Чтение онлайн

Бык нащупал грунт; отряхиваясь и сопя, тяжело выбрался из воды. Гвенда отпустила животное, едва коснувшись ногами дна. Скип испуганно залаял, и девушка с тревогой обернулась. На берегу мучителя не было. Она осмотрела реку, выискивая среди тел и плавающих деревянных обломков желтую тунику. Коробейник плыл, держась за бревно, лягаясь ногами и двигаясь прямо на нее. Бежать она не могла — иссякли силы, мокрое платье стало тяжеленным. На этом берегу спрятаться негде, а на тот теперь не перебраться. Но беглянка не собиралась вновь превращаться в рабыню.

Гвенда видела, что Симу трудно, и воспрянула духом. Бревно удерживало торговца в неподвижном состоянии, но как только он начинал толкаться к берегу, рывки нарушали равновесие. Коробейник налегал на бревно, приподнимался, пытался грести к берегу, но срывался, и голова уходила под воду. Так, ему, пожалуй, не добраться до берега.

И тут Гвенда поняла, что этому нужно поспособствовать. Лихорадочно осмотрелась. В воде полно обломков моста — от огромных досок до щепок. В глаза бросился крепкий обломок около ярда длиной. Она зашла в воду, схватила его и, двинувшись навстречу недавнему хозяину, с удовольствием заметила, как в его глазах вспыхнул страх. Коробейник застыл. Перед ним — женщина, которую он пытался сделать товаром, возмущенная, решительная, со страшной дубиной в руках. Позади — водная пучина. Коробейник двинулся вперед.

Гвенда стояла по пояс в воде и поджидала момент. Сим вновь застыл, и по его движениям она догадалась, что мучитель пытается ногами нащупать дно. Теперь или никогда. Беглянка подняла свое оружие и шагнула вперед. Коробейник понял ее намерения и отчаянно забрыкался, но потерял равновесие: он не мог ни плыть, ни идти, ни нырнуть. Гвенда со всей силы опустила дубину на голову грязного барышника. Глаза Сима закатились, и он рухнул без сознания.

Девушка потянула его за желтую тунику, но не для того, чтобы отпихнуть обратно в реку — он мог выжить. Беглянка схватила голову Коробейника обеими руками и погрузила под воду. Это оказалось труднее, чем она думала, хоть мучитель и был без сознания. Руки соскальзывали с сальных волос. Зажала его голову под мышкой и оторвала ноги ото дна, чтобы своим весом удержать торговца под водой. Кажется, получилось. Сколько нужно времени, чтобы утопить человека? Шут его знает. Легкие Сима должны уже наполниться водой. Как же ей понять, когда можно отпускать?

Вдруг тонущий дернулся. Гвенда крепче стиснула его голову. Не знала, приходит ли Коробейник в себя или это предсмертные конвульсии. Он дергался сильно, но как-то суматошно. Беглянка нащупала дно, встала твердо и, осмотревшись, еще раз поглубже толкнула негодяя под воду. Никто не обращал на нее внимания: каждый думал лишь о том, как бы выжить. Через несколько секунд движения Сима стали слабее. Скоро он затих. Постепенно и девушка ослабила хватку. Коробейник медленно пошел ко дну. Больше черная душа не всплывет.

Тяжело дыша, Гвенда добрела до берега и без сил опустилась на склизкую землю. На поясе топорщился кошель, который разбойники почему-то не отобрали; ей удалось пронести его через все испытания. Там бесценное приворотное зелье Мэтти Знахарки. Открыв кошель, она увидела лишь глиняные осколки. Флакончик разбился. И Гвенда заплакала.

Суконщица осмотрелась. Первым человеком, совершившим какие-то осмысленные действия, оказался брат Мерфина. Он не пострадал — нос ему сломали раньше. Ральф вытащил из воды графа Ширинга и положил на берегу рядом с телом Стивена в графской ливрее. На голове графа она увидела жуткую рану, возможно, смертельную. Сквайр, в одних мокрых подштанниках, выбился из сил и, кажется, не знал, что делать дальше. Керис думала, как быть.

На этом берегу небольшие илистые участки чередовались с голыми скалистыми выступами. Тут негде положить погибших и раненых, нужно найти другое место. В нескольких ярдах каменная лестница вела к воротам в стене аббатства. Суконщица приняла решение. Указав туда, сказала Ральфу:

— Неси графа в монастырь. Осторожно положи в собор и беги в госпиталь. Скажи первой же монахине, чтобы немедленно позвала мать Сесилию.

Сквайр обрадовался, что нашелся решительный человек, и немедленно подчинился. Мерфин забрел в воду, но Керис его остановила:

— Посмотри на эту толпу идиотов. — Она показала на городской берег. Десятки людей неподвижно таращились на кровавую сцену. — Возьми сильных мужчин. Пусть начинают вытаскивать людей из воды и переносить в собор.

Фитцджеральд замялся:

— Они не войдут в воду.

Керис его поняла. Спасателям придется карабкаться по обломкам, а это может лишь увеличить количество смертей. Но огороды домов на главной улице примыкают к монастырским стенам; из огорода углового дома Бена Колесника можно выйти к реке. Подмастерье подумал о том же.

— Я проведу их через дом Бена.

— Хорошо.

Юноша забрался на скалу, толкнул дверь и исчез. Керис посмотрела на воду. К берегу брел высокий человек, в котором она узнала Филемона. Тяжело дыша, он спросил:

— Ты видела Гвенду?

— Да, прямо перед тем, как рухнул мост. Она убегала от Сима Коробейника.

— Знаю, но где она теперь?

— Не вижу. Лучшее, что ты можешь сделать, это начать вытаскивать людей изводы.

— Я хочу найти сестру.

— Если она жива, то среди тех, кому нужно выбраться из реки.

— Ладно.

Филемон плюхнулся обратно в воду. Керис тоже очень хотелось узнать, как ее родные, но здесь было столько дел. Девушка решила поискать отца при первой же возможности.

Из ворот своего дома вышел Бен Колесник. Этот коренастый увалень с широкими плечами и мощной шеей не привык работать головой. Он спустился к берегу и осмотрелся, не зная, что делать. На земле перед Керис лежал один из людей графа Роланда в черно-красной ливрее — вероятно, мертвый. Дочь Суконщика распорядилась:

— Бен, отнеси его в собор.

Появилась жена Колесника Либ с малышом. Она была посообразительнее мужа и спросила:

— Может, сначала заняться живыми?

— Сперва нужно вытащить всех из воды, чтобы понять, кто мертвый, а кто живой. А на берегу тела оставлять нельзя, они будут мешать спасательным работам. Неси в собор.

Либ поняла, что это разумно.

— Делай, как говорит Керис, Бен.

Здоровяк легко подхватил тело. Суконщице пришло в голову, что быстрее будет переносить тела на растяжках, какие используют строители. Это могут организовать монахи. Но где они? Она хоть и велела Ральфу позвать мать Сесилию, пока никто не появился. Раненым потребуются повязки, мази, вино для промывания ран; на счету каждый монах, каждая монахиня. Нужно сходить за Мэтью Цирюльником: будет много переломанных костей. И за Мэтти Знахаркой — ее отвары облегчат боль. Нужно бить тревогу, но Керис не хотела уходить с берега, не организовав помощь. Где же Мерфин?