Чтение онлайн

Все высказывания взяты, напоминаю, из доклада Берии Сталину от 14 марта 1942 (сорок второго!)года.

Это — слова поляков образца 1942 года.

А вот их дела.

Из протокола заседания смешанной советско-польской комиссии по формированию польской армии от 28 марта 1942 года:

«21.3.1942 г. в Янги-Юле (Узбекская ССР. — С.К.)польский солдат выстрелом из винтовки убил 9-летнего ребёнка.

20.3.1942 г. в Янги-Юле группа польских солдат самовольно спилила 4 столба и испортила радиотрансляционную линию…».

И это — не отщепенцы. Это — строевые воины регулярной армии в условиях глубокого тыла.

Из доклада Уполномоченного СНК СССР и командования РККА Сталину и Молотову, относящегося к марту 1942 года:

«…Командование 7-й пд (польской дивизии. — С.К.)взяло недопустимый тон по отношению к местным советским органам. Начальник штаба дивизии полковник Гелгуд 14 февраля с.г. потребовал от председателя райисполкома в гор. Кермине (Узбекская ССР. — С.К.)немедленного ремонта мостов, дорог, пригрозив в случае невыполнения требований «ответственностью по законам военного времени» (это не под Сталинградом, а под Ташкентом. — С.К).Командир дивизии генерал Шишко-Богуш… самочинно занял под эпидемический госпиталь здание действующей школы на станции Кермине.

В р-не Джалал-Абада (КиргизскаяССР. — С.К.)солдаты5-й пехотной дивизии в колхозе имени Тельмана и Ворошилова самочинно заняли помещения клубов и конюшен, срезали и увезли 132 столба, укреплявших дамбу.

В колхозе имени Сталина поляки вырубили 350 фруктовых кустов. С товарного двора железнодорожной станции похитили 13 кубометров досок, 12 кубометров специальной древесины, 2 ящика стекла и 700 кг сена. С полей колхоза им. 10 Октября польские солдаты самочинно увезли 20 возов соломы…»

При этом в последнем докладе отмечалось, что польские офицеры «совершенно не знают опыта войны 1941–1942 годов и не планируют боя на всю глубину обороны противника, подготавливая только атаку переднего плана обороны».

Это — почти через год после начала формирования армии.

Из информации замнаркома иностранных дел СССР Вышинского от 17 июля 1942 года:

Вот какую память оставила по себе на советской земле армия Андерса. Забегая вперёд, могу сказать, что и в чужих землях она — когда чувствовала безнаказанность — вела себя не лучше.

Мы это ещё увидим!

Поляки Андерса ушли, но в СССР через какое-то время началось формирование новой польской армии, одним из организаторов которой стал полковник Берлинг. И хотя впоследствии эта армия на советско-германском фронте, даже освобождая Польшу, воевала не всегда стойко, она реально воевала плечом к плечу с Красной Армией, и именно эти поляки спасли честь Польши — до какой-то степени.

До какой-то потому, что даже здесь чувство благодарности проявлялось не всегда и не в той мере, в какой следовало бы.

С момента формирования на территории СССР польских воинских формирований к началу 1945 года только затраты Наркомата обороны СССР на Войско Польское составили четыреста тридцать два миллиона пятьсот шестьдесят девять тысяч пятьдесят девять рублей. В нынешних ценах это — не менее десяти миллиардов рублей.

С октября по декабрь 1944 года по нарядам для Польского комитета национального освобождения, как докладывал 2 января 1945 года начальник Тыла РККА генерал армии Хрулёв заместителю Председателя Совнаркома СССР Микояну, в Польшу было направлено: 34 245 тонн угля, 2853 тонны керосина и нефти (из 8000 тонн запланированных и позднее допоставленных), 11 500 тонн муки, 100 тонн хлопка, 600 тысяч катушек ниток, 1540 тонн мыла, 6000 тонн соли, 60 тонн чая, 15 миллионов коробок спичек.

Это отрывала от себя страна, вся европейская часть которой лежала в развалинах. Страна, где соль, мыло и спички были в острейшем дефиците.

А вот благодарность её сынам, не жалевшим жизни и сил для изгнания немцев из Польши. 24 апреля 1945 года начальник политотдела 2-й гвардейской танковой армии гвардии полковник Литвяк докладывал начальнику политуправления 1-го Белорусского фронта:

«Соединения получили указания о предоставлении к польским орденам и медалям бойцов и офицеров, отличившихся в боях за освобождение Польши.

В связи с тем, что к наградам польского правительства разрешено представить единицы военнослужащих, например, по 12-му гвардейскому танковому корпусу — 4 (четыре. — С.К.)человека, среди офицеров есть настроения, что польское правительство очень скупо на награды бойцов и соединений армии, так много сделавших для освобождения польской территории от немецких оккупантов».

С одной стороны, оно и понятно! Если поляки расщедрились бы и решили бы награждать крестами «Виртути Милитари» всех, того в Красной Армии достойных, то в Польше для такого количества заслуженных советскими солдатами и офицерами наград приличного наградного металла не хватило бы!

Но ведь могли занять и у нас.

Тем более что на весы, где решалось будущее Польши, мы бросили в 1944–1945 годах не только жизни шестисот тысяч советских граждан, но и всё то новое политическое влияние, которое обретал СССР в результате своей Победы. А поляки ощущали при этом победителями себя.

В Интернете можно найти прямо-таки кошмарные истории о том, как поступали поляки с немцами на территориях, которые должны были, по расчётам Сталина, отойти от Германии к Польше и поэтому были сразу переданы нами под управление поляков. Однако я всегда предпочитаю пользоваться источниками, по возможности, достоверными.

Вот, например, «картинка с натуры» — может быть, не такая уж и душераздирающая, но зато полностью документальная. 4 апреля 1945 года член Военного совета 1-го Украинского фронта генерал-лейтенант Крайнюков докладывал в Москву начальнику Главного Политического Управления Красной Армии секретарю ЦК Щербакову о политической обстановке на занятой территории в полосе войск фронта.

Были в докладе Крайнюкова и такие строки: