Чтение онлайн

– Я, сэр. Хочу добавить, сэр, что мы, свиньи-патриоты, готовы отдать свою жизнь ради победы нашего доблестного оружия.

– Благодарю вас, - растерялся председатель.
– Я никогда ничего подобного не встречал... Я не могу рисковать вами... Вы сокровище!..

– Нас у фирмы Беконсфилд десять миллионов, - сказала свинья самоотверженно.
– Если вы не дадите нам выполнить свой долг, мы покончим жизнь самоубийством.

– Этот блеф, - спохватился один из представителей военного министерства, - заходит слишком далеко! На вашем месте, сэр, я бы попросил это животное...

– Сам ты животное!
– немедленно отреагировала свинья.

– Простите... это существо...
– поправился офицер, - выполнить свою угрозу.

Уверен, что тут ловкий трюк.

– Вы верите этому типу, подкупленному другими фирмами?
– сказала свинья грустно.

– Чтобы доказать, что мы, беконсфилдки, вне конкуренции, - я умираю.

И она протянула ноги.

Подбежал врач. Свинья была мертва. Председатель был потрясен. Контракт с Беконсфилдом был подписан.

Об этом происшествии рассказывали всякие небылицы. Бизнесмены смирились. Никто больше не пытался убедить председателя в том, что его одурачили. Это было бы не по-христиански жестоко. Только Лярд был непримирим - ему нужен был козырь для борьбы с счастливым конкурентом. Лярд отыскал радиотехника, который в искусственных свиных копытцах установил репродуктор и высокочастотную аппаратуру. Он нашел помощника Беконсфилда, который разговаривал за свинью из будки сторожа. Он узнал, что по сигналу Бека на короткой волне был передан импульс, вскрывший ампулу с цианистым калием, которая была приторочена к малозаметной ранке. Смерть, разумеется, последовала молниеносно.

Горе Беконсфилда было безутешным. Единственно, что его примирило с потерей любимой свинки, это то, что на военном заказе он заработал несколько миллионов.

В память о легендарной самоубийце Бек оставил у себя в доме одну из ее пяти потомков. Он поклялся, что отныне каждый представитель из очередного поколения будет в числе его друзей, С тех пор каждая из этих свинок именовалась "мисс Хрю"

и носила порядковый номер - первая, вторая, третья и так далее.

Мисс Хрю XXV была, пожалуй, наиболее любимой фавориткой впавшего в старческую сентиментальность Беконсфилда.

– Я знаю, - говаривал Беконсфилд, - все будут радоваться моей смерти, кроме мисс Хрю...

– А я, ваше бессмертие?
– спрашивал секретарь.
– Я буду так огорчен.

– Будешь, но мисс Хрю больше... Ведь у нас с ней никого нет. Я и она. Она любит меня бескорыстно. Ей не нужны мои долгинги. И это - прошу учесть - несмотря на то, что я из ее сестер делаю консервы. Ну кто-нибудь из людей смог бы вести себя так? Поглядите на моих родственников, этих хапуг. Примитивные подлецы! Ну ладно, я им устрою сюрприз!

И вскоре действительно пробил час, когда свиной король устроил обещанный сюрприз. Почувствовав приближение конца, он потребовал, чтобы епископ Потогонийский, преподобный Пшиш, лично явился к его ложу и облегчил последние минуты переселения Бека в мир иной.

Пшиш примчался, чрезвычайно взволнованный. Он застал Беконсфилда лежащим в стальной кровати с блаженной улыбкой, которая не предвещала ничего хорошего.

В спальне было людно. У ложа толпились нотариусы, врачи. На собольих шкурах возлежала мисс Хрю. Два "робота", неподвижные, словно шкафы, возвышались у дверей.

– Чему вы улыбаетесь, сын мой?
– спросил Пшиш, молитвенно складывая руки на груди.

– Дайте ему по шее!
– сказал миллиардер и хрюкнул.

"Роботы" двинулись к Пшишу.

– Чему вы улыбаетесь, ваше бессмертие?
– поспешно поправился Пшиш. "Роботы"

встали на место.

– Подпись этого типа, епископа, тоже пригодится!
– приказал Беконсфилд.
– Ну-ка, распишитесь... вам покажут где...

Фикс протянул преподобному Пшишу завещание.

Пшиш пробежал его, лихо подписал и почтительно склонился перед аппетитной, розовенькой, с позолоченными копытцами мисс Хрю XXV.

А через час миллиардер предстал перед господом богом, с которым у него были давно свои счеты. Предстал с улыбкой на устах, очень довольный, что так ловко облапошил своих мелкотравчатых наследников.

Глава VI. "ЗОЛОТАЯ" СВИНЬЯ.

По Потогонии шумел, гудел, гремел, грохотал великий свиной бум.

Все газеты были до отказа набиты различными фактами из биографии "золотой"

свиньи мисс Хрю, описанием ее дальних и ближних родственников.

Смаковались все перипетии борьбы ошалевших от горя наследников Беконсфилда с мисс Хрю. Последняя воля миллиардера оспаривалась. Наследники дружным хором утверждали, что старик впал в последние дни в младенчество и поэтому завещание не имеет законной силы.

В виде доказательства затемненного сознания свиного короля приводился чаще всего тот пункт завещания, который гласил: "...родственники мои (следует перечисление фамилий) могут претендовать на мое движимое и недвижимое имущество, а также (следует перечисление различных вкладов и пакетов акций) лишь в том случае, если мисс Хрю XXV скончается естественной смертью, прожив не менее десяти лет, считая от сегодняшнего дня. В случае же ее кончины ранее установленного срока все мое состояние должно быть израсходовано на создание и процветание клуба "Алмазный пятачок", членом которого может быть любая свинья, принадлежащая любому гражданину Потогонии, имеющему состояние не менее миллиона долгингов".

– Это же типичный бред!
– возмущались обделенные покойником родственники.
– Человек в здравом уме никогда бы не написал "любая свинья". Всех боровков, значит, он исключает из членов будущего "Алмазного пятачка"!

Приводились, разумеется, и другие доводы, но они были не так внушительны.

Однако Верховный суд Потогонии признал завещание действительным.

– Покойный мистер Беконсфилд был настолько предусмотрителен, - сказали судьи, - что пригласил на процедуру подписания своей последней воли консилиум врачей, целую юридическую контору и даже преподобного Пшиша...

– Ну знаете, джентльмены, - не выдержал один из бывших наследников, Пшиш подпишет и засвидетельствует что угодно. Вы же помните историю с рекламой компании воздушных сообщений! Ну там, где на плакате ангел снимает крылья и сдает их в камеру хранения. Позор! Поношение святых сил! А Пшиш разрешил рекламу да еще благословил. Сколько долгингов он хапнул за это, а? Неплохо он на ангелах заработал!

Тогда судьи сослались на прецедент, как известно являющийся одним из существенных оснований для решения суда. Они утверждали, что даже европейские богачи оставляли своим любимцам - кошкам, собакам - миллионы франков, марок, фунтов стерлингов. Два раза крупные наследства доставались ослам, три раза лошадям, по одному разу морской свинке, обезьяне, петуху и канарейке.