Чтение онлайн

— Но пока такого не произошло, — напомнила Тананда. — Им не нужна магия, чтобы разорвать нас на части.

— Им не удастся добраться до нас, — ответил я. — Понимаете, если они не смогут воспользоваться магией, то перемещения между измерениями станут невозможными.

— Помните их огненное защитное поле? То, что нам пришлось носить с собой, когда мы приехали в Вух?

Тананда засмеялась.

— Разве такое забудешь? Я чувствовала себя начинкой горячего пирожка.

— Вот что мы сделаем. Заманим их внутрь, а потом вывернем ловушку наизнанку, как произошло с нами! Если у них не будет возможности использовать магию, извергини не смогут двинуться с места. Потом мы начнем переговоры.

— А как заставить их терпеливо ждать в своей комнате, пока мы украдем у них силу, а потом замкнем их в их собственном защитном поле?

Я согласился с ними.

— Придется полагаться на вухян.

Поскольку бунтовщики все еще находились под арестом в часы, не занятые работой, провести секретное совещание можно было только сразу после рассвета и до того времени, как они должны появиться на рабочих местах в магазинах и на фабриках. Тридцать или сорок вухян, изрядно нервничая, собрались в гостинице Монтгомери.

— Нам нельзя опаздывать, мастер Скив, — напомнил мне Габбин, наблюдая за тем, как солнце с отчаянной скоростью поднимается в восточной части неба.

— Тогда не будем терять времени, — сказал я. — Мы готовы приступить к делу, но, чтобы все прошло успешно, нам понадобиться ваша помощь.

— Да, но вы ведь только с Венсли имели дело, — возразила Ардрахан.

Я повернулся к ней.

— Насколько сильно вы хотите избавиться от извергинь?

— Ну… — Какое-то время женщина обдумывала вопрос. — Очень хотим.

Остальные согласно закивали. В данном вопросе наблюдался полный консенсус.

— Достаточно сильно, чтобы рискнуть своими жизнями? — спросил я, подчеркивая последнее слово.

— Ну, — Кашель нервно сглотнул слюну, — не настолько. Последнее время с ними было не так уж плохо. Знаете ли… производство разных новинок и все такое…

Я его перебил:

— Вы хотите закончить жизнь запертым в бутылке, как Венсли?

— Нет! — запротестовал вухянин. Он стал пятиться, но в комнате, забитой до отказа, не было места. — Я имею в виду, если в этом нет необходимости. У них свое мнение по поводу того, как поступать. У каждого свой образ мыслей, и кто я такой, чтобы осуждать чье-то мнение.

— Ну что ж, это хорошая новость, — сказал я ему. — Мне нужна ваша помощь. Уверяю вас, это не смертельно и не болезненно. Могу я на вас рассчитывать?

Вухяне растерялись. Я начал с самого плохого развития сценария и пугал их до тех пор, пока бедняги не оказались на грани паники. Меня разбирал смех, когда я наблюдал за жаркими спорами во время обсуждения вопроса. Однако у меня не было времени слишком долго ждать ответа.

— Итак?

— Я полагаю, — начал Габбин, — стоит рискнуть, чтобы потом жить в комфорте. Все за то, чтобы помочь мастеру Скиву?

— Да! Да! — согласно заблеяли собравшиеся.

— Кто против?

Все молча смотрели друг на друга. В моем решении собрать их вместе был свой резон. На публике они всегда поддерживают друг друга, а лицом к лицу можно было ожидать чего угодно.

— Бараны! — тихо пробормотала Тананда. Я потер руки.

— Хорошо. Мне нужно, чтобы вы сделали следующее.

Через неделю…

Теперь предстояло провести самый интенсивный и сложный курс обучения в моей жизни. Оказалось даже труднее, чем за неделю научить дракона играть в покер. Монтгомери выделил небольшое подвальное помещение, потому что мы не хотели, чтобы стало известно, чем я занимаюсь. Вухяне жутко боялись извергинь, но очень любили поговорить между собой. Секрет, который они должны были хранить и не открывать даже под страхом смерти, переставал быть таковым еще до того, как на стол подавалась следующая порция напитков. Мне приходилось наблюдать подобное не один раз. По этой причине Габбин и остальные были посвящены только в самые незначительные детали плана, тогда как основное для них оставалось тайной.

Сказать, что я выясню, какие компоненты составляют антимагическое действие камня, и определю, как он работает, оказалось легче, чем осуществить все это на практике. Зол предложил мне помощь.

— Мы можем использовать химический анализ и изучить поле, чтобы выяснить, из чего оно состоит, — предложил кобольд, усаживаясь за компьютер в дальнем конце стола.

Мы выяснили, что в определенной точке компьютер извергинь блокирует работу нашего компьютера и Бетины. Банни поспешила отнести свое сокровище подальше.

— Меня озадачили слова Скути, — задумчиво сказал Зол. — «Он большей частью сам себя воспроизводит». Что бы это значило?

— Не знаю. — Я стал рассматривать камень более тщательно. Во время заточения в тюрьме у меня было достаточно времени, чтобы изучить стены, но я не видел, чтобы камни воспроизводили себя сами. — Может, нам нужно чем-то воздействовать на него?

Мы опускали камень в воду, вино, масло, различные травяные отвары. Пытались воздействовать на него сахаром, растениями, даже едой, но ничего не менялось. Я даже вернулся на Пент, чтобы взять книги, которые остались после Гаркина. Но в них описывалось, как получить магическую энергию, а не избавиться от нее.

— Может быть, он действует как дрожжи? — предположил я.

Мы разбили камень на мелкие кусочки, смешали с глиной, гравием и кусками скальных пород. Потом нагревали на огне, охлаждали льдом, добавляли все ингредиенты, которые только приходили в голову. Я окружил его силовым полем, потом позволил ему рассеяться. Ничего не происходило до тех пор, пока мы не смешали кусочки с песком. Раздалось шипение, и на поверхности образовалась пена. Я протянул палец, чтобы потрогать ее, но Зол оттолкнул мою руку.

— Не трогайте! — предостерег он меня. Шипящий звук стал еще громче. — Он, видимо, заработал!

— Но почему именно песок? — спросил я, наблюдая, как пена покрыла смесь и превратила ее в мерцающую массу. Вокруг распространился жар, опаливший нам брови. Пришлось отойти в дальний конец комнаты.

Я был так зачарован процессом, что даже не стал спрашивать, что происходит. Камень работал!

Чтобы произвести пару ведер антимагического материала, понадобилось два дня. Тананда обеспечивала безопасность, никому не позволяя спуститься в подвал и увидеть, чем мы занимаемся, хотя мои радостные вопли, наверное, заставили приподняться от удивления не одну пару бровей. Из нашей импровизированной лаборатории я поднялся с обожженными волосами.