцатимиллиметровые снаряды штурмовых «ревунов» пробивают дюймовый стальной лист с расстояния в двести метров и гарантированно кладут укрывшегося за ним человека. А поскольку Слоновски лично объяснил десантникам, что заложницы наверху нет и быть не может, зато он крайне заинтересован в скорейшем захвате базы, плотность огня безы обеспечили максимальную.

— Звиад, беда, сверху «саранча» идет!!

— Б..!

Во дворе бронетранспортеры и «пингвины», сверху вертолеты и «саранча». Большинство зданий горит, канторщики начинают разбегаться. Укрыться от безов, затаиться и переждать не представлялось возможным: индивидуальные боевые комплекты оснащались довольно мощными наноскопами, способными сканировать даже сквозь бетонную стену.

— Где Петра?

Шамиль не стал удивляться неожиданному вопросу главаря, а просто вывел на экран картинку из камеры.

— Б..! Они уже там!

Пленница испуганно прижалась к стене, трясется, видно, не совсем понимает, что происходит. А здоровенный мужик уверенным движением режет горло охраннику.

— Это не они, — прищурился Звиад. — Не безы. Это вторая группа диверсантов! Первая через крышу пошла, внимание отвлекать, а эти через подвал!

Он пытался успокоить себя: пусть даже безы, не важно. Важно, что они без боевых комплектов, без «саранчи» и «пингвинов», значит, есть шанс.

— Девка жива, отлично! — Звиад посмотрел на помощника: — Шамиль, у нас на этаже тридцать человек. Я возьму два десятка и иду вниз, отбивать девку. Ты с остальными дуй в секретный гараж.

Последняя надежда на случай поспешного бегства с базы, на черный день, который наступил. Четыре бронированных джипа на двигателях внутреннего сгорания, пуленепробиваемые стекла, шины, наполненные гелем. Остановить эти мощные машины было практически невозможно, главное — добраться до них.

— Может, сдадимся? — тихо предложил Шамиль. Звиад видел, что помощник не боится, не трясется от страха, не паникует. Предложение было продиктовано разумом: даже вырвавшись, канторщики не смогли бы убежать — СБА повсюду. СБА идет по следу до конца. — Мертвый нас не оставит.

— Подожди меня десять минут, — попросил Зузинидзе. — Если я не появлюсь, не отобью девку — сдавайся.

— А если отобьешь?

— Она стоит двести пятьдесят миллионов юаней, — прошептал Звиад. — Вырвемся — поделим пополам, брат. Клянусь.

— У нас остались только локальные очаги сопротивления!

— Южная часть базы полностью в наших руках. Канторщики сдаются.

— Меня интересуют Петра и Зузинидзе! — прорычал Слоновски.

Он руководил штурмом с борта «Драккара» и прекрасно видел все, о чем докладывали безы с земли: и горящие дома, и четыре здания, вокруг которых продолжалась стрельба, и стоящих на коленях канторщиков… Не видел он лишь главных действующих лиц, тех, ради которых все и затевалось.

— Скорее всего, они в основном здании.

В нем еще продолжался бой. Десантники спустились на два уровня, встретили отчаянное сопротивление, плотный огонь из «труб» и запросили поддержку. Снизу было еще хуже. По тревоге окна первых двух этажей закрылись титапластовыми листами с бойницами, и у пехоты не получалось пробиться внутрь. Использовать же «Пчел» в основном здании Грег запретил. Оставалась надежда на группу, пошедшую в дом подземными ходами, но вестей от нее пока не было.

— Получилось! — шептал Петруха. — Получилось!!

Он бормотал для себя, но слова слышали все Бобры.

Слышали и улыбались: их выходка удалась. Удалась, несмотря ни на что. Полубезумный, лишенный всяких перспектив план сработал на сто процентов! Девчонка найдена и освобождена, безы уничтожают базу Звиада. Прибыль получена, конкурент ликвидирован. Бобры улыбались.

— Дьявол!!

Канторщики Зузинидзе открыли огонь сразу же, как только распахнулись двери лифта. Наверняка тряслись, опускаясь в подвал, держали пальцы на спусковых крючках, нервничали, готовясь встретить безов. Даже если бы в коридоре никого не оказалось, они бы наверняка начали стрелять — у кого-нибудь обязательно бы сдали нервы, а уж заметив в тоннеле неясные фигуры…