Чтение онлайн

Когда я и Володя выходим на улицу, там уже вовсю идет разговор. Из последних долетевших до меня фраз я слышу: «…отъедем, чтобы нам машины не разбили, и поговорим…»

Наше появление заставляет «таксистов» насторожиться и прервать беседу.

Двигаясь к месту сходки решительным шагом, Володя поджимает губы, и на скулах его я замечаю легкий румянец.

– Никуда не съезжайте с этого места! – приказывает он вконец обалдевшему водителю «Ниссана».

Заметив, что тот уже вынул из кармана портмоне с документами, тычет пальцем:

– Убрать документы! Какого черты ты их вытащил? Это что, сотрудники милиции?

– Ты кто такой? – тихо, но зловеще интересуется один из «таксистов». Он, похоже, выполняет на дороге роль Понта. Такой же здоровый, килограмм пельменей с пачкой масла за один присест съедает без труда.

– Вы же управляете машиной по доверенности без права продажи? – делая ударение на каждом слоге, навязчиво предлагает дальнейшее развитие сюжета Вова. – Эта машина принадлежит организации, не так ли?

Начавший втыкаться в тему водитель, то темнея, то белея лицом, кивает. Я его понимаю. В таких ситуациях лучше всего соглашаться со всеми. Поэтому он и ведет себя так, как повел бы себя на юге США афроамериканец, оказавшись в чистом поле меж бандой куклуксклановцев и бандой чернокожих: «Я, конечно, сам не люблю негров, но веревка на шею – не метод, согласитесь».

– Эй, дружок, пойдем-ка отойдем, – предлагает, медленно приближаясь к Володе, «таксист»-водила.

– Денег у него нет, – не в тему решительно рубит Вован, – так что при всем его желании покрасить за пару тысяч ваш бампер у него ничего не выйдет. Но зато у него есть страховка. И сейчас он позвонит хозяину машины, с ним вы и будете разбираться.

Понт-2 кусает губу и посматривает на своего рулевого. В голове последнего кипит работа. Первый в его практике странный случай застал урода врасплох.

– Думаешь, не настучать ли мне по кукушке? – дождавшись, когда «таксист» к нему приблизился, сказал Пострелов. – У меня в тачке еще трое корешков. В говно обоих затолчем. Или раздумываешь, не брякнуть ли знакомым гаишникам? – Вован вынул из кармана трубку и протянул ее «таксисту». – Звони. А я тем временем позвоню сам и уточню номер экипажа, который отправлен к месту аварии. Если приедет другой, их уже будет ждать РУБОП. Не ссы, звони.

Водила «Ниссана» – бывают же такие суки – под шумок уложил документики в карман и теперь потихоньку усаживается в машину. А потом мягко, почти неслышно, прикрывает дверь – ну, как в спальню любимой – и нежно включает левый указатель поворота. Что касается меня, то если дойдет до драки, я ему первому буду бить лицо. Пройдя между «таксистом» и Володей, не сводящим друг с друга дружески теплых взглядов, я досеменил до «Ниссана» и схватил водилу за шиворот.

– Ты куда это собрался, гаденыш? Разве не из-за тебя вся эта перловка?

Перехватив воротник дубленки другой рукой, я вывожу его на улицу.

– Я просто хотел посмотреть, работают ли повороты.

– А я думал, ты за пивом решил сгонять, пока мы тут разводим за твое здоровье.

– Да я пиво хоть сейчас, вот только…

Я едва успеваю отдернуть его за шиворот с дороги. Какая-то сволочь на черном «Мазерати» – трезубец на решетке радиатора только и замечаю – пролетает мимо нас, словно это не МКАД, а взлетная полоса Шереметьево-2.

Мужику становится нехорошо. Слишком много с ним случилось за последние две минуты. Он обмякает, и начинает казаться, что вот-вот свалится мне под ноги, оставив в моей руке нерповый воротник.

– Я срисовал номерок, – слышу голос Володи. – Три-Семь-Пять, МТУ. В моей тачке камера, которая вела вас с того момента, как вы решили согнать мой «Вольво». Доказуха для вашего ареста присутствует в полный рост. Но можно все решить. В отличие от вас я дам шанс.

– За это можно остаться без головы, – объясняет Понт-2.

– Мне не нужны бабки. Мне нужно пять минут вашего хорошего расположения. А потом мы разъезжаемся, как будто ничего не случилось. «Спонсор» едва жив, но это сейчас. Если я повезу его сейчас в кафе и там отпою водкой, он выразит готовность порвать вас за треснутый бампер. Сейчас он хочет побыстрее свалить отсюда. А через полчаса поймет, что, свалив, лишил себя возможности отремонтироваться за ваш счет. Десять секунд для размышления я вам даю. Никто не узнает. Даже дядя Поля.

Последняя фраза, к моему удивлению, оказалась самой действенной. Все то время, пока Вован говорил, с их лиц не сходило каменное выражение. Но как только прозвучало имя главного «таксиста» западной части МКАД, они оттаяли.

– Где будем говорить?

– В «Шайбе».

Я не знаю, что такое «Шайба». Видимо, кафе. Так и оказалось.

– Что с этим? – спрашиваю я.

– Претензии есть? – Володя смотрит на лоха бесноватым взглядом.

Владыка «Ниссана» крутит головой так, что рискует без нее остаться.

– Тогда счастливого пути.

– Пусть хоть десять баксов на полироль даст! – возмущается «таксист».

– У тебя в бардачке и полироль есть, и тряпочка. – Володя невозмутимо цепляет его двумя пальцами за рукав и ведет к машине.

Через двадцать четыре минуты разговора стало ясно, что эти двое готовы заплатить нам две тысячи долларов за цифровую запись подставы, но никогда не вспомнят «черных таксистов» на «Геленвагене». Я им верил. Володя, кажется, тоже.

Черный «Мазерати» выскочил перед «таксистами», как черт из табакерки. Это было настолько неожиданно, что, вместо того чтобы дать газу и ударить его в корму, что гарантировало бы перелом переднего бампера и разговор как минимум о тридцати тысячах, водитель ударил по тормозам. Тот редкий случай, когда «подставляла» сам переживает неприятные моменты.

– Нехорошо! – вскипел он, машинально добавляя газу за водителем «Мазерати».

– Отстань ты от него, – проворчал сидящий рядом с ним пассажир. – Не видишь – у человека с головой не все в порядке. Эта тачка сто тысяч стоит, наверняка застрахованная.

– Не, ну так же нельзя ездить!

– А если он по-другому не умеет.

– Смотри, чуть «Форда» не зацепил…

Езда постепенно превращалась в гонку за «Мазерати». Обоим «таксистам», только что разболтавшим мужика в пуховике на полторы тысячи долларов, хотелось посмотреть, чем все закончится. Сейчас они имели полное право на заслуженный отдых и решили развлечься не стоянкой у кафе, а просмотром интересного фильма.