Чтение онлайн

Однако же я была не в силах заглушить голос - злобный, вкрадчивый, бередящий душу, который шептал мне совсем иное об этих руках.

– Я устала, - сказала я, - было так жарко. И потом, я скучала без тебя, мне было не по себе.

Я повернулась и вошла в дом.

Почему я тогда не рассказала ему? Теперь-то я знаю, что должна была это сделать даже без всяких вопросов, он бы не стал сердиться, он уже был достаточно сильным к тому времени, не боялся прошлого и не нуждался в том, чтобы я его защищала. Он уже преодолел тот этап. И тем не менее я ничего не сказала. Я пребывала в смятении и была далека от него. Когда он вошел вслед за мной в дом, я стала вновь расспрашивать его о семье Кроли Он ответил коротко, после чего отправился в кабинет и закрыл за собой дверь. Момент был упущен. Мои секреты так и остались при мне - суровые, неприятные, мучительные.

Когда я ложилась спать, Максим стоял у открытого окна. На косогоре с дерева на дерево перелетали маленькие совы, издавая короткие резкие крики.

– Я хотела бы, чтобы пошел дождь, - сказала я. Он ничего не сказал. Я подошла и встала рядом. Он не дотронулся до меня, не повернулся. Это меня поразило, я расценила это как новое отчуждение. Я не знала, как быть. Винить я должна была себя, я сама захлопнула перед ним дверь, он это почувствовал и обиделся.

Нет. Здесь было что-то еще. Мне казалось, что я попала в западню и все сильнее запутываюсь в хитросплетенной паутине, при этом какое бы движение я ни сделала, оно способно лишь нанести рану.

Я долго лежала рядом с Максимом, несчастная и напуганная, прислушиваясь к крикам совы.

А во время завтрака, оторвав глаза от газеты, он сказал:

– Похоже, погода установилась. Возможно, мы устроим прием гостей.

– Прием? Для кого? Каких гостей? Зачем?

– Моя дорогая девочка, не нужно паниковать. Ты сможешь похвалиться перед гостями садом.

– Пока еще нечем хвалиться, в прошлом он был гораздо лучше, чем сейчас, и потом, я только начала им заниматься.

– Разве это имеет значение? Мне он кажется прекрасным, опрятным, здесь много цветов. Люди придут от него в восторг.

– Какие люди?

– Соседи. Люди, живущие поблизости. Мы не можем жить отшельниками. Поскольку мы покупаем земли и расширяемся, все проявляют к нам интерес, и вполне понятно, что очень важно поддерживать с соседями хорошие отношения. Похоже, что Баттерли знают всех, так что спроси у Банти, кого следует пригласить. Кое с кем я, разумеется, уже познакомился.

Да, все так, я знала. Но мне не хотелось думать об этом.

В Мэндерли считались обычными бесконечные визиты к соседям и соседей к нам, туда приезжала половина графства, балов ожидали, Ребекка устраивала вечера и была этим знаменита. Я могла вспомнить лишь один бал, где я была хозяйкой, - бал-маскарад, на котором я допустила такой ужасный промах.

– Я думала, что мы здесь будем жить тихо, - сказала я.
– Ты не очень-то жаловал всю эту суету. Говорил, что хочешь, чтобы мы вернулись и...
– Я прикусила язык. Затаились? Я не могла этого сказать.

Он на глазах меняется, подумала я, становится во многих отношениях таким же, каким был раньше, - уверенным, готовым взять на себя ответственность, знающим, чего он хочет и как все должно быть; то время, когда он был потерянным и отрешенным, безвозвратно ушло. И я поняла, что хочу назад в то время, потому что тот Максим, в изгнании, был наиболее близок мне. Он распрямился.

– Я не имею в виду ничего грандиозного - просто садовый пикник. Напитки - ты можешь взять это на себя? Вот и все, что тебе придется сделать.

– Какую цель ты преследуешь? Хочешь чем-то занять меня? Чем-то развлечь?

– Нет, вовсе не эту.

– Я вполне счастлива.

– В самом деле?

– Да, Максим, да! Что с нами происходит? Почему мы ссоримся? Ведь мы никогда не спорили, не ссорились.

Он направился к двери.

– Иногда недостаточно быть вполне счастливым, - сказал он и вышел.

Я осталась стоять, глядя на его пустую чашку и очистки от яблока на тарелке. Я не могла понять, что он хотел сказать. Все было странным, не таким, как обычно, я не понимала причины этого и не знала, что делать.

Чувствуя себя несчастной, я пошла звонить Банти Баттерли, чтобы решить, кого из соседей следует приглашать.

Глава 21

Однако это будет мой вечер. Я его спланирую и организую, и никто не отнимет у меня этих обязанностей. Стоило мне осознать это, как я почувствовала себя совершенно иначе, стала думать о нем с удовольствием, тени и шепчущие голоса оставили меня в покое.

Когда Максим впервые заговорил о праздничном вечере, я сразу подумала о бале в Мэндерли и пришла в ужас; мне вспомнились некоторые сцены, я как бы взглянула на себя и на всех со стороны, и у меня похолодело сердце.

Однако тот вечер не имел никакого отношения ко мне, это было сверхпышное, показное празднество, которые я никогда не любила, устроенное бог весть для чего. Во всяком случае, не потому, что кто-то из нас хотел тогда этого праздника. Просто такова была традиция, это был долг; Мэндерли как бы для того и существовал, и все графство ожидало этого бала. "Для нас в здешних краях это было главным событием лета. Вы и не представляете, какое это для нас удовольствие", - сказала одна назойливая дама.

Балы и вечера Ребекки устраивались для того, чтобы она могла на них блистать, а люди - ею восхищаться. Это то, что она умела делать великолепно. Вечера были ее детищем, а еще детищем миссис Дэнверс и штата слуг, и в отсутствие Ребекки ничего не изменилось, я не принимала никакого участия в организации маскарада, мое мнение никого не интересовало. Вероятно, как я поняла теперь, если бы я приняла участие в подготовке, пожелала бы познакомиться со всеми подробностями праздника, предложила бы какие-то изменения или новшества, я бы получила большее удовольствие, по крайней мере до того, как попалась в ловушку со своим костюмом, в которую меня коварно заманила миссис Дэнверс. Однако я слишком всего и всех боялась, даже рабочих, которые носили стулья, и поэтому события разворачивались без меня, все неслось мимо, словно воды бурной реки, а я стояла на ее берегу и беспомощно за всем этим наблюдала.

Мы теперь и не могли устраивать столь пышное празднество, война закончилась совсем недавно, и это было бы просто неуместно; Максим такого и не предлагал, не будет омаров и шампанского, не будет гирлянд, огней и китайских фонариков, развешанных на деревьях, ни специально устроенной площадки для танцев, ни фейерверка, ни маскарадных нарядов. В Мэндерли целые бригады рабочих бросили свои текущие дела и несколько дней занимались подготовкой к маскараду, слуги не могли думать или говорить ни о чем другом.