Чтение онлайн

– Но она заражена демоном ночи, госпожа.

И это мне известно.

– Но это дает вам шанс открыть дорогу между измерениями в момент рождения самого демона.

– Это сделать можно, но я хотела использовать демона для иной цели. Хотя ты прав. Сейчас наступает весьма опасный момент в моей игре со Шпренгером и Иститором….

Черное море

1648 год

Игорь, Татьяна, Светлана

Закир-паша, капудан-ага*(*Капудан-ага-капитан галеры) галерного флота Султана Блистательной Порты с удовольствием купил новую партию рабов-гребцов. Во время последнего перехода многих рабов пришлось вышвырнуть за борт. И его галера нуждалась в крепких парнях.

– Удачная сделка! – сказал Эсмаил-бей, сгребая золотые монеты в большой кошель.

– Для тебя, почтенный. Ты удачно сходил в Украину. А я несу расходы на пополнение гребцов государственной галеры. Ведь это судно принадлежит султану, да продлит Аллах его годы.

– Да, но капудан-ага забывает о девушках для гаремов. Ведь ты купил их больше десятка.

– Кто знает, как удастся продать? Может, я понесу убытки.

– Не прибедняйся. Уж я-то знаю, как они идут в Стамбуле. Получишь по 5 тысяч цехинов за каждую. А то и больше.

– Хорошо тебе говорить, мурза. Ты не платишь за них деньги.

– Но я рискую за них головой. А это ценнее денег, капудан-ага. А за раба с медными руками ты мне еще скажешь спасибо. Он отработает тебе за десятерых. Помни о заговоренном ключе, только им можно отомкнуть его кандалы.

– Не забуду! – Закир-паша, хлопнул себя по жирному брюху. – Хотя все это кажется странным и пахнет колдовством. Да и содрал ты с меня за него целую тысячу, когда обычный раб сейчас стоит не более 400 цехинов. Раб-мужчина не мальчик и не женщина.

– Этот раб того стоит. Уж можешь мне поверить. Второго такого нет в целом мире созданном Аллахом. И что значит отдать за него жалкую тысячу? Это практически даром, почтенный.

Игоря посадили к веслу на галере-каторге,*(*Галера-каторга – гребное судно в Османской империи, гребцами которого были рабы прикованные к скамьям. Труд на таком судне для рабов был очень тяжелым и мало кто выдерживал его более пяти лет. Отсюда и пошло слово "каторга" как обозначение весьма тяжелой и неблагодарной работы на износ (Прим. Автора). вместе с другими новыми рабами. Всех их приковали к поперечным скамьям и соединили вместе, протягивая цепь через ножные кандалы…..

Игорь часто читал о галерных рабах в книгах и видел их на экране, но никогда сам и предположить не мог, что окажется в подобном положении. Первые два дня были невыносимо тяжелыми. Его спина и шея ныли от боли, мышцы на руках, казалось, вот-вот лопнут. Греб он плохо, неумело, и плети надсмотрщика часто врезалась в его кожу, оставляя длинные кровавые рубцы.

Забываясь в коротком сне, Игорь думал, что он проснется и этот кошмар кончится. Но судьба отвернулась от него, и он, разбуженный плетью надсмотрщика, все сидел на грязной скамье за веслом.

– Если из-за тебя нас лишат ужина еще раз, я тебя задушу ночью, – злобно прошипел его сосед.

Вчера Игорь два раза сбил такт, и надсмотрщик лишил вечерней еды всех четырех его соседей. Трое из них были казаки и хорошо относились к парню, а один, что сидел рядом, татарин-убийца, просто поедом ел новичка.

– Вонючий ишак! – ругался он. – Я отгрызу твои поганые уши и сожру их!

– Заткнись, Абдурохман! – прошипел казак Михайло. – Чего пристал к парню? Он и так из сил выбился.

– Меня из-за него вместо ужина накормили плетью. Пес!

– Сам ты пес! – выругался Михайло. – Стамбульский ворюга! Свинья поганая!

– Гяурская собака! – не остался в долгу Абдурохман.

Но тут к ним подскочил надсмотрщик Реджеп. Его плеть стала хлестать рабов, без жалости опускаясь на спины и головы.

– У вас еще есть силы разговаривать, грязные свиньи! Вот! Вот! Получайте, собаки! Грести!

Игорь налег на весло. Ему не хотелось подставлять товарищей. Цепи лишили его сверх силы, и он вновь стал обычным человеком, но сила духа его не оставила. Он верил в лучшее, в то, что сумеет вырваться отсюда. Но для этого надо было выжить.

Галера везла в столицу дань кровью. Османам требовалось пополнять янычарские Орта.* (*Янычарские Орта – роты нового войска (Янычары – от тюркских слов Ени Чери – Новое войско). Набиралось из "дани кровью", которую турки изымали с покоренных народов в виде мальчиков 10–12 лет. Затем они воспитывались в исламских семьях преданными фанатиками-мусульманами.) Сотни христианских мальчиков, отобранные у родителей станут со временем непреклонными и неустрашимыми газиями **(**Газия- борец за веру.) ислама. За них капудан-ага отвечал головой. Но кроме них на корабле был и личный товар Закир-паши, 12 девушек. Их он рассчитывал продать и деньги положить себе в карман. За девушками приглядывал Абу-Реза, жирный евнух. Он следил, чтобы те хорошо питались, а это наносило убыток хозяину.

– Как состояние рабынь, Кизляр-Оглы***(**Кизляр-Оглы – буквально девичий начальник, евнух, смотритель гарема.)? – спросил Закир-паша.

– Хорошо, эфенди! Я слежу за ними. Все здоровы и упитаны. Хоть сейчас на базар.

– Смотри мне. Я чересчур дорого заплатил за них. И должен получить прибыль!

– Получишь, господин. Все в руках Аллаха! А он милостив к тебе! Все они девственны и чисты. И за таких можно будет взять в этом году по 10 000 цехинов.

– Что? – не поверил Закир-паша. – Да таких цен нет и в Трапезунде. В Стамбуле за девушку не дадут и семи тысяч, будь она хоть сама Шахрезада.

– А если предложить их в гарем падишаха и показать их самому главному евнуху султана? Евнух ведь хочет угодить повелителю и за такие дела заплатит! И 10 000 тысяч это самый минимум.

Закир-паша пригладил свою бороду и произнес:

– Если так будет, то с каждой рабыни тысяча тебе!

– Тысяча? Ты клянешься Аллахом в том господин? Если я сумею продать каждую по 10 000 тысяч, то получу лично себе тысячу с каждой пленницы?

– Именно так. Ты все верно понял. Мое слово закон, клянусь бородой пророка…..