Чтение онлайн

Николай выдохнул воздух и потопал к людям, которым от пролома уже махал Проф.

– Приглядывай за ним, – проводил я его взглядом. – Сдается мне, не вытянет этот Николай, больно нервный.

– Так ведь он много чего узнает. – Ювелир скривился. – У нас пока все на виду.

– Ну вот и опробуем тюрьму, – спокойно ответил ему я. – Окунь пока для этого не годится, а технологию знать надо, жизнь – она исключительно многообразна. На своих экспериментировать неохота, а чужих мне не жалко. И еще, дружище, держи эмоции в узде. Тебе дней пять, а то и семь тут рулить процессом, так что…

– Думаешь, быстрее не управитесь? – уточнил Ювелир.

– Уверен, что нет. – Если честно, я до конца не был уверен, что мы вообще сюда вернемся. Ну, по крайней мере, все. – Дай-то бог, чтобы за неделю обернуться.

С листочками народ расставался без жалости, видно не воспринимая все это всерьез. Даже Николай (я следил за его мимикой) не стал ничего спрашивать.

– Есть что полезное? – поинтересовался я у Профа, когда новенькие ушли в крепость.

– Нет, – ответил тот, закрывая Свод. – Хотя из забавного – попался дубликат, описание цветка, крестоцвета равнинного. Стало быть, листки не уникальны, это интересный поворот событий. Я думал, каждому выпадает что-то свое, ан нет.

– Ну, народу много, поди на всех свое придумай, – утешил я ученого. – Ладно, пойду, мне собираться пора. А ты найди Настю и последнюю информацию ей перекинь. Только тихонько, без свидетелей. Ну и не забудь прийти нас проводить.

На самом деле мог бы и не говорить. На площади крепости собрались все, появился даже Рэнди, перемазанный ржавчиной. Насколько я понял, он копался в машине монитора и даже пришел к выводу, что там не так уж все и плохо. Его это увлекло до такой степени, что он перестал нам надоедать по поводу бункера и даже не слишком сильно ругался, когда Голд изъял у него топор. Проворчал, конечно, что-то на своем певучем испанском, но не явно слишком резкое.

Люди смотрели на нас, отпуская шуточки, но было видно – им не по себе. Далеко и надолго у нас никто никогда еще не уходил, а потому все немного волновались. Да я и сам ощущал некий мандраж, чего уж.

– Не шляйтесь долго, – пискнула Аллочка. – А то опять придет какое-нибудь чудище страшное, ужасное – а вас нет.

– Типун тебе на язык, – ругнулась Галка.

– Все, долгие проводы – лишние слезы, – решительно сказала Валентина. – Идите уже!

Я обернулся только один раз, когда мы отошли от крепости на полкилометра, хотя и дал себе зарок этого не делать.

Люди стояли на холме и смотрели нам вслед, а у самой маленькой фигурки в руках трепыхался беленький платочек.

Поначалу народ шел молча. Оно и понятно – почти все присутствующие оказались здесь, в этой группе, либо случайно, либо потому, что надо, я и сам относился к последним. Да, я не сильно рвался в этот рейд, чего уж там. Слишком много всего недоделанного или даже не начатого осталось за спиной и, скорее всего, надолго. Как у них сложится эта неделя? Кого занесет к нашим стенам? Поди знай…

Впрочем, нашлись и те, кто был очень доволен происходящим, например, Одессит и Настя. Первый – по легкости нрава, вторая… А фиг знает почему, но по ее сияющей мордашке было видно, что ей все это по душе. Должно быть, просто надоело сидеть в четырех стенах.

Еще из общего ряда выбивался Азиз. Он к данному походу явно отнесся с определенным фатализмом, исходя из принципа: «Надо идти – пойдем». Чернокожий исполин шагал прямиком за мной, на одном плече он тащил наши съестные припасы, завязанные в парусину, на другом у него лежало лезвие меча, рукоять которого он сжимал в ладони. И ведь какой здоровый – ни малейших признаков усталости.

Впрочем, личное оружие все тащили сами. Хотя какое там оружие? Дубинки, которые достаточно умело навострился делать все тот же Рэнди, – вот основное оружие нашей группы. Исключение – Азиз со своим мечом, я с пистолетом и штырем, который превратился в подобие мизерикордии – к нему приделали деревянную ручку, да Голд с винчестером. Есть еще топор, но его я запретил использовать как оружие, не дело это. Впрочем, о строительстве плотов я старался вовсе не думать – очень уж затея напоминала воздушный замок. Сначала надо деревья повалить, потом с них сучья обрубить, а потом… Потом видно будет.

– Бабочки летают! – вдруг совершенно по-детски захлопала в ладоши Милена. – Смотрите – бабочки!

И впрямь – над яркими желтыми цветами порхало несколько крупных бабочек с пестрыми коричнево-оранжевыми крыльями.

– Хорошая наживка, – сообщил всем Владек, который и впрямь навострился говорить по-русски. Слова он еще не все произносил верно, но мы его понимали.

– Приземленный ты человек, Владя, – ответил ему Одессит, который с доброй улыбкой, странно выглядящей на его обычно шкодливом лице, смотрел на Милену и Настю, припустивших за порхающими красавицами. – Они же ж девочки, им самое то цих крылатых ловить и на пальчики свои сажать, как те перстеньки.

Остальная группа тоже остановилась и смотрела на двух девушек, шныряющих по траве и с хохотом гоняющихся за поразительно красивыми бабочками. Наверное, следовало на них прикрикнуть, но мне не хотелось этого делать, не знаю почему. Может, потому что в этой картине была часть той, мирной жизни, которой больше не будет? В прошлом мире бабочки были только в музеях, частных коллекциях и в сериалах, в живой природе они, наверное, тоже еще где-то встречались, но я такого не видел.

– Какая классная! – Одну из порхающих красавиц Настя все-таки поймала и теперь вертела перед глазами. – Какая нарядная!

– Ага, – вторила ей Милена. – Отпусти ее, пусть летит!

Надо отметить, что это происшествие как будто разморозило наш маленький отряд, зазвучали разговоры, там, где шел Одессит, слышался смех, – этот балагур, как всегда, травил байки, через слово поминая свой любимый город.

– И тогда он пришел к памятнику, который жители нашего города от всего сердца поставили дяде Лёде Вайнсбейну [9] , и спросил у него… – донеслось до меня.

Интересно, кто такой дядя Ледя и за что ему поставили памятник?