Молот
Шрифт:
— Отец, извини, что побеспокоил, но у меня есть новость. И довольно любопытная.
Император с любопытством взглянул на сына:
— И что же такого интересного ты обнаружил?
Михаил откинулся на спинку кресла:
— Что ты знаешь о людях, обладающих одновременно свойствами Прогноста и Симбионта?
Короткая, почти незаметная пауза, затем лицо де Берга изменило выражение.
— Это может быть только интуит… — И потрясенно: — Ты уверен?!
— Я попросил сестру-дознавательницу из Церковного Трибунала провести сканирование мозгового спектра одной молоденькой фэллы. Так вот, лучшая из их специалистов утверждает, что спектр мозговых волн этой девочки по гармоникам практически полностью совпадает с твоим и твоих Симбионтов! На всякий случай я проведу завтра полный осмотр под предлогом проверки способностей и сброшу результаты тебе. Хорошо?
Отец внимательно посмотрел на сына:
— Договорились. Правда, чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше. Если эта фэлла — интуит, то у нас появляется большой шанс надрать Бездне задницу! Причем с гораздо меньшими потерями для Империи, чем планировалось.
— Это хорошо. Но что ты скажешь, если узнаешь, что я тоже потенциальный Прогност? — Михаил грустно улыбнулся и вздохнул: — Мне тоже начинать искать себе Симбионта?
Император посуровел:
— Ты — потенциальный Прогност. Спящий. Твои способности не могут быть разбужены, потому что у нас больше нет активаторов, пробуждающих из латентного состояния. Так что свои поиски можешь отложить на неопределенное время. Короче, не забивай себе этим голову, живи обычной жизнью. А теперь, извини. Мне пора. И я жду результатов осмотра твоей фэллы в ближайшее время.
С тихим щелчком сфера погасла, и принц замер в своем кресле, глядя остановившимся взглядом на то место, где только что висело объемное изображение отца. Потом поднялся и отправился к себе…
— Что скажешь, отец?
Тот сосредоточенно просматривал только что полученные от сына файлы. Закончив, поднял потрясенное лицо, медленно произнес:
— Она — интуит! Второе лицо после меня в рангах Империи. Без всякого сомнения! Я немедленно высылаю «Вампира» за ней. Корабль будет на Тевтонии через десять дней.
— Хорошо. А что со мной? Ты сделаешь меня Прогностом или нет?
Отец тяжело вздохнул:
— Ты этого хочешь? Уверен?
Михаил презрительно взглянул в сторону пылающих за окнами резиденции огней далекого Гроссбурга.
— Мне что, всю жизнь быть за твоей спиной? Видеть, как ты теряешь здоровье и собственную жизнь для того, чтобы защитить людей? Помнишь, ты мне сказал, что разделенная ноша становится легче? Так вот я тоже хочу помочь тебе в этом. Отец, решайся! Я знаю, что возможность создать активатор есть.
Иван внимательно взглянул на сына еще раз, затем повторил:
— Ты — уверен? Ноша Прогноста гораздо тяжелее, чем просто бремя власти. Не каждому под силу вынести ее…
— Я твой сын! И твоя судьба — моя судьба. Решайся!..
Император опустил голову и глухо ответил:
— Хорошо. Обещаю подумать.
— И как долго?!
— После твоего дня рождения я дам ответ.
Михаил впервые улыбнулся после возвращения отца из Запретного Мира:
— Я буду ждать, папа…
Глава 9
Утром после возвращения со стройплощадок наместник наведался к Файре. Он застал девочку сидящей возле окна и с отсутствующим выражением лица смотрящей в парк, окружавший резиденцию. Лишь при появлении Михаила она немного пришла в себя, торопливо вскочила с места, поклонилась:
— Господин…
— Давно проснулась? — Он улыбнулся ей не официальной, а обычной доброй улыбкой.
— Да, господин…
— Завтракала?
— Да, господин…
— Что ты все время: «господин» да «господин»? Хочешь погулять? У меня есть немного времени до приема просителей. Так что можем выйти на улицу.
— Спасибо, господин. Вы очень добры…
И вдруг сложила руки на груди, умоляюще взглянула на него:
— Что вы со мной сделаете, господин?
Михаил посуровел:
— Девочка, тебе все же придется отправиться в Метрополию. После вчерашнего медосмотра выяснилось, что твои способности крайне важны для Империи. Причем настолько, что Император послал за тобой свой личный корабль!
На круглом личике подростка появилось изумленное выражение.
— Сам Император?!
— Да, малышка. А пока тебе придется побыть у меня в гостях.
— Сколько еще ждать, господин?
— Восемь дней. «Вампир» уже в пути и минует Коридор Благого Намерения к исходу этого дня.
Девочка замерла, глаза подозрительно заблестели, но она лишь крепче сжала кулачки, затем тихо прошептала:
— Восемь дней… Всего…
И от того, какой она в этот миг была несчастной, Михаил пришел в бешенство. Империя! Все для Империи!.. Отец, наступивший на горло себе. Он сам, потерявший сестру… Миллионы убитых… И вот этот ребенок, себе на горе обладающий какими-то сверхспособностями, который тоже будет принесен в жертву молоту Империи!.. Да, скоро будет вторжение чужаков. Из-за этого отец так свирепствует и, не жалея ничего и никого, спешит построить военную машину, способную остановить нападение и тотальный геноцид. А если он ошибается? Сможет ли тогда жить спокойно, если вторжение не состоится?..
И вдруг все мысли вылетели у Михаила из головы, когда взгляд зацепился за перепуганное личико фэллы, бросился к ней, ухватил за плечи, чуть присел, заглядывая в широко раскрытые от страха глаза:
— Что с тобой, девочка?!
— Вы… Вы… У вас так лицо изменилось, господин…
Он выпрямился, погладил ее рукой по голове.
— Извини, если напугал.
Отступил на шаг и смущенно пробормотал:
— Я пойду. Дела. Ты не бойся. Если скучно — скажи. Хорошо?
— Хорошо, господин…
Михаил вышел из гостевой комнаты, провел по лицу ладонью, будто стирая морок. Какого… Девчонка заставляет его вести себя так, словно… Ладно. «Вампир» увезет ее к отцу, и тогда это колдовство исчезнет. Пусть царственный родитель разбирается с чудесами…
Время до дня рождения пролетело незаметно. Поездки, встречи с посетителями, совещания. Совместные ужины с девочкой фэллой, проходящие всегда в обычном полном молчании… Наконец настал и этот день.
Михаил не собирался устраивать пышных церемоний или большого праздника. Вовсе нет. Наоборот, хотел уехать в столицу Тевтонии и весь день провести один, гуляя по улицам либо посетив один из увеселительных парков города. Впрочем, поначалу была идея взять с собой Файру, но, подумав, он отказался от этой мысли, поскольку, несмотря на наступивший мир, граждане Ордена относились к фэллам, мягко говоря, не очень дружелюбно. Так что портить себе праздник не хотелось. Двадцать лет бывает лишь раз в жизни!