Чтение онлайн

Когда мы наконец вырвались на свежий воздух, к зданию уже подъехало несколько пожарных машин. Пожарные вовсю суетились, тянули через тротуар свои шланги. Весь прочий транспорт исчез. Улица, только что, как всегда, оживлённая, пугала своей пустотой. Я помог Джонсу отойти подальше от здания Скотленд-Ярда и посадил на свободную скамейку. Он тяжело опёрся на свою палку, с трудом сдерживая слёзы.

— Стивенс, — пробормотал он. — Мы проработали бок о бок три года, он недавно женился! Мы говорили с ним полчаса назад.

— Какая беда.

Я не знал, что ещё сказать.

— Такое уже случалось. Бомба в Скотленд-Ярде! Было — шесть или семь лет назад. Ирландцы, фении, меня тогда в Лондоне не было. Но сейчас… — Казалось, он ошеломлён. — Вы и правда считаете, что мишенью был я?

— Я ведь вас предупреждал, — напомнил я. — Эти люди не знают жалости, а Эдгар Мортлейк угрожал вам только вчера.

— Это месть за наш налёт на «Бостонца»!

— Доказать это невозможно, но другой причины я просто не вижу. — Я осёкся. — Не выйди вы встретить меня, сидели бы за своим столом в кабинете. Разве не понятно, Джонс? Вас спасли какие-то секунды.

Он схватил меня за руку.

— Меня спасли вы.

— Очень этому рад.

Мы глянули через дорогу — пожарные подключали паровые насосы, устанавливали лестницы. Клубы дыма всё ещё вырывались из здания, они густели и заволакивали небо.

— Что теперь? — спросил я.

Джонс устало покачал головой. Скулы и лоб его были вымазаны сажей. Наверное, и я выглядел не лучше.

— Не знаю, — ответил он. — Прошу вас об одном: ни в коем случае не рассказывайте Элспет!

Мы сели в поезд на вокзале «Холборн-Виадук» куда позже, чем намеревались, когда уже наступил вечер, и пассажиров поглотила тьма, как буквы на странице поглощает чернильная клякса. Джонс был мрачен. После взрыва он уже встретился с Лестрейдом, Грегсоном и другими инспекторами, но принять план действий решили завтра. Вывод о том, что объектом покушения был именно он, казался неизбежным. Доказательством были слова Эдгара Мортлейка, а также само время теракта — едва ли можно говорить о совпадении. Лестрейд предлагал арестовать братьев немедленно, но в итоге Джонс убедил его проявить благоразумие. Где улики? Краткий разговор — братья могут сказать, что этого разговора вообще не было. Джонс предложил действовать тоньше, у него есть план, делиться которым он, впрочем, не стал. Я с ним согласился. Кларенс Деверо со своей шайкой раскидывали сети вокруг агентства Пинкертона многие годы, наверняка и с британской полицией они поведут себя так же. Чтобы их скрутить, нужно действовать крайне осмотрительно.

— Едва ли Элспет знает о взрыве, — сказал Джонс, когда наш поезд въехал в район Лондона, известный как Камберуэлл, и мы собрались выходить. — Придётся ей сказать, мне невыносима сама мысль о том, что я буду скрывать от неё такое! Но место взрыва! И что мишенью, вполне вероятно, был я…

— Об этом мы ничего ей не скажем, — предложил я.

— Она всё равно догадается. У неё нюх на истину. — Он вздохнул. — Но я всё равно не понимаю наших противников. Чего они хотели добиться? Допустим, меня бы убили — вон сколько у нас инспекторов, сами видели. Моё место могут занять многие. А если им так надо меня убить, есть миллион способов попроще. Вот мы стоим на платформе. Убийца с ножом или удавкой может сделать подлое дело, что никто и глазом моргнуть не успеет.

— Возможно, убивать вас в их намерения и не входило, — сказал я.

— Раньше вы говорили другое.

— Я сказал, что вы были мишенью, и от этих слов не отказываюсь. Но Кларенсу Деверо всё равно, на этом вы свете или на том. Он лишь показал, что силён и не боится преследований. Он смеётся английской полиции в лицо, при этом он её предупреждает. Держитесь от меня подальше. Не лезьте в мои дела.

— Тогда он нас недооценивает. После такого мы наши усилия только удвоим. — Он умолк вплоть до выхода со станции. — Тут нет никакой логики, Чейз, уверяю вас, — продолжил он. — Кто был этот человек в экипаже? Что означает встреча между Мориарти и Деверо, какую роль играет этот мальчишка, Перри, как объяснить убийство Лавелля, при чём тут Хорнер с Чансери-лейн… каждое из этих событий в отдельности я могу понять. Но когда я пытаюсь связать их воедино, здравый смысл ускользает. Будто читаешь книгу, у которой при издании перепутали части и напечатали их не в том порядке, либо автор намеренно решил всё запутать.

— Смысл станет ясен, когда доберёмся до Кларенса Деверо, — сказал я.

— У меня возникает вопрос — а доберёмся ли? Похоже, Лестрейд был прав. Это не человек, а призрак. Он не материален.

— Разве не то же относится к Мориарти?

— Вы правы. Мориарти существовал, но его подлинная личина не была мне известна, вплоть до развязки. В этом и заключалась его сила. Возможно, Деверо взял его за образец. — Джонс захромал, стал тяжелее опираться на палку. — Я устал. Давайте помолчим. Мне надо собраться с мыслями перед встречей с женой.

— Может быть, вам удобнее провести этот вечер в кругу семьи?

— Нет, мой друг. Если я перенесу нашу встречу, Элспет ещё больше перепугается. Ужинаем вместе, как и собирались.

Идти от Холборна до Камберуэлла было недалеко, но дорога умудрилась завести нас в глубокие сумерки, и когда мы добрались до места, над улицами клубился густой туман, он словно глушил воздух и превращал последних пешеходов в привидения. Мимо прогромыхал четырёхколёсный экипаж. Слух уловил цоканье копыт, скрип колёс, но сама повозка проскользнула мимо нас тусклой тенью и растворилась за поворотом.

Джонс жил недалеко от станции. Надо сказать, что вид его жилища почти совпал с моим представлением о нём, — это был симпатичный домик в череде других: выступающие окна, белые гипсовые колонны, массивная чёрная дверь. Типично английский стиль — спокойствие и надёжность. Я поднимался на крыльцо из трёх ступеней и вдруг почувствовал, что все заботы дня слетают с моих плеч и остаются на улице. Возможно, свою роль сыграло тёплое свечение из-под занавесок на окнах. Или запах мяса с овощами, доходивший до ноздрей откуда-то из кухни. Короче, я был рад, что пришёл сюда. Мы вошли в узкий коридор, прямо перед собой я увидел покрытую ковром лестницу. Джонс провёл меня в гостиную. Она занимала весь первый этаж, за складной ширмой стоял обеденный стол, накрытый на троих, тут же находилась библиотека, поодаль стояло фортепиано. В камине горел огонь, но едва ли он требовался. Много разной мебели, украшенные вышивкой коробки и корзины, тёмно-красные обои и тяжёлые занавеси — комната сама по себе была уютной.

Миссис Джонс сидела в кресле с плюшевой обивкой, к ней притулилась совершенно очаровательная девочка лет шести, на руке у неё висела куколка-полицейский. Мама ей читала, но, увидев нас, закрыла книгу, повернулась в нашу сторону и девочка, её глаза зажглись радостью. На отца она была совершенно не похожа. Русые волосы в ниспадающих кудряшках, живые зелёные глаза, улыбка — это была мамина дочка, наверняка все эти годы образ девочки лепила Элспет Джонс.

— Ещё не в постели, Беатрис? — спросил Джонс.