Чтение онлайн

– Думаю, на него сожжение еретиков так повлияло, слышал же он про костёр, что-то крикнул, - сказал Волт, осматривая оставленные Виктором вещи, - может просто отдать им вещи, а про Виктора ничего не говорить? Погиб и погиб.

– А если потребуют место захоронения показать? Нет Волт, если им жрецы заинтересовались, то нас наверняка будут подробно допрашивать. Мы с тобой, ну может ещё Грум, возможно и сможем отговориться, но остальные точно нет. Да и зачем нам из-за чужака жрецам врать?

– Он мне жизнь спас, и вообще многим в Модире помог, - проговорил Волт и напомнил, - и ради тебя он тоже, между прочим, жизнью рисковал.

– Этот говнюк нас уже второй раз подставляет!
– взъелся Пинк.

– Тот раз был из-за меня, - сразу же заявил Волт.

– Ты ведь его не просил ратушу разрисовывать, - не согласился Пинк, - к тому же чего ты так взбеленился, это же жрецы бога луны, а не смерти. Он их наверняка как лекарь интересует и на кострах они никого не сжигают.

– Виктору это объясни, - не удержался Волт.

Пинк ничего не ответил и вышел из комнаты. Всё с этим чужеземцем было не так. Виктор ему сразу не понравился. От него так и несло чужеродностью. Он не так как все говорил, ходил, ел, дрался.

"Одевается как-то странно. Это его шляпа, с которой он носится, как со статуэткой любимого бога, даже красивую заморскую птицу хотел извести на украшения для неё. Постоянно совершает необъяснимые поступки, то его в Гарпинские топи тянет, то срамные рисунки на главной площади города рисует, то птиц говорить учит, а этот его последний выход в окно. Зачем? Для чего? И вещи у него странные. Арбалет какой-то придумал, таскается сейчас везде с этой бандурой. Меч тоже у него не как у нормальных людей, изогнутый и без гарды. И эта его привычка, выхватывать первым делом нож, а не меч. Как шпана уличная. И что если он когда-то помог их из тюрьмы вытащить, то они теперь должны из-за него на конфликт с жрецами идти? К тому же он тогда спасал золото, а не их".

* * *

Еду уже второй день. Моросит дождь. Сегодня переночевал кое-как в лесу, без палатки и плаща холодно, сентябрь на дворе, ладно хоть шляпу успел прихватить сбегая.

Похоже у меня жар, потряхивать начало, простыл видимо, блин опять ночевать в лесу в этой сырости. Постоялых домов и деревень я избегаю, опасаюсь погони, еду вдоль дороги за деревьями. Моя цель покинуть Митран. Недавно выяснил, что дорога ведет на запад, правда какое там находится княжество я не знаю, географические карты здесь нигде не продаются. Ладно пора на ночлег останавливаться. В сыром лесу, я точно сдохну, но лучше так, чем на костре.

* * *

Ксения была раздражена. Отец отослал её в имение вместе с теткой, юной лэре не пристало проживать одной без надзора почтенной дамы. И вот уже неделю она сидит в этой глуши, ни тебе подруг, ни развлечений. Хорошо хоть сегодня этот противный моросящий дождь прекратился и можно отправиться на единственное доступное здесь развлечение - охоту. Тётку конечно пришлось долго уговаривать, а когда она всё-таки согласилась, то навязала ей в сопровождение целый десяток, как будто, что-то в этом лесу может угрожать дочери лэра Гридича.

И вот всадница в изящной амазонке состоящей из камзола, широких штанов и пышной юбки с разрезом, с соколом на руке в сопровождении свиты из десятка дружины и двух помощников, направляется на соколиную охоту.

Рука охотницы защищена специальной кожаной перчаткой. На голову хищной птицы надет специальный колпачок, закрывающий ей глаза, к опутывающие ноги сокола ремешках прикреплены маленькие бубенчики.

Вот охотники доезжают до опушки леса. Девушка строго оглядывает помощников -двух юношей. Готовы ли они? Помощники, кланяются, показывая, что ожидают её приказаний. Охотница левой рукой снимает с головы птицы колпачок и сразу же отстегивает ремешок от опутеток, освобождая хищника. Сокол взмывает в высь и начинает кружить высматривая добычу.

– Поднимайте дичь!
– приказывает лэра.

Помощники бегут по опушке тряся трещотками, крича и свистя. Слышится квохтанье куропаток, из травы взмахивая крыльями вылетает вспугнутое их семейство. Сокол выкруживая определяется с добычей и атакует её.

Охотница подъезжает к соколу, спешивается благодарит лошадь лакомством за розыск птицы в высокой траве по звону бубенцов, затем достаёт из второго привязанного к поясу ярко-красного мешочка кусочек сырого мяса и предлагает совершить обмен хищнику. Сокол отходит от лежащей куропатки и принимает гостинец. Обмен совершен. Подбегают помощники и забирают дичь.

Девушка садится в седло, немного наклоняется и протягивает к своему крылатому хищнику руку в перчатке. Сокол взметает и устраивается на своё законное место.

– Мой Гаруша, хороший мальчик, - хвалит любимца охотница.

Девушка и её пернатый друг ещё не на охотились они едут на следующую опушку, свита следует за ними.

Вдруг к десятнику подъезжает один воин из охранения и что-то ему докладывает, после чего тот отдает распоряжение своим подчиненным и к девушке приближается половина охраны, беря её в кольцо.

– Опасность, моя лэра, - поясняет десятник.

Девушка заинтересовано смотрит в сторону куда уехали остальные охранники и не справившись с любопытством следует за ними.

– Лэра, вам туда нельзя, - пытается остановить её десятник.

Но отважная амазонка его не слушает её влекут приключения и неизвестность. Десятник матерится и следует за ней. На опушке около ручья лежит молодой человек, её охрана как раз обыскивает его. Рядом стоит расседланная и стреноженная лошадь.

– Кто это? Он мертв?
– спрашивает девушка.

– За пазухой нашли какой-то документ, моя лэра - отвечает ей один из воинов, протягивая свернутый в трубочку пергамент. Ксения подзывая помощника, передает ему сокола и раскрывает документ.

– Это лэр Виктор Чернов, а это его банковский вексель, - говорит она и ещё раз спрашивает, - он мертв?

– Нет моя лэра, дышит, но видимо не долго ему осталось.

– Доставьте его в поместье!
– приказывает лэра своим людям.