Чтение онлайн

А новая Машкина подруга на мгновение застыла на месте и показалась Лешке статуэткой, вылитой из чистого золота.

Такое сравнение ей в голову пришло не случайно. На девочке была золотистая короткая юбочка, золотистая блузка с воротничком-стойкой, золотой медальон, а через плечо перекинута золотистая сумочка. Лешка перевела глаза на ее туфельки и увидела золотистые каблучки и такие же перемычки. А на плечи незнакомки спадали волосы цвета темного золота.

– Эй вы, идите сюда! – замахал руками Ромка, и вся компания направилась к ним.

Глаза Машкиной подруги при ближайшем рассмотрении оказались зелеными, с изумрудным оттенком, и над ними мерцали чуть заметные золотистые тени. Лучшего сочетания трудно было придумать.

– Знакомьтесь, это Лайза, – торжественным голосом объявила Машка, а девчонка улыбнулась и изящным жестом поправила волосы. На ее ногтях блеснул золотистый лак.

Лешка незаметно посмотрела на свои ногти. Когда у них гостила ее подруга Катька, то они чуть ли не каждый день делали себе маникюр, потому что у Катьки было множество пузырьков с лаком и она не могла ходить с ненакрашенными ногтями. А когда Катька уехала, Лешка о лаке и думать забыла, так как у них что ни день, то что-нибудь случалось. Хотя это, конечно, не оправдание. Лешка вдруг явственно услышала Катькин голос: «В любой обстановке, слышишь, в любой, ты должна быть неотразимой». А она явилась в кафе прямо со свалки, даже не переодевшись. Хотя когда бы она успела переодеться со всеми этими дурацкими слежками и поисками несуществующих тайников, то и дело затеваемых ее братом? Так бы и стукнула его по башке за все это.

– Лайза? – у Артема поднялись брови.

– Вообще-то я Лиза. Лайзой меня зовут в Америке, – мелодичным голоском ответила девочка.

Анатолий отвел от нее глаза, допил свой кофе и поднялся.

– Я, пожалуй, пойду, не стану вам мешать.

– Мы будем тебя ждать, – поймал его за руку Ромка. – Ты точно завтра вернешься?

– Если ничего не помешает, точно.

Молодой человек подхватил свою рогатую ветку и ушел. Остальные этого не заметили, так как все их внимание было приковано к новенькой. Лизе-Лайзе было лет пятнадцать, а может, и того меньше, но держалась она как взрослая девушка.

– Лайза учится в Америке, – объявила Машка все тем же восторженным голосом.

– А Темка наш – в Англии, – невольно откликнулся Ромка и принялся чертить на бумажной салфетке план разрушенного графского дома. На него одного новенькая не произвела никакого впечатления.

– Правда? – Лиза перевела взгляд на Артема, и в глазах ее вспыхнул откровенный интерес. Она бесцеремонно – так, во всяком случае, показалось Лешке – уселась рядом с ним на освободившееся после Анатолия место и защебетала по-английски. Артем ей спокойно отвечал. Лешка и не пыталась вслушиваться в то, о чем они говорят, а вот Венечка что-то понимал и даже вставлял иногда отдельные словечки.

– Американцы вместо «о» почти всегда говорят «а», – заметил он, на миг повернувшись к Лешке.

А ей было решительно все равно, что и как говорят американцы. А потом заиграла музыка, и на пятачок около стойки вышла какая-то парочка. Лиза схватила Артема за руку и, одарив ослепительной улыбкой, повела к танцующим. А он даже не сопротивлялся. Только плечами пожал и пошел. До этого, между прочим, никто из них здесь не танцевал, а теперь все кафе уставилось на Лизу с Артемом.

И Лешке жутко захотелось домой. Прийти в сарай, упасть на сено и плакать. Она-то думала, что у них с Артемом все до того хорошо, что лучше и быть не может, а тут появляется неизвестно кто, неизвестно откуда и все, все-все портит.

Но не могла же она показать всем свои чувства! И потому продолжала сидеть, делая вид, что эти танцы ее ничуть не волнуют, и отвечать на дурацкие Машкины вопросы.

– Лешк, ты будешь еще мороженое? – спросил Ромка.

Она дернула плечом:

– Не хочу я.

– Закажи мне и Лизе по шоколадному. И учти, она любит с орехами, – распорядилась Машка и вновь пристала к Лешке. – А знаешь, Лиза однажды в кино снималась и ее, возможно, скоро опять туда пригласят. У нее на днях пробы.

– Да что ты говоришь! – отозвалась Лешка.

– Ага, – не уловив сарказма, кивнула Машка, и на ногтях ее блеснул золотистый лак. Это означало, что у Ведерниковой появился новый образец для подражания, а еще недавно им была Лешка: Машка даже одежду такую же покупала, и они издали подчас казались двойняшками, даже Ромка один раз их спутал. Теперь Лешка не сомневалась, что завтра же Машка вырядится в золотистую блузку.

Лиза еще пару раз таскала Артема к танцплощадке, и он всякий раз пожимал плечами, но не отказывал ей.

Наконец эта пытка кончилась. Машкины подруги, которые весь вечер просидели тихо, как мышки, засобирались домой, за ними поднялись все остальные. Но Машке всего этого показалось мало, и, когда они вышли из кафе, она спросила:

– Погуляем?

Артем повернулся к Лешке:

– Ты как?

Она равнодушно пожала плечами:

– Как все, так и я.

И тут, к великому ее облегчению, Лиза сказала:

– Я на каблуках, и потом, мне утром рано вставать, на пробы ехать.

И все пошли ее провожать, а она помахала на прощание ручкой и кокетливо сказала:

– Я скоро вернусь.

На все сто процентов Лешка была уверена в том, что Лизины слова относились к одному Артему.

Как только Лиза ушла, разошлись и все остальные. Лешка, Ромка и Артем довели Венечку до его дома с мансардой и пошли к себе. Ромка тут же забыл о новой знакомой, кроме предстоящих поисков графских сокровищ его вообще ничто не волновало.

– Уже завтра узнаем, есть там тайник или нет, – радовался он. – И Маргарита Павловна не станет возражать, когда мы пойдем к развалинам, потому что мы там будем не одни, а с Анатолием и его рабочими.

Артем тоже не сказал о Лизе ни слова, а сама Лешка не стала его ни о чем спрашивать.

Проснувшись утром, Лешка припомнила все Катькины советы по части наведения красоты и приступила к их реализации: слегка подкрасила ресницы и покрыла ногти бесцветным лаком. Краситься ярче было нельзя, чтобы никто не заметил перемен в ее внешности.

Спустившись к завтраку, Артем тепло ей улыбнулся, но Лешка не поняла, вызвано это внимание ее стараниями или какими-то другими причинами. Но все равно ей было приятно.