Чтение онлайн

Я кивнул.

— Он больше не будет,— заверил я коллегу.— В путь. Несколько горожан остановились и уставились на нас.

Гладенькая молодая крыска подбежала к Смовиа, предлагая ему что-то из своей корзинки. Он понюхал, жестами изобразил «благодарю покорно», отщипнул немножко, а затем отхватил целый кусок. Похоже, фрукт какой-то, вроде сушеного абрикоса. Продолжая жевать, он поспешил ко мне.

— Полковник,— выпалил он,— юная леди больна, я слышу запах гнилых апельсинов, и ради ее доброты... Как вкусно, попробуйте! — Он предложил мне еду.— Пожалуйста, сэр,— умолял он,— позвольте мне применить вакцину: она может спасти ей жизнь!

Крошка подошла посмотреть, из-за чего сыр-бор.

— Дядя Моби хороший,— умоляюще произнесла она,— Дядя Коник, скажите «Javisst, det gar bra». Пожалуйста, дядя Коник.

— Конечно, отличная мысль,— сказал я и остановил колонну.

Теперь я жевал жесткий неподатливый фрукт. Остаток достался Минни. Она схватила его и радостно завопила, как и положено десятилетке. Смовиа вернулся к даме с корзинкой и при помощи жестов и пары слов на йлоккском усадил ее на соседнюю кирпичную стену. Он отвернул край ее накидки, обнажив густо заросшую шерстью руку, и порылся в своем маленьком черном волшебном чемоданчике. Она завороженно следила за ним, но даже не пискнула, когда он достал безыгольный шприц, приставил его к ее запястью и засадил дозу вакцины в плоть. Затем подозвал Лета.

— Скажите ей, чтобы немедленно шла домой и легла,— проинструктировал он озадаченного офицера.— Она ничего не должна есть. Я постараюсь повидать ее завтра.

Лет попятился прочь, но указания дока передал.

— Нам нельзя приближаться к ней,— пояснил он доку,— У нее зараза. Я чую ее. Она умирает.

— Это мы еще посмотрим,— возразил Смовиа.— Проследите, чтобы она выполнила мои предписания. Идите за ней, узнайте, где она живет.

Он собрал инструменты и приготовился двигаться дальше.

В остальном мы добрались до бараков без приключений; это оказалась длинная узкая постройка, провонявшая крысами. Лет зашел внутрь, пропустив сержанта Двда вперед. В здании находились несколько местных вояк. Они сбежали через заднюю дверь. Майор с довольным видом вернулся.

— Все в порядке, полковник,— сказал он.— Думаю, я смогу завербовать большинство этих ребят, если позволите.

Не дожидаясь разрешения, он подозвал Двда и послал его за изгнанными солдатами. Мы выбросили пропахшее крысами постельное белье и устроились поудобнее. Койки были слишком узкими, но мы устали.

Первую стражу стоял я, затем, после двух бесконечных часов, меня сменил Хельм. Никто нас не беспокоил. Я уснул мертвым сном. И проснулся, лишь когда Двд вернулся с очередным сержантом на буксире и выгнанными вояками, которые беспорядочной толпой плелись позади, и рапортовал, что кадровый состав в количестве двадцати пяти рекрутов, вышколенных, насколько йлокки вообще умеют школить солдат (по крайней мере, они способны вставать по стойке «смирно», строиться и ходить в сомкнутом строю), полностью одобряет возвращение Старого порядка. Затем было много болтовни, поскольку каждый спешил рассказать товарищам, как его заставили сотрудничать с двузаконными захватчиками. Их также крайне интересовали мы, люри, которых они продолжали считать тупыми животными, пока я не почувствовал, что сыт по горло, и не разразился проклятиями на ломаном йлоккском. После чего они нашли другое занятие: принялись рассказывать нашему изначальному контингенту, большую часть которого знали, свежие новости.

К сумеркам мы навели порядок и дисциплину, всем явно не терпелось приступить к делу. Военные-двузаконни-ки укрылись на бывшем лучшем постоялом дворе поселка. С них-то мы и начнем.

— Полковник,— озабоченно обратился ко мне Хельм,— я думал, двузаконники сами собирались напасть на нас. Майор Лет сказал...

В этот миг ближайшее окно взорвалось фонтаном осколков, и обернутый в бумагу кирпич грохнулся об пол барака рядом с нами. Хельм развернул его и показал листок майору

Лет глянул на убористую писанину и отбросил ее.

— Дурачье! Это стандартное извещение о награде за сбежавших рабов, только снизу нацарапано несколько чудовищных угроз. Я упомянут особо: похоже, я враг Народа, предатель, вор, лжец и так далее!

Я слышал скрежет его зубов.

— Надо готовиться, полковник, — напряженно произнес он.— Они нападут на бараки.

— До темноты подождут? — спросил я. Он покачал головой.

— Подобные им ночных операций не любят,— отверг он мое предположение.— Я предлагаю выставить мои войска защитным порядком и ждать штурма. Глупо выходить из укрытия и без толку подставляться под удар.

Я согласился, и он принялся организовывать толпу йлоккских солдат из трех разных отрядов, делить на ряды и пересчитывать. Затем приказал навалить поперек барака койки в качестве защитного бруствера, слишком низкого для людей. Я указал на это упущение, и кучу сделали повыше. Мне было интересно, нападения какого рода он ожидает от армии, не обеспеченной огнестрельным оружием.

— У них есть запас отобранных ружей,— по секрету сообщил он.— Все эти ребята — ветераны, эээ...

— Рейдов за рабами,— договорил я.

И в этот миг началась артподготовка, вот только велась она из малокалиберного оружия, а не из пятидесятимиллиметровых винтовок. Мы все попадали на пол, когда боковые стены сложились внутрь градом щепок и осколков стекла.

Эта часть продолжалась всего несколько секунд, затем Эмиль поднял голову, и я заорал на него, но он крикнул:

— Они идут, сэр! Я могу снять одного...— И выстрелил. Мы со Смовиа присоединились, как и парочка местных рекрутов, у которых нашлись пистолеты. Мне пришлось отозвать их и напомнить, чтоб стреляли только по легким мишеням: приходилось поберечь боеприпасы. Странная идея для йлокков с их энергетическим оружием, не требующим подзарядки.

Я увидел, как в нескольких футах над разрушенной торцевой стеной показалась крысиная морда. Отчаянный двузаконник попытался проскользнуть справа. Мы с Эмилем выстрелили одновременно и снесли твари башку, забрызгав все вокруг мозгами и прочим мусором. Еще одна крыса — и тоже быстрая смерть. К этому времени стреляли все наши ружья; двузаконники явно полагали, что первый залп убил всех, кто сидел внутри, и входили довольно небрежно, за что и неизменно расплачивались.

Вместо этого мы двигались вперед, наши пули косили их шеренгами, а местные парни шли позади и добивали уцелевших дубинками. Они хватали ружья, которые роняли враги, и присоединялись к стрельбе по легким мишеням. Через пять минут не осталось ни одного двузаконника: все умерли, сбежали, либо — как в случае двух сержантов и капитана — сдались в плен. Все трое говорили одновременно, голосили о своей преданности Нефритовому дворцу и утверждали, что их силой заставили служить Двум Законам.