Мир в красном. Дилогия

Триша Вольф

Мир в красном. Книга Первая (ЛП)

Криминалисту Сэди Бондс знакома кровь. Её связь с отвратительным темным миром убийц началась задолго до того, как она стала применять свои аналитические способности в раскрытии кровавых преступлений. Она забирается в головы преступникам, проникает в их мысли, устанавливает с ними контакт на абсолютно мистическом уровне. Сэди предпочитает именно такой способ работы, потому что намного безопаснее отожествлять себя с негодяем, чем с жертвой. По крайней мере, именно так она справлялась со стрессом после того, как ее похитили и пытали, когда она была еще подростком. Амплуа жертвы больше не для нее. Теперь она оттачивает свои навыки, чтобы воздать по справедливости преступникам. Работая бок о бок со своими коллегами, вооружившись острым умом и ЗИГом, Сэди всегда ловит садистов. До тех пор, пока один безжалостный серийный убийца не проникает ей в голову. Он знает её секреты. Её сокровенные мысли. Самую темную и извращенную часть её души. Когда она встречает Колтона Рида, ставки повышаются: он угрожает лишить ее контроля и раскрыть все самые запретные фантазии. Греховно сексуальный мастер бондажа в эксклюзивном БДСМ клубе подталкивает девушку к грани, заставляя признать ту часть себя, которая её пугает. Окунувшись в мир пыток и страданий, боли и удовольствия, Сэди балансирует, будто на лезвии острой бритвы двух пересекающихся миров, угрожающих поглотить её. Страсть и обжигающая похоть. Битва света и тьмы. Такое взрывное начало серии «Порванные связи» устанавливает волнующий темп игры в кошки-мышки, где никто не знает, кто же на самом деле дергает за ниточки.

Тот, кто борется с чудовищами, должен следить за собой, чтобы самому не обратиться в чудовище. Попробуй подолгу смотреть в пропасть, и она заглянет тебе в глаза.

Фридрих Ницше (С)

Предисловие

Десять лет назад.

Вонь от гниющего мяса насквозь пропитала холодный, промозглый воздух подвала. В углу вращается вентилятор, но он не спасает от зловонного запаха, а лишь обдает мою покрытую потом кожу прохладным ветерком, из-за чего все тело покрывается мурашками.

Моя розовая футболка, насквозь пропитанная грязью, прилипла к телу. Ноги обнажены, и единственное, что отделяет меня от ЕГО домогательств, - мои коротенькие шорты.

Отодвинув локтем со своего колена тарелку с чем-то, что даже и близко не напоминает пищу, я слышу звон кандалов. Попытка потянуть цепи приводит к тому, что мое тело вздрагивает от сильной, щемящей боли, а с губ срывается стон. Мышцы рук и ног так онемели, что я их почти не чувствую. Я поднимаюсь, и невыносимая агония оживает в теле с новой силой. Мои лодыжки все еще горят от растяжения. Вращая ступнями из стороны в сторону, я пытаюсь хоть как-то восстановить кровообращение, но холодный цементный пол не располагает к упражнениям.

Три дня. Пять. Неделя? Сколько я нахожусь здесь? Без окон, без какого-либо источника света – у меня нет шансов определить проведенное здесь время. Здесь нет времени - оно остановилось, как и мой мир, в тот самый миг, когда он впервые прикоснулся ко мне. Напал на меня. И я перестала существовать. Находясь в этом подземелье, я пыталась определять время по его визитам, но они носили чересчур эпизодический характер.

Иногда я слишком долго оставалась одна и боялась, что он забыл про меня. Тогда я действительно понимала, что испытываю ужас от того, что он может не вернуться. От подобной перспективы мои внутренности скручивало в тугой узел.

Сначала я кричала. Я кричала часами, пока мое горло не начинало саднить от боли, и не пропадал голос. Он никогда не закрывал мне рот. И это навело меня на мысль, что я нахожусь далеко от зоны слышимости. Хотя нет. Ему нравились мои крики. Это первое, что я узнала. Затем я научилась сдерживать их. Мне не хотелось доставлять ему удовольствие.

Когда я перевожу взгляд на крест, мое тело леденеет. Я совершила ошибку, спросив, для чего он его использует… часами глядя на него, боясь его… и тогда он показал мне.

Не сегодня. Пожалуйста, не сегодня. Горячая слеза стекает вниз по моей щеке, и я смахиваю ее рукой. Он не должен видеть меня сломленной. Потому что, почуяв, что я сдалась, подчинив меня себе, он потеряет свой интерес.

Я пытаюсь погрузиться в воспоминания, может быть, там мне удастся найти отправную точку этих событий. Глупо. Как глупо. Мои губы дрожат, когда в голове всплывают картинки с событиями, что привели меня сюда.

Глупая ссора с Брэндоном, из-за которой я хлопаю дверью машины и в бешенстве мчусь, куда глаза глядят. Сейчас я даже не могу понять, почему была так зла на него. Он переписывался с какой-то девушкой. Вот в чем была причина. Он начал кричать на меня, утверждая, что я сошла с ума. Так и есть - девушки всегда сходят с ума на почве ревности. Фактически, мы никогда не замечаем того, что происходит прямо у нас под носом.

В ярости, я все увереннее уходила от машины Брэндона как можно дальше, не сомневаясь, что такая сильная и независимая женщина не должна терпеть измену своего парня только чтобы он довез ее до дома. И будь я проклята, если сама не справлюсь с этой ситуацией. Затем меня поглотила тьма. Только мрак вокруг. Теперь я знаю, какое зло таится там, где никогда не бывает света.

Я перестала дышать, услышав стук наверху. О, Боже. Я хотела, чтобы страх вернулся. Хотела, чтобы мои ноги затряслись, чтобы тело сжалось, а разум унесся в другую реальность. Мой разум метался между стремлением бороться и желанием сдаться, и я приняла то, что должно было произойти. Я хотела его прикосновений… хотела, чтобы они убили меня. Я мечтала, чтобы все это закончилось как можно скорее. Услышав, что он спускается вниз по лестнице, я приняла измученный вид. Пусть он увидит меня сломленной. Ведь именно этого он хочет, это прекратит мои мучения. И, увидев пристальный взгляд его серых глаз, - не маску, за которой он скрывал черты своего лица, - я поняла… это мой конец. Его уже не заботило, что я сбегу, что меня найдут, и я смогу воспроизвести его образ.

Его высокая, мощная фигура переместилась к стене позади меня, и он повернул рычаг.

Рывок и цепи натянулись, заставляя меня встать на носочки. Тело вытянулось в струнку, а раскаленный огонь иглами пронзил мои руки и икры, пальцы ног едва касались бетонного пола.

Закрыв глаза от боли, я прикусила нижнюю губу, стараясь заглушить крик, рвущийся из горла. Ему это не понравится. Он накажет меня. Он хочет видеть отражение страха в моих глазах. Хочет почувствовать запах моей разгоряченной кожи. Вкусить ужас, что я испытываю. Может, если я достаточно разозлю его, он сделает это быстро.

Чувствуя прикосновение его мозолистых пальцев, я сжимаюсь внутри.

– Вижу, ты снова была плохой девочкой.

Он проводит ладонями вниз по моим рукам, по ребрам, спускаясь к талии. Мое тело бьет неконтролируемая дрожь, отчего начинают звенеть цепи.

– Моя грязная девочка.

Его гортанный голос, пропитанный злым умыслом, окружает меня, и я вздрагиваю, стараясь отодвинуться как можно дальше. Но он не позволяет мне отстраняться. Всегда притягивает обратно. Его пальцы скользят по животу вниз и за долю секунды проникают в мои трусики.

Меня вдруг накрывает осознание того, что это реальность. Я чувствую. Я начинаю отбиваться. Извиваясь в его стальной хватке, я с силой сжимаю свои ноги. Один и тот же танец каждый раз. Я никогда не выигрывала.

Укусив меня за мочку уха, он своей правой ногой раздвигает мои ноги, как можно дальше друг от друга, и обвивает мое бедро так, что я оказываюсь в ловушке. Борьба только раззадоривает его - мне нужно прекратить сражаться. И, когда я сдаюсь, готовая принять свое наказание, молясь, чтобы он сделал все быстро… мое тело предает меня.