Чтение онлайн

— Мне… мне нужно одеться. Я ведь практически голая. Уголки его губ чуть приподнялись.

— Что ж, не возражаю. Подожду тебя здесь. Буду джентльменом.

Эмма стиснула зубы. Что же ей теперь делать? Не могла же она крикнуть ему: «Ты мой сексуальный раб. Марш в спальню!»

— Очень хочется пить, — пробормотала она. — Может, пока принесешь из холодильника бутылку воды?

Не дожидаясь ответа, Эмма отвернулась и прошла в спальню. Остановившись перед кроватью, взялась за металлическую решетку изножья. Черт, соблазнительница из нее никакая. И вообще все это представлялось ей… неправильным, нечестным. Хотя на курсах по борьбе с терроризмом ее учили: не нужно бояться испачкать руки, если борешься со злом. Проблема, однако, заключалась в том, что она не знала наверняка, является ли Ангус злом. Она знала, что он вампир, но не более того.

Других вампиров она ловила в момент совершения насилия. Но ведь Ангус не делал ничего дурного, он только хотел с ней поговорить. Да, он вампир, — но можно ли считать это достаточным основанием для вынесения ему смертного приговора? Несколько дней назад Эмма сказала бы «да». Но теперь все по-другому.

Вернувшись в гостиную, она остановилась прямо перед Ангусом.

О, превосходно! Теперь полы халата все же распахнулись, а кружевные черные трусики и лифчик практически ничего не скрывали.

— Благодарю, — кивнула она с улыбкой, когда Ангус протянул ей бутылку воды. Открутив крышку, Эмма сделала глоток, потом сказала: — Я бы и тебе предложила чего-нибудь выпить, но…

Он тоже улыбнулся:

— Все правильно. Не надо предлагать. Я напился вволю перед приходом.

— Значит, это правда? Ты действительно питаешься из бутылки?

— Да, правда, — кивнул Ангус. — Мне уже не нужно соблазнять женщин, чтобы насытиться. С ними я лишь занимаюсь любовью, когда мне очень этого хочется.

Их взгляды скова встретились. И теперь его глаза горели еще ярче.

Эмма невольно отвела взгляд.

— Выходит, ты уже больше не воздействуешь на сознание людей, чтобы получить желаемое?

— Стараюсь по возможности. Она сделала еще глоток воды.

— Не верю. Вчера ночью ты вторгался в мои мысли.

— В самом деле? Что-то не припомню.

— Да, в самом деле! — Эмма вскинула подбородок. — И я не могу этого допустить. Эта твоя угроза.

— Разве я тебе угрожал? — перебил Ангус. — И что же я сказал?

— Ты… ты пожелал мне доброй ночи.

Он весело рассмеялся.

— Какая ужасная угроза… Ты очень испугалась?

— Да, испугалась. Потому что ты вторгаешься в мои мысли без моего разрешения.

— Я не хотел, поверь. Если бы я действительно хотел тебя напугать, ты бы это почувствовала. Ты бы почувствовала, как в тебя проникает леденящий холод. Вчера ты это чувствовала?

— Нет. Но почему я должна верить тебе?

Он нахмурился и пробормотал:

— Что ж, если не веришь, давай кое-что покажу.

В следующее мгновение порывом леденящего ветра ее отбросило в спальню, к спинке кровати. Эмма тотчас возвела защитную стену, но все равно продолжала ощущать мощное воздействие Ангуса. В то же время она чувствовала, что он сдерживает себя, старается не навредить ей. В душу закралась ужасная догадка: «А если он не станет себя сдерживать, то я не смогу ему противостоять. И тогда он сделает со мной все, что пожелает».

— Все, хватит! — крикнула она.

Воздействие тотчас прекратилось, и холод рассеялся.

— Ты это чувствовала прошлой ночью? — спросил Ангус, приблизившись к ней. — Именно так было перед тем, как я пожелал тебе спокойной ночи?

— Нет, не так, — ответила Эмма со вздохом. Теперь-то она понимала: если бы Ангус использовал всю свою силу, она бы непременно это почувствовала.

— Случившемуся есть только одно объяснение, — продолжил он, глядя на нее с некоторым удивлением. — Очевидно, ты превосходный реципиент, раз уловила мои мысли, не предназначенные для передачи.

Но Эмма и без него об этом знала. Находясь в Эдинбурге, она уловила последние мысли отца, умиравшего в Москве. Воспоминания об этом были сродни удару в солнечное сплетение. Она ведь видела убийство матери глазами своего отца и слышала его последние слова перед смертью: «Отомсти за нас».

— Ты в порядке? — Ангус приблизился к ней еще на шаг.

— Я — нет. — Эмма повернулась к нему спиной, чтобы он не видел боли в ее глазах; предсмертные слова отца все еще звучали в нее в голове. «Я должна это сделать, должна… — говорила она себе. — Я обязана убить Ангуса Маккея».

Он откашлялся и тихо сказал:

— Наверное, мне лучше оставить тебя в покое.

Она повернулась к нему и увидела, что он смотрит на нее в растерянности. Вероятно, понимал, что она чем-то расстроена.

— Нет, поговорим, если ты не против. — Она села на постель рядом с подушкой и закинула ногу на ногу. Ее халат при этом снова распахнулся.

Ангус шагнул к ней и процедил сквозь зубы:

— Пытаетесь завлечь меня в постель, мисс Уоллис? Сердце ее забилось быстрее. Но все же она с невозмутимым видом ответила:

— Я просто подумала, что мы действительно могли бы поговорить. И возможно, получше познакомиться.

Он пристально на нее посмотрел и нахмурился.

— Вижу, что ты ненавидишь вампиров всем сердцем, Эмма. Они убили твоих родителей, и с тех пор ты мстишь.

Она пожала плечами.

— Я называю это правосудием. — Ох, конечно же, ей следовало предусмотреть, что он обо всем догадается.

— Мой агент в Москве сейчас изучает это дело, — продолжал Ангус.