Метод отстрела
Шрифт:
– Никак нет, – вынужден был признать Талаев. – Но…
– Никаких «но»! – отрезал начальник управления, постепенно повышая голос. – Разумеется, людям, которые делают на наркотиках миллионы, такое понравиться никоим образом не могло. И вчера в Душанбе была совершена попытка государственного переворота. Благодаря слаженной работе местных спецслужб и наших товарищей эта попытка сорвалась. Сейчас по всей стране идут аресты лиц, в той или иной степени причастных к заговору наркодельцов. И твой Бобошеров оказался одним из организаторов и руководителей этого заговора!
Начальник управления выдержал паузу, позволяя таким образом подчиненному прочувствовать всю глубину и значимость сказанного. После чего продолжил:
– Он пока скрывается, но уже объявлен в международный розыск. А теперь представь себе, что произойдет, если он будет арестован и начнет давать показания?!
На мгновение в глазах Талаева потемнело.
– …А если он уйдет в Афганистан, к американцам? – продолжал безжалостно добивать подчиненного начальник управления. – Те ведь не упустят такого шанса. И как же замечательно будет звучать на весь мир: российские спецслужбы организовали вооруженный мятеж в независимом государстве! Ты представляешь себе политические последствия такого… Такого…
Начальник управления прищелкивал пальцами и кривил лицо, но так и не мог подобрать нужного слова.
Впрочем, Виктор Васильевич и так его прекрасно понял. Действительно, политические последствия озвучки того, что Бобошеров – агент российской политической разведки, даже страшно себе представить.
– И все это – из-за двух ублюдков! – продолжал свою речь начальник. – Ты!..
Указующий перст оказался направлен на орденские планки на кителе Талаева.
– …И твой разлюбезный Бобошеров! Ну, с тем-то понятно – сволочь конченая. Но вот ты… Идиот!
Неожиданно начальник управления успокоился. Вернулся за стол, в свое кресло. Достав из кармана носовой платок, отер вспотевший лоб. И уже деловым тоном продолжил:
– Личное и рабочее дело агента Анчара уничтожить. Данные на него в информационном центре удалить. Любое упоминание этой фамилии – Бобошеров – во внутренних документах устранить. На все про все тебе – двое суток. Свободен.
– Разрешите идти? – Талаев вскочил на ноги.
– Пшел вон, идиот! – презрительно бросил начальник управления. – И помни: если произойдет утечка информации… Меня, конечно, снимут, но я успею оформить тебе перевод. Старшим опером в морской порт. Города Находка…
Начальник управления устало махнул рукой в направлении выхода – аудиенция закончена. Талаев на негнущихся ногах вышел в приемную. Наткнувшись на вопросительный взгляд секретарши, только махнул рукой и улыбнулся. Но в этот раз улыбка была не обаятельной, а просто жалкой…
Но Виктор Васильевич никогда бы не поднялся столь высоко, если бы не умел «держать» удары судьбы. И уже в коридоре к нему начало возвращаться спокойствие, а мысли приняли упорядоченный характер. Вспомнилось приписываемое Сталину изречение. Ну, о том, что если нет человека, то нет и проблемы.
И тут же вспомнился человек, которого он недавно объявил своим личным врагом – Артем Рождественский. И его друзья.
«А ведь его группа имела все шансы на успех!» – сообразил вдруг генерал. Ликвидируя этого чертова беспредельщика Бобошерова, они невольно, помимо собственного желания, лили воду на его, Талаева, мельницу.
Ага. Лили. Бы. Если бы он сам не приложил все усилия к тому, чтобы задуманная ими операция сорвалась. Но кто мог знать, что события примут такой оборот!
Значит, необходимо постараться исправить допущенные ошибки.
В кабинет своего заместителя генерал почти ворвался:
– ШТ отправил? В Душанбе?
– Так точно! – браво доложил явно довольный собой зам. – Сразу же, как вы распорядились.
Талаев с большим трудом сумел сдержать горестный стон. Нет, начальник управления, безусловно, прав. Как же трудно работать с исполнительными идиотами!
Виктор Васильевич уже забыл, что совсем недавно сетовал на низкую исполнительскую дисциплину подчиненных. Ну да пусть это останется на его совести…
– Дай повторную! – вяло распорядился он.
– В смысле? – округлил глаза зам.
– В смысле, что произошла досадная ошибка, – на ходу импровизировал Талаев. – И эти четверо никакие не террористы, а очень даже милые ребята. Скалолазы, спелеологи, просто туристы – сам придумай.
– Но… Почему?!
– Потому, – дал весьма содержательный ответ генерал. Поразмыслив, добавил: – Потому, что я так сказал. Этого достаточно?
– Так точно! – кивнул ничего не понимающий зам.
Виктор Васильевич развернулся и пошел в свой кабинет. Извлек из сейфа дело агента Анчара, положил его перед собой на стол. Сидел, механически перелистывая страницы и время от времени тяжело, горестно вздыхал. Думал о том, что как-то странно устроен этот мир. Еще несколько часов назад он мечтал о том, как размажет по стене своего старого недруга, Артема Викторовича Рождественского. А сейчас молит Бога послать ему удачу…
И в этот момент Талаеву позвонил Старостин.
4
В то время, когда в столице России разворачивались все эти события, в аэропорту столицы Таджикистана – города Душанбе – приземлился московский рейс.
Среди пассажиров этого рейса выделялись четверо мужчин. Чем выделялись?.. В первую очередь национальностью. Все четверо были славянами. И в салоне «ТУ-154» они, помимо своей воли, уже обращали на себя внимание остальных путешественников. Славяне сюда не летают. Им в Таджикистане делать нечего. Не потому, что их там не любят, – в прямом смысле нечего. Нечем малюсенькой республике привлечь к себе внимание соседей. Ни, понимаешь, нефти, ни алюминия, ни редкоземов… Разве что героином.
Поэтому и таможня проверяла эту четверку более тщательно, чем остальных пассажиров рейса. Явно прилетели ребята договариваться о прямых – без местных посредников – поставках наркоты. Глядишь, отыщется какой криминал в рюкзаках… Тогда можно будет и поговорить с ними. О тяжелой доле бедного таджикского таможенника.
А пока четверка, вольно или невольно ставшая причиной повышенного интереса российских спецслужб, проходит таможенный досмотр и оформляет документы для пребывания в маленькой, но гордой стране, воспользуемся моментом и представим их.