Чтение онлайн

Кийск недоумевающе посмотрел на Леру. Философ улыбнулся и чуть развел руки в стороны, давая понять, что у него пока нет ответа на вопрос, который хотел задать ему Кийск.

Кийск медленно попятился назад. Следом за ним на песке, как и положено, оставались следы. Но полоса ровного песка, рассекающая цепочку следов, становилась при этом все шире. Причем росла она не в обе стороны, а только в том направлении, куда двигался Кийск. Сколько бы он ни шел, за ним неизменно тянулась цепочка следов, длина которой не становилась больше десяти метров. Следы на другом конце цепочки исчезали, едва только Кийск делал очередной шаг. И, сколько Кийск ни старался, ему никак не удавалось уловить момент, когда отпечаток ноги на песке исчезал. Все происходило с такой неуловимой для взгляда быстротой, как будто один кадр мгновенно сменялся другим, – только что на песке был четкий отпечаток подошвы ботинка, а в следующий миг на его месте можно было увидеть только ровный песок, по которому, казалось, никто никогда не проходил.

Кийск сделал несколько шагов в обратном направлении, чтобы проверить, не появятся ли вновь на песке исчезнувшие следы. Но нового чуда не произошло – следы исчезли безвозвратно.

Кийск посмотрел на Леру, к которому теперь присоединился и Бергсон. Ли Тан-Бо помог технику снять с вездехода его аппаратуру, и теперь он сидел на корточках перед двумя раскрытыми пластиковыми кейсами, пытаясь что-то там настроить.

Кийска поразила странная, неестественная тишина, царившая вокруг. Он слышал только свое дыхание и скрип песка под ногами, когда переносил вес тела с одной ноги на другую. И больше ничего.

Отчего-то Кийск почувствовал непонятный страх.

– Эй! – Он вскинул руку и взмахнул ею над головой. – Господин Леру!

Их разделяло всего каких-то тридцать – тридцать пять метров, но Кийску показалось, что никто из людей, находившихся возле вездехода, его не слышит.

Леру поднял взгляд и что-то произнес, обращаясь к Кийску. Кийск видел, как двигаются губы философа, но до слуха его не доносилось ни единого звука.

– Я не слышу вас! – крикнул Кийск и быстро зашагал в направлении вездехода.

Леру сказал что-то, обращаясь к Бергсону, и быстро двинулся навстречу Кийску.

Из квада выпрыгнул Рахимбаев. В каждой руке он держал по трассеру – свой и тот, что оставил в машине Ли Тан-Бо. Бросив трассер напарнику, он прихватил из машины еще и оружие Кийска.

Когда расстояние, отделявшее Кийска от Леру, сократилось до двадцати шагов, Кийск испытал такое ощущение, словно острая игла внезапно проткнула пузырь, внутри которого он находился. Обрывки пузыря разлетелись в стороны, и теперь Кийск мог слышать все звуки мира, которых прежде был лишен.

Первым, что произнес Леру, когда понял, что Кийск может его слышать, были слова:

– Это поразительно!

– Да, – выдохнул Кийск. Оказывается, все это время, что они шли навстречу друг другу, он, подобно ныряльщику, удерживал воздух в груди. – А я, признаться, испугался.

– Я должен сам это испытать. – Леру по-дружески хлопнул Кийска по плечу и зашагал в ту сторону, откуда он только что пришел.

– Эй, постойте! – крикнул вслед ему Кийск.

– Все в порядке, – не останавливаясь, бросил через плечо Леру. – Я быстро.

«Что быстро?» – хотел было спросить Кийск. Но, не успев еще произнести эти слова, он понял, что Леру уже не слышит его.

Леру обернулся и что-то беззвучно прокричал. На губах его сияла по-детски счастливая улыбка.

Кийск в ответ только покачал головой. Уже после первой встречи он зачислил Леру в разряд чудаков, которые, как это ни странно, встречаются порой даже в глубоком космосе. Но, в отличие от многих других представителей этого вида, с которыми приходилось сталкиваться Кийску, Леру только при первой встрече вызвал у него раздражение. Пообщавшись же с философом поближе, Кийск пришел к выводу, что лучше иметь дело с такими чудаками, как он, нежели с тупыми исполнителями вроде полковника Гланта. По крайней мере, в обществе Леру жизнь никогда не казалась пресной.

Кийск подошел к сидевшему возле раскрытых кейсов с аппаратурой Бергсону. С двух сторон от техника, словно неся почетный караул, стояли вооруженные десантники.

Рахимбаев протянул Кийску трассер.

– Думаю, никакой опасности нет, – сказал, взяв оружие, Кийск. – Просто какой-то необычный природный феномен. Что говорит по этому поводу наука, господин Бергсон?

Бергсон в отчаянии всплеснул руками:

– Приборы не работают!.. Я не могу даже замерить уровень шума!

– Плохо, – с укором покачал головой Кийск. – Нужно было на станции все как следует проверить.

– Конечно же, я все проверил! – обиделся на такое замечание Бергсон. – И не один раз. Вся аппаратура работала, как часы. – Сказав это, Бергсон машинально оттянул манжет куртки и глянул на конектор. – Хотя часы у меня сейчас тоже не работают, – добавил он.

Кийск взглянул на свой конектор. В углу дисплея, где обычно высвечивалось точное станционное время, горели нули.

– У меня тоже, – Кийск вопросительно посмотрел на десантников.

Каждый из них, проверив свой конектор, отрицательно качнул головой.

Нажав кнопку, Кийск попытался запустить таймер. В углу дисплея замелькали цифры, отсчитывающие секунды, которые быстро превратились в минуту.

Кийск нажал кнопку связи, вызывая диспетчерскую службу станции. Ответа не последовало. Кийск вызвал медицинский отдел, затем службу безопасности и кабинет руководителя экспедиции – все с тем же результатом. Тогда Кийск нажал сигнал экстренного вызова. На запястьях у Бергсона и обоих десантников одновременно запищали конекторы.

– Конекторы в порядке, но сигналы их до станции не доходят, – сделал вывод Кийск. – А поскольку часы в конекторах работают от прямого сигнала с центрального станционного компьютера, мы и не знаем, сколько сейчас времени.

– Если бы еще можно было понять, почему сигнал не проходит, – досадливо щелкнул пальцами Бергсон.

– Это уже ваша задача, господин ученый, – улыбнулся Кийск. – Мы ставим перед вами вопросы, а вы должны искать на них ответы.

– С чемоданами неработающей аппаратуры? – недовольно буркнул в ответ Бергсон.

– К счастью, моя аппаратура функционирует исправно, – вернувшийся из своего путешествия в мир безмолвия Леру счастливо улыбнулся и постучал себя пальцем по лбу.

Бергсон в ответ только криво усмехнулся. Ему пока еще не доводилось слышать от Леру ни одного дельного замечания. На его взгляд, философ только тем и занимался, что высокомерно кичился своими выдающимися аналитическими способностями, но до сих пор от них не было никакого проку.