Мишель-мушкетер

– Скажи, Мишель, ты уверен, что взял свой пакет? Ты не перепутал усы?

– Перепутал усы?! А в чем, собственно, дело?

– Те, что я выбрал, были светлыми, а остались только темные!

– А ты покрась их перекисью, Даниель, – с улыбкой посоветовал Мишель. – Я твои усы не брал, у меня только свои. Спроси у Артура!

– Я все слышал! – крикнул Артур из соседней комнаты. – Должно быть, в прокате ошиблись. Мои усы тоже темные.

Даниель тяжело вздохнул. Благодаря круглым щекам и белокурым волосам, подстриженных «ежиком», он казался куда моложе своих пятнадцати лет. Его двоюродный брат Мишель Терэ был на полголовы выше его, хотя они и были ровесниками.

Оба выглядели в этот момент достаточно странно: на них были камзолы и короткие штаны из зеленого бархата, расшитого серебром, на ногах же оставались обыкновенные тапочки. Это сочетание выглядело очень забавно.

В дверь просунул голову Артур. Как и его друзья, он был одет в костюм королевского мушкетера и тоже еще не водрузил на голову парик. Короткие темные волосы делали его похожим на настоящего актера, гримирующегося в своей уборной.

– Ну? Что там с усами? – спросил он.

– Ничего страшного, – махнул рукой Даниель. – Шествие продлится час или два. Никто не станет меня разглядывать и не заметит, что у меня светлый парик и темные усы.

– А вы обратили внимание, что рапиры бутафорские? – поинтересовался Артур.

– Бутафорские? – переспросил Мишель.

– Рукоятка припаяна к ножнам. У них нет клинка!

– Значит, мы не сможем ни с кем их скрестить! – заметил Мишель. – Что ж, тем лучше. Мы не вызовем гнев кардинала!

Разговор мальчиков происходил в подвальном этаже виллы, где были устроены две очень уютные комнаты.

– Черт побери! – воскликнул Артур. – В моем камзоле могут поместиться трое таких, как я!

Он был чуть выше Мишеля – ему было шестнадцать – и представлял собой довольно смешное зрелище в своем костюме размера на три больше.

– Куда запропастилась Мартина? – спросил Мишель.

– Дуется, – ответил Даниель. – Поднялась к себе в комнату сразу после завтрака и, наверно, сих пор сидит там.

– Напрасно она не захотела взять платье пастушки, оно не такое уж и плохое!

– Мадемуазель желала быть маркизой, а не пастушкой, – отозвался Артур. – С виду она прирожденная аристократка!

– Все равно жаль, – вмешался Даниель. – Если бы в ателье проката заранее предупредили, что у них нет больше костюма маркизы, Мартина могла бы поискать его где-нибудь еще. А вчера было уже слишком поздно, все успели разобрать!

Мальчиков пригласили провести конец школьных каникул в Валансьене, неподалеку от бельгийской границы, у бабушки Мартины мадам Девиль. В начале сентября в этом городе открывалась крупная ярмарка, и начало праздничной недели должно было ознаменоваться большим костюмированным шествием.

Вот почему мальчики примеряли маскарадные костюмы, взятые накануне напрокат. Так как ребят было трое, они недолго колебались в выборе костюмов и решили, что в день праздника будут тремя мушкетерами.

Что касается Мартины Девиль, ей хотелось показаться в костюме маркизы. К несчастью, ее подвел сотрудник ателье проката, который понадеялся, что в последний момент кто-нибудь откажется от заранее заказанного платья. Мартина лишь накануне узнала о том, что ей придется оставить надежду нарядиться великосветской дамой. Она была так раздосадована, что отказалась от костюма пастушки – единственного, который ей еще могли предложить.

Был воскресный день. Только что пробило двенадцать часов, и мальчики слонялись без дела в ожидании обеда.

Они расстались со своим облачением и отправились к Мартине, которая наверняка скучала одиночестве.

Мадам Девиль хлопотала на кухне, и доносившиеся оттуда запахи заставили друзей облизнуться.

– О! – воскликнул Артур, потянув носом. – Похоже, мушкетеров сегодня ждет славный пир!

Мишель собирался ему ответить, но в этот момент раздался пронзительный звонок, заставивший друзей вздрогнуть.

– Телефон! – громко крикнул Даниель.

Хотя мадам Девиль была глуховата, она не всегда включала свой слуховой аппарат. Тем не менее она появилась наконец в дверях кухни, отряхивая испачканные в муке руки. Ее лицо, разрумянившееся от жара плиты, казалось еще более круглым в обрамлении седых волос, гладко зачесанных назад. Увидев ребят, она улыбнулась.

– О! Вы здесь! А почему к телефону не подходите? Кстати, а Мартина куда пропала?

Мальчики секунду помедлили, потом Даниель бросился в гостиную, где стоял аппарат.

Звонки тут же прекратились, и до Мишеля и Артура донесся голос Даниеля:

– Алло? Да… Да, верно… – Потом, после паузы: – Подождите минутку, я ее позову.

Даниель вышел в холл и крикнул, повернувшись в сторону лестницы:

– Мартина! Это тебя! Ответа не было.

– Мартина! – позвал он громче.

Наверху послышались шаги, и на лестничной площадке показалась Мартина. Она с угрюмым видом ерошила свои короткие светлые волосы.

– Поговори за меня, Даниель, – попросила Мартина. – Я…

– Звонят из ателье проката и…

Но девочка уже не слушала. Она в три прыжка преодолела лестницу, с разбегу проехалась по каменным плитам холла и ворвалась в гостиную.

Ребята весело переглянулись. Затем Артур приложил палец к губам и прислушался; остальные последовали его примеру.

– Алло?… Да, это я. Как?! Не может быть! У вас есть платье?! Какое?… Ах, цвета старого золота? Ой, как здорово! Вы просто прелесть!… Уже упаковано? Отлично! А парик и маску вы положили?… Чудесно! Я уже бегу к вам. С вашей стороны это очень мило… Да-да, не беспокойтесь, я не опоздаю. Благодарю вас, мсье, тысячу раз спасибо. До скорого свидания!