Чтение онлайн

– Слушайте, у меня скоро улетает самолет. Давайте сделаем проще. Дайте мне наличные. Я куплю банковские чеки.

Банкир слегка покраснел:

– Мистер Ирвинг, у нас сейчас на руках нет такой суммы денег.

– Вы хотите сказать, что не можете покрыть мой чек? – возопил я в ошеломлении.

– Мистер Ирвинг, вы, похоже, не понимаете... Это крупный чек. Большая сумма денег. Мы не можем...

– Позвоните Хэрольду Макгро, – приказал я. – Если чек не будет разделен на части так, как я того хочу, и если я не попаду на свой самолет, то все мои радужные планы рухнут, а вместе с ними не только мои, но и ваши.

Банкир попросил меня подождать. Спустя несколько минут он вернулся и сказал, что банк почтет за честь выполнить мои указания и приносит свои извинения за необоснованную задержку. Уже на улице, с двумя чеками в кейсе, я повернулся к Дику. Новая реальность с утроенной силой обрушилась на меня.

– Ты прав, – признал я. – Это действительно деньги.

– А что я говорил? Ты всего два раза встретился с Ховардом Хьюзом, а уже полностью потерял чувство меры. Но что мы будем с ними делать?

– Инвестировать, – заявил я. – Купим часть американского бизнеса. Познакомлю тебя с моим брокером в "Меррил Линч".

– Как-то я не уверен, что так уж горю желанием заиметь долю в американском бизнесе. Мне не внушают доверия заправляющие в этих делах люди. Вот, в банках даже не желают обналичивать выписанные ими чеки.

В тот же день, ничтоже сумняшеся, на те десять тысяч, которые я ему дал, Дик открыл брокерский счет в "Меррил Линч" и прикупил триста акций "Фуджи".

В Вашингтоне цвели вишни, поэтому отели были забиты до отказа. Единственное свободное место, которое смогли для нас найти в "Америкэн экспресс", находилось в роскошном отеле города Александрии, штат Виргиния. Эдит была в восторге:

– Никогда не бывала в Виргинии!

Мы взяли напрокат машину в аэропорту, а в воскресенье решили прокатиться и осмотреть полностью восстановленный колониальный город Уильямс-бург, который Эдит часто называла "Диснейлендом XVIII века". На следующий день стало ясно, что все дела у нас будут именно в Вашингтоне, поэтому пришлось переехать в маленький, дешевый, но чрезвычайно приятный отель "Харрингтон".

Я провел все утро в Управлении по делам гражданской авиации, настырно роясь в толстых книгах, содержащих информацию по судебным разбирательствам, связанным с "Транс уорлд эйрлайнз" и "Нортист эйрлайнз". Согласно сообщениям, обе эти компании Хьюз практически разорил. Покинув здание администрации с двумя часами непрерывного текста, наговоренного на пленку, и ощущением некоторого замешательства, я понял, что если хочу уяснить хоть часть прочитанной и записанной мною информации, то придется срочно брать ускоренные курсы юридического жаргона и деталей бюрократической волокиты.

В тот же день я позвонил в Пентагон. Еще в Нью-Йорке у меня состоялся познавательный разговор с Мартином Акерманом, моим другом и адвокатом, защищавшим меня в деле по обвинению в клевете, возникшем после выхода моей последней книги. Марти был одним из тех избранных вне стен "Макгро-Хилл", "Лайф" и острова Ибица, которые знали о моих встречах с Хьюзом Я даже показал ему письма, но, разумеется, он был не в курсе, что все это часть мистификации. С самого начала Мартин воспылал энтузиазмом и изо всех сил старался помочь. А сделать этот парень мог немало, так как был не только адвокатом, но еще бизнесменом и миллионером. Акерман разбирался в больших деньгах и тех хитросплетениях, которые устраивали люди, дабы получить их.

– Не думаю, что Хьюз даст тебе реальные цифры о своих доходах и вложениях, – сказал он мне, – а знать такую информацию никогда не помешает. Попробуй нарыть что-нибудь в Пентагоне. У них там должна быть служба, которая занимается контрактами по обороне. Там, скорее всего, есть схема организации "Хьюз тул" и "Хьюз эйркрафт". Когда достанешь информацию – если достанешь, – то, наверное, ни черта там не поймешь, но я помогу тебе разобраться.

Меня обуревала жажда знаний, и я был очень благодарен ему за помощь.

– А о чем мне спрашивать?

– Главное, не говори им, что разыскиваешь информацию непосредственно по Хьюзу. Расскажи, будто бы проводишь исследование, посвященное договорным взаимоотношениям между министерством обороны и тремя или четырьмя крупными корпорациями.

Когда я позвонил в Пентагон, то меня переслали к человеку по имени Отто Пинилус, который занимался чем-то – я так и не понял чем, – связанным с оплатами по оборонным контрактам. По голосу стало понятно, что он заинтересовался моими проблемами, а вот от своих, какие бы они ни были, смертельно устал, поэтому безотлагательно пригласил в свой офис в тот же день.

Как и для большинства американцев, Пентагон для меня представлялся тайной за семью печатями. В голове роились образы мрачных, огромных десантников с пулеметами, требующих удостоверение личности на каждом повороте некоего абстрактного бесконечного лабиринта. Я был почти уверен, что при входе в здание тут же потеряюсь. В результате оправдалось только одно предчувствие: я действительно потерялся.

Подходя к Пентагону, я внутренне подготовился к процедуре обыска, снятию отпечатков пальцев, выяснению личности и всей подноготной. За столом сидела девушка. Я подошел к ней, спросил, как мне найти мистера Пинилуса. Мне передали карту здания, помеченную стрелочками и большим красным крестом, а потом дали несколько наставлений:

– Сначала налево, потом вверх по эскалатору на один этаж, потом налево, потом направо. Это во внутреннем кольце. Следуйте указаниям карты.

Я прошел мимо нее, уже через тридцать секунд оказавшись внутри здания Пентагона. Зажав карту в руке и строго следуя инструкциям, через несколько минут я заблудился. Я не мог вспомнить, должен ли я поворачивать направо или налево, ехать по эскалатору вверх или вниз. В общем, вскоре я оказался в широком безлюдном коридоре, рядом с дверью, на которой, могу поклясться, красовалась табличка "Объединенный комитет начальников штабов". Посмотрел направо, потом налево и с тоской подумал об отважном десантнике, который вывел бы меня отсюда. Тут неожиданно открылась та самая дверь, и оттуда, громко переговариваясь, вышло трое мужчин. Генералы, на плечах звездочек, как на рождественской елке с площади Рокфеллера, а на груди больше медалей, чем в ломбарде. Был бы я агентом СМЕРШа или его китайского эквивалента, сейчас положил бы трех крупных "шишек" одной очередью, а у меня еще даже документов не попросили.