Чтение онлайн

– Оформляйте. Мы подпишем протокол, как свидетели.

– На работу опоздаете!

– Это уже будут наши проблемы. Наша работа - наше дело. А вот за проезд надо платить. Мы почему-то платим.

...

На пешеходном переходе, как всегда, по левой крайней, пока не повалил народ, на красный просвистел большой черный автомобиль.

– Ай-яй-яй, - покачал головой седой мужичок в старом плаще.

Он достал из кармана потрепанный жизнью мобильный телефон, близоруко щурясь нажал несколько клавиш:

– Алло? Кто это? Леша? А-а-а, Витя... Записывай: черный Форд-Фокус, проезд на красный, через пешеходный переезд, превышение скорости - номер АВ653. Вы уж там с ним разберитесь, голубчики. Ишь, распоясались, джигиты...

...

У дверей магазина, на высоком просторном крыльце, огороженном хромированными перилами, стояла веселая компания. Клубы дыма, открытые бутылки пива в руках, регулярное поплевывание под ноги. Ну, и, конечно, громкий мат, гоготание, от которого шарахались в сторону все, выходящие из дверей, что вызывало еще более жизнерадостное ржание.

– Постой-ка, разобраться бы надо с молодежью.

– А чего я тут стоять-то буду? Это и мой город, между прочим. Пошли.

Прогуливающиеся мимо друзья, двое пожилых, на вид лет по пятьдесят, переглянувшись, поднялись по ступенькам.

– Бутылки - выкинуть, орать - прекратить, - спокойно сказал первый.

– Ты чо, дядя, больной на всю голову? У нас, блин, демократия! Где хотим, там и стоим!

– Еще раз: заткнуть хлебало, выкинуть бутылки и мирно разойтись. Ясно?

– Да ты, похоже, больной?

Тот, что поактивнее, понаглее, попытался пихнуть в грудь, но тут же согнулся, схватился за колено:

– А-а-а, ты что делаешь, сука!

– А это - за суку, - спокойно сказал второй из друзей, пиная по второму колену.
– Ну, мальчики, по домам?

Компания угрожающе заворчала, надвигаясь и окружая, но тут из дверей вышло два охранника супермаркета, помахивая дубинками:

– Расходитесь, малыши, расходитесь! А то придется сделать всем больно, стыдно и обидно...

– Блин... Пошли, ребята! Но я тебя запомнил, чувак!

– Это хорошо. Запомни, мальчик, это мой город. Не твой и не таких, как ты. А мой. И его. И вон их. А шушеру всякую я раньше гонял, гоняю и гонять буду.

...

На тротуаре распялился джип, одним колесом стоящий на проезжей части. Пешеходы, ругаясь вслух или молча, обтекали его, выходя на дорогу. Но один вдруг остановился. Он постучал по капоту кулаком - взвыла сигнализация. Через минуту откуда-то прибежал толстый красномордый мужик.

– Что тут еще за...

– Уберите машину, пожалуйста, - было сказано очень вежливо и без раздражения.

– Да ты кто такой?

– Я кто? Я житель этого города. А ваша машина мешает мне и таким же жителям. Уберите, пожалуйста.

– А то - что? Ну, что? Ты мне сейчас угрожаешь, что ли?

– Никаких угроз. Просто ваша машина мешает людям. Последний раз прошу - уберите, пожалуйста.

– Не уберу!

– Ну, ваше дело.

Прохожий не стал спускаться на проезжую часть. Он, несмотря на грязь, полез в узкий проход между джипом и бетонным забором. Со скрипом, с царапанием борта, а потом вдруг раздался щелчок и отвалилось зеркало, торчащее поперек прохода.

– Ах, ты!

Но тот уже уходил, а за ним тем же маршрутом двинулся рыбак с металлическим коробом на ремне через плечо, царапающим лакированный борт автомобиля. За рыбаком пристроился работяга в комбинезоне и с тяжелой сумкой, из которой торчали какие-то острые железяки...

***

– Ну, так это же было хорошо, наверное?
– размышлял вслух Иеро.
– Это же получается активная гражданская позиция -- она как раз и есть основа демократического строя. А у вас - демократия, так? Ну, как мне объясняли.

***

На этой улице народа не было совсем. Где-то далеко впереди что-то двигалось и гудело, как огромная толпа. Не драка, не бой - просто толпа, занятая каким-то своим своим делом. А тут - никого. Даже странно. Не окраина города, не промышленная зона - старая улочка, мощеная ровно уложенной брусчаткой, не мешающей гулять. Бывает, что дорога выложена булыжником. "Булыгой". Тогда там в дождь можно все себе переломать, скатившись вдруг под гору по твердым неровностям.

"Булыжник - оружие пролетариата", - вспомнил со смешком Иеро.

Откуда взял? Что за память, в которую лезет черт знает что, а вот нужное не вспоминается никак. Но о свойствах памяти и о том, что было раньше (и опять какая-то смешная, наверное, шутка - "Раньше все было" - вот откуда бы это?) надо будет подумать дома. Потому что здоровье никак не приходило в норму, и любые попытки задуматься о прошлом вызывали только сильнейшую головную боль. Одно ему было ясно: он здесь - гость. Он нездешний, что бы ни говорили все о том, что туман, что не ходят поезда, что рынок на вокзале. Поезд точно был. И дорога, значит, была. И гостиница. И квартира теперь. Все это было, имело последовательность, а каждая последовательность просто обязана иметь не только последующий и последний элемент, но и предыдущий, и начальный. А бесконечная и безначальная последовательность бывает?

Хорошо, что не было дождя. Климат тут был самый средний из всех средних, а потому весной без гроз и дождей не обходилось. Сейчас же была именно весна с ее яркой зеленью, прохладными вечерами и влажным ветром на рассвете. Вчера гремело и лило. Позавчера гремело и лило. Сегодня город был чист и умыт. Тротуары были влажными - когда им было просохнуть? Вот и на мостовой между аккуратными кубиками брусчатки посверкивала влага. И никого. Ни машин, ни людей. Как в кино.

Про машины можно было еще подумать, что тут какая-то пешеходная зона. Мол, старый город и все такое прочее. Но тут же и людей не видно. Зато слышно. Там, впереди - люди. Рынок, что ли? Но рынок, вроде, совсем в другой стороне. На юг. А тут, в старом центре города, исключительно дорогие магазины для богатых людей. Для туристов, которых не бывает тут уже сколько лет...