Чтение онлайн

– А может все-таки… Опаздываю.

Полицейские одновременно покачали головами.

– Не получится.

– На Серпуховке теракт. Всех гонят на усиление.

– А мы и так задержались.

– Вот блин, – Пустовалов потер шею.

Под штатным дисплеем захрипела рация.

– Шестой ноль один, где вас носит бл…

Каменщик взял передатчик.

– Центр, прием шесть ноль один, движемся по Шоссе Энтузиастов в центр, прием.

– Быстрее, мать вашу…

Пустовалов вздохнул.

– Что творится сегодня, просто пипец…

– Можем подбросить до метро.

– Метро? – озадаченно переспросил Пустовалов, – оно же закрыто.

– Пятнадцать минут еще до закрытия.

– А ехать две.

– Успеешь.

– Какая тут, Андрюх? Шоссе?

– Авиамоторная.

– Метро, – проговорил Пустовалов, откидываясь на спинку сиденья.

Он десять лет не ездил на метро.

Виктор оторвался от потертого смартфона и краем глаза посмотрел на девушку, сидевшую через проход наискосок от него. На этот раз ему удалось рассмотреть ее лучше, чем в первый раз, когда он только зашел в вагон и, изображая равнодушие, как будто невзначай сел на соседнее сиденье, несмотря на обилие пустых мест вокруг.

Девушка смотрела в окно, и Виктор жадно ощупал ее взглядом. Миловидное лицо в обрамлении золотистых волос. Склонность к полноте в том идеальном виде, когда до самой полноты еще долгие годы. Чуть вздернутый носик и от того слегка приподнятая верхняя губа, нежный подбородок говорили о том, что «няха» была совсем еще малолеткой, может всего на пару лет младше него.

Электричка тронулась, и Виктор поспешно отвел взгляд, со стыдом понимая, что ночью в окне ничего не видно, кроме отражения. На этот раз он успел рассмотреть не только лицо, но и фигуру – мужчине ведь достаточно одной секунды, чтобы целиком оценить женскую красоту. Об этом он прочитал в древнем журнале Men's Health, когда ему было десять лет.

Сочетание плавных линий и крутых изгибов. Девчонка явно занималась чем-то, может спортивными танцами или кроссфитом. Глядя на первоклассные ноги, втиснутые в голубые джинсы, Виктор вспомнил что именно такой типаж, всегда искал на порносайтах. На девушке был еще короткий бежевый плащ и темно-красный шарф, она была невысокого роста, как фигуристка или гимнастка, и Виктор подумал, что эта девчонка ему вполне подошла бы. Почему бы и нет? Сам Виктор ростом был не выше ста семидесяти, да и то лишь, когда не сутулился и по нормам веса не добирал пары килограммов. В общем, если и рассчитывать на первоклассную тян, то только на такую.

Не в силах больше глядеть на треснутый экран смартфона, Виктор снова перевел взгляд на девушку, и смутился, обнаружив, что она смотрит прямо на него, и даже не думает отводить взгляда. Уверенная в себе, блин!

Большие светлые глаза. Виктор ощутил удар теплой волны, но взял себя в руки – напустил деланного равнодушия и, следуя советам пикап-гуру потребительски осмотрел ее фигуру, которая надо сказать выглядела чертовски соблазнительно.

Вот же дрянь, никаких изъянов! Виктор продолжал разглядывать тусклую надпись «Не удается подключиться к интернету», водя пальцем по царапине. Перед глазами сиял светлый щенячий взгляд. Да это, пожалуй, самая настоящая «девятка», думал Виктор, и главное – нет этой мерзкой косметики, все натуральное.

Виктор являлся ярым сторонником «натуральности» женской красоты. Правда в основном, он свою позицию отстаивал в компании Макса и Димона – своих единственных друзей, один из которых недавно преподнес ему неприятный сюрприз, поведав, что уже полгода не является девственником.

У Виктора с «этим делом» все пока обстояло сложно. Особенное расстройство доставляла мысль, что перед неказистым Максом с дефектом речи, которого еще год назад девушки совсем не интересовали, такая проблема уже не стояла. И, судя по тому, как второй его друг – ботан и доходяга Димон зачастил на свидания, Виктору грозило скоро стать последним лузером среди лузеров.

Конечно, избранницам Димона и Макса далеко до статуса эталонных тян, но в девятнадцать лет все еще быть девственником – очень дурной призрак. Проблема грозила вырасти до катастрофических масштабов, так что Виктор стал подумывать о проститутке.

Виктор попытался представить, что будет, если он прямо сейчас заговорит с этой «няхой» и челюсти тотчас свело от страха.

«Ну что ты теряешь? – Прорывался внутренний голос. – Действуй, пока никого вокруг нет, и никто не увидит твоего позора».

А, что если не отошьет? Ведь и того хуже. Виктор понятия не имел о чем говорить с девушкой. Одно дело с Димоном и Максом – можно хоть об учебе, видеоиграх, тачках… телках. А с телками о чем?

«К черту внутренний диалог! – Твердо произнес в голове голос с узнаваемой интонацией пикап-гуру. – Не думай – действуй».

Виктор бросил косой взгляд на девушку – она снова смотрела в окно и снова была прекрасна. Виктор почувствовал знакомый накат волны и подумал, как здорово иметь такую девчонку. Как обзавидовались бы Димон и Макс, да и вообще все институте и как…

Мысль Виктора оборвалась, поскольку ангельский облик загородила чья-то тощая задница в обвислых штанах. Виктор с неудовольствием поднял взгляд и увидел в проходе сутулого мужчину, который смотрел на девушку. Недолго простояв, мужчина сел на соседнее сиденье, не спеша достал замызганный блокнот, простую шариковую ручку и принялся что-то писать.

Виктор почувствовал злость, довольно быстро сменившуюся облегчением – теперь хоть голос заткнется. Теперь при всем желании не заговоришь. В присутствии этого хмыря… Да нафиг надо! Виктора всегда раздражало присутствие посторонних, он не мог сосредоточиться, терялся и, как правило, говорил не то, что хотел сказать, в основном, что-то похожее на бред сумасшедшего.

Голос действительно заткнулся, а Виктор стал смотреть в окно, хотя тянуло смотреть в другую сторону.

Последняя электричка неслась к Казанскому вокзалу сквозь снегопад, и Виктор вернулся к своим невеселым мыслям. В кармане у него оставалось всего две сотки. На карте – и того хуже. Слава богу, хоть жилье отдельное – мать с новой семьей выгнали его в коммуналку, где у Виктора в наследство от отца осталась комната. Квартира располагалась недалеко от Комсомольской. На кухне под столом есть два килограмма картошки, которую можно жарить на соседском масле. Пиво он купит в «Билле» по скидке, сигарета только одна, ну что же, пару дней подует вейп. Интернет оплачен. В принципе жить можно.