Чтение онлайн

Бейлис взял монокуляр и навел резкость. За ящером наблюдала уже целая толпа. Веревка, похоже, была прикреплена к высокому столбу на краю карьера. Бейлис повернулся. По другую сторону карьера собралась еще одна толпа. Ящер, переплыв лужу жидкой глины, прыгнул на ступени слева, по-прежнему таща веревку. Когда животное исчезло за противоположным краем карьера, провисшая веревка натянулась. Левек взял монокуляр и увидел, что веревку закрепляют на другом высоком столбе. На столб вскарабкался человек и встал на верхушке, помахав толпе. Левек даже расслышал приветственные крики. Человеку подали длинный, белый шест. Балансируя шестом, человек пошел по веревке над карьером. Через несколько мгновений только воздух был между узкой раскачивающейся тропой и верной смертью. Левек переключился на более сильную линзу и увидел, что это мужчина, старик.

– Бейлис, кто это?

– Сержант, это Великий Тара из канатоходцев Риеттов. Дух захватывает.

– Он так стар…

Бейлис наблюдал за Левеком: сержант Егерей буквально шел по веревке вместе с Великим Тарой. Когда тот достиг середины пути, над карьером поднялся ветер и подхватил желтую мантию старика. Левек затаил дыхание. Старик сел на веревке и наклонил шест навстречу ветру. Ветер стих. Старик сделал на веревке кувырок назад снова оказался на ногах. На мгновение он зашатался, потом пошел дальше. Несколько жизней спустя Великий Тара стоял на вершине столба на противоположной стороне карьера. По обеим сторонам веревки раздавались приветственные крики, и взвились плакаты, на каждом по букве, гласящие: «БОЛЬШОЙ АТТРАКЦИОН ХАМИДА – ТАРЗАК». Толпа разошлась.

Левек озадаченно посмотрел на Бейлиса:

– На этот цирк собрались все.

–Да.

– Но Егерей и стажеров в карьере не может быть больше двадцати человек.

– Верно, сержант, но я слыхал, что вчера Тара выступил на микроволновой ретрансляционной станции, поднявшись по одной из проволочных оттяжек, поддерживающих радиоантенну. На станции было всего восемь солдат.

Левек покачал головой:

– Я мало знаю о рекламе, Бейлис, но, по-моему, они выбрали неверный путь. Солдат не пустят на планету. – Левек посмотрел в монокуляр на раскачивающуюся на ветру веревку. – Но мне, конечно, очень хотелось бы увидеть этот аттракцион.

Бейлис улыбнулся и вернулся в кабину. Там он вытащил из-под мантии несколько билетов. И быстро запихнул их в рабочую сумку Левека.

Капитан Бостани знала, что пот, текущий по спине, лишь плод воображения, но, стоя по стойке «смирно» перед генералом Кааном, кружащим по маленькому пятачку командного пункта с устрашающего вида стеком, она готова была поклясться, что в ботинках уже хлюпает.

Каан швырнул стек на пульт, скрестил руки и поджал губы.

– Давайте попробуем еще раз, капитан, ладно?

– Я… я жду соизволения генерала.

Каан нажал клавишу на пульте, отчего переборка позади него раздвинулась, открыв активированный голографический командный считыватель.

– Полагаю, вы знаете, что это такое?

– Так точно, сэр. Каан улыбнулся:

– Это сбережет время. Как видите, капитан, у Девятого Квадранта Федерации на орбите Момуса достаточно «железа», чтобы полностью уничтожить любые войска, которые Десятому Квадранту вздумается послать против нас… – Генерал поднял палец. – Если, повторяю, если все функционирует штатно. Согласны?

– Да, сэр.

Каан взял со стола пачку бумаг:

– Это протоколы дисциплинарного суда, капитан. Как офицеру социологической службы миссии вам будет небезынтересно знать, что у военной миссии на Момусе худший уровень дисциплины в Квадранте.

– Так точно, сэр.

– Капитан, здесь учтены и базы Квадранта вокруг всех штрафных колоний!

– Так точно, сэр.

– Капитан, мужчины и женщины, которыми укомплектована эта миссия, – Горные Егеря, самые профессиональные и дисциплинированные солдаты в войсках Квадранта. Так продолжаться не может. Во-первых, я хочу, чтобы вы сказали мне, в чем дело. Далее, я хочу знать, что вы намерены предпринять.

– Так точно, сэр. Определенные социо…

– Ей-богу, капитан, если вы снова начнете говорить о социологических параметрах, обратных биологических связях или негативных воздействиях, я вам голову отверну!

– Ну, генерал, здесь имеет место сочетание различных факторов… то есть если говорить о причинах проблем с дисциплиной. Исследование только что завершено…

– Пропустите это и переходите к сути.

– Э-э, так точно, сэр. Ну, сэр, чрезмерно упростить…

– Невозможно.

– Так точно, сэр. Ну, сэр, это то, что мы называем острым осознанием окружающей среды.

– Это вы так называете; как бы назвал это я?

– Синдром каюты? Повышенная раздражительность, вызванная длительным пребыванием в одиночестве или взаперти.

– Продолжайте.

– Ну, сэр, дело в том, что изоляция от поверхности планеты начинает негативно возде… э-э, ну, сэр, это начинает раздражать людей.

– Итак, капитан, мы пришли к тому, к чему могли бы прийти еще час назад. Значит, синдром каюты, да?

– Так точно, сэр.

– Я могу, не задумываясь, назвать около двадцати военных миссий, подобным же образом изолированные по политическим причинам, условиям окружающей среды и массе других причин. – Генерал помахал пачкой бумаг. – И нигде эта проблема не возникает.

– Так точно, сэр, то есть никак нет, сэр. На данный момент все провинившиеся подверглись обследованию для определения соци… э-э, на предмет наличия общей причины. Используя эту информацию, мой отдел провел дополнительные исследования и обнаружил, что эта модель поведения распространяется также на иждивенцев и гражданских служащих.

– И?..

– Ну, сэр, вероятно, все это сложнее, чем может показаться. Доктор Грейвер, главный психоаналитик, говорит, что, возможно, это символизирует…

– Что «это», капитан?

– Сэр, э-э… личный состав, они… хотят пойти в цирк.

– Цирк.

– Так точно… сэр.

Каан пристально смотрел в пустоту, пока капитан Бостани не поняла, что ей придется либо нарушить тишину, либо с пронзительным визгом сбежать из отсека.

– Сэр, мы проследили информацию о цирке до экипажей ретрансляционных станций и открытых разработок…

– На Момусе нет цирка.

Бостани залезла в папку и положила перед генералом какие-то бумажки.

– Мы получили это от сменных экипажей, побывавших на планете.