Чтение онлайн

Весь первый курс оказался разделен на пять групп, и я оказался в последней. Моими соседями стали Софья, Сакура, Майя, Санчес, Хорек и два раннее не привлекавших внимания парня – чуть смугловатый Филипп, осматривающийся по сторонам с напускным меланхоличным видом, и широкоплечий русоволосый Железняк – выглядящий настороженно и даже где-то растерянно. Гербов на униформе не было ни у кого – пустые серебряные щиты.

– Господа кадеты, - обратил на себя внимание мастер и продолжил, когда мы все обернулись: - Тем, у кого нет возможности или желания провести отпуск в первом отражении, отправлено приглашение на сегодняшний ужин. Время до вечера рекомендую посвятить самообразованию. Выход, - выделив слово интонацией, мастер посмотрел в стену над моей головой, - за территорию Цитадели не запрещен, но я порекомендовал бы воздержаться от одиночных и неорганизованных прогулок, занявшись самообразованием и изучением интерфейса.

– Господин мастер, разрешите обратиться, - спросил Филипп, и продолжил после легкого кивка, - а как насчет неодиночных или организованных прогулок? Или нам двое суток самообразованием заниматься?

Филипп сделал вид, что перелистывает страницы воображаемого учебника – на уровне пояса, но Санчес почему-то хмыкнул, едва сдерживая рвущийся смех. Моментально, впрочем, заглохший после взгляда Олега.

Мастер взял небольшую паузу на размышления.

– Завтра, в пятнадцать… тридцать, - наконец произнес он, - жду всех желающих в у ворот Цитадели.

Не прощаясь, Олег вышел.

Я осмотрел новых соседей. Сакура встала в сторонке, сразу будто бы отстранившись от коллектива – но в тоже время и не закрываясь. Также сделал Железняк – подперев стену напротив, он по-прежнему настороженно всех осматривал. Софья первая села за стол, положив подбородок на кулачки – с любопытством ожидая, кто первым начнет разговор. Майя сохраняла внешнее спокойствие – но я чувствовал, чего ей это стоит. Повинуясь наитию, я подошел и аккуратно взял ее за руку. Балерина едва заметно вздрогнула, когда я коснулся ее руки.

Я всмотрелся ей в лицо – снизу-вверх - она была выше меня на полголовы. Чуть прикрыв глаз, на несколько секунд – так что мелко задрожали веки, Майя глубоко вздохнула, и с силой сжала мою руку – я почувствовал, как девушку колотит легкой дрожью. Сразу появилось опасение, что у нее – после произошедшего, могут быть проблемы психологического характера – но когда балерина открыла глаза, я понял, что все в порядке.

Кивнув мне, она отпустила руку и пошла к столу - я в этот момент почувствовал всеобщее облегчение – все подспудно боялись последствий перенесенного ей издевательства. Но балерина сейчас выглядела вполне нормально – лишь очень утомленной. Когда она села за стол рядом с болтающим ногой Филиппом, тот встрепенулся.

– И? – нарушил повисшую тишину тот, поднимая взгляд. – Может познакомимся?

Позади скрипнула дверь, и взгляды всех тут же скрестились позади меня – я единственный находился спиной к выходу.

– Эй, - резкий, несколько раздраженный, приправленный обидой оклик.

Как же мне выключить эхо чужих эмоций?

Развернувшись, посмотрел Юлии в глаза. Она лишь молча – приглашающим жестом, махнула головой и исчезла из поля зрения.

Ну спасибо хоть, что без привычного уже «Как там тебя?» от их семейки.

Прикрыв глаза, я медленно вдохнул и также медленно выдохнул – с удивлением и удовлетворением чувствуя, как легко получается управлять своими эмоциями. А вот Юлия контролировала себя плохо – бешеный калейдоскоп ее ярких, и местами неожиданных эмоций я ощущал все то время, пока мы шли на второй ярус Цитадели.

Слуга, вытянувшийся в стойке у лестнице, нам ни слова не сказал – вероятно, Юлии, как и мне, на второй ярус разрешение на посещений было утверждено. А нет, не утверждено – некоторое время мы постояли в ожидании, пока за нами не пришел Гера. Кивнув слуге, беловолосый поманил нас за собой по галерее – шел он быстро, нам с Юлией приходилось едва не бежать, догоняя – но вскоре мы оказались у нужной двери.

Стандартный зал – по размерам точь-в-точь как тот, в который поселили меня. Вот только сундуков здесь стояло целых четыре, а на стенах было развешано разнообразное оружие и охотничьи трофеи – напоминавшие фантастический бестиарий.

За столом сидели Саян, Дженни – кадет Евгения, Приск и Клеопатра. Последние двое, судя по всему, уже собирались уходить. Второкурсник сдержанно кивнул мне, демонстрируя сдержанное безразличие – он был весь в обсуждении, а вот египетская царица, внешностью больше напоминавшая красавицу из русских сказок, обворожительно мне улыбнулась. Евгения - увидев меня, вздохнула с таким видом, как будто в комнате возникла вдруг непереносимая вонь.

– Руслан, пойми, такие люди не попадают в дорожные аварии, - Приск уже стоял, отодвинув стул, а Саян говорил ему вдогонку.

– Всякое может быть…

– Не может, - отрезал Саян. – Совершенно не тот уровень – это самолет с Качиньским может рухнуть, а в самолет с Бжезинским ты в любой момент – хоть третья мировая начнется, можешь садиться совершенно без опаски. Понимаешь разницу?

Я, если честно, не понимал. А вот Дженни – как и посерьезневшая Клеопатра, также поднявшаяся из-за стола, судя по всему понимали.

– Она всего лишь заместитель министра, - попробовал отстоять свою точку зрения Приск.

– Догадайся с одного раза, в ведении какого министерства Соединенного Королевства находится освоение Новых Миров?

– Министерство защиты окружающей среды? – с ошарашенным – не много ни мало видом, полуутвердительно произнес Приск.

– Это не говорящая голова из телевизора, - едва кивнув, продолжил Саян, - это как раз тот самый уровень, который занимается делами.

Приск взял некоторую паузу. Впрочем, недолгую.

– Спасибо, я принял к сведению. Поработаю над этим.

Кивком попрощавшись со всеми, Приск – он же Руслан, как оказалось, двинулся к выходу. Проходя мимо меня, лишь мельком глянул – сделав при этом неуловимое движение глазами. Или мне показалось, а он просто моргнул? Клеопатра же остановилась на пару мгновений, осматривая меня с головы до ног.

– Красавчик, - подарила она мне еще одну обворожительную улыбку, прежде чем выйти из комнаты.

В наступившей тишине фыркнула Дженни, и пробормотала под нос несколько грязноватых ругательств – которые, впрочем, весьма хорошо расслышал тот самый «вонючий голодранец», кому они и предназначались.