Чтение онлайн

– Да не так чтобы очень. Три зоны тут рядом, одна бабская. Всем грев надо организовать. Мусоров купить. Чего еще?.. За урками местными да бакланами приглядеть, чтобы не беспредельничали. Непонятки между ними, дураками, чуть ли не каждый день. И надо все разобрать, рассудить по закону… Вот и тебе тут дорожку от Ижмы прокладывали. И дальше отсюда уже проложили. Я про это как раз и хотел рассказать.

– Рассказывай.

Окурок красной звездочкой упал на пол и тут же пропал. Шершавый растоптал его ногой.

– Слушай. Послезавтра в ночь Макс переправит тебя через Мезень. На том берегу железка. Там тебя днем и подхватит наш человек. Сан Саньгаем зовут его. Машинист. Помощником у него Витя Кроватка. Гоняют лес до Магистрали. До Микуня. Мужики правильные, можно им доверять…

– И куда я в Микуне?

– А ты слушай, не перебивай… Завтра утром Дюймовка едет туда. Тоже с Сан Саньгаем. Там за день все подготовит, с братвой перетрет, чтоб ждали, думали, как тебя дальше везти. А потом и встретит тебя с тепловоза. Ты не менжуйся, за тебя все промеркуют, с рук на руки передадут, ты и не почувствуешь. И мусора ничего не прочухают. А пока два денька у нас погостишь, поскучаешь. Хотя Ленка скучать не даст тебе, Коста.

– Эт-та точняк, – усмехнулся я. – Толик, еще есть, что сказать?

– Да нет. Все вроде сказал, что хотел. Пошли, что ли, к нашим. Глаза давно привыкли к темноте, и по пути в сенях я даже не сбил ни одного ведра с помоями. Удачно добрался до светлой горницы, где обнаружил ту гладь и тишь, какая обычно царит на исходе застолья. Пьяные Голован и Мария спали валетом на диване, Амикан дремал, продолжая сидеть за столом. Напротив него стоял стакан, до краев наполненный водкой, но потребовался бы он Артему, скорее всего, только наутро. Ирина с Дюймовкой гремели посудой в задосках. Вика собирала со стола остатки нашего скромного пиршества. Аленка делала вид, что помогает тетке, но стоило мне войти, как сразу забыла про свои обязанности.

– Ты все? Освободился? – подскочила она ко мне. – Пойдем спать?

– Заездишь же человека! – прокричала из задосок Дюймовка и тут же добавила уже для меня: – Идите, Коста, идите. Вон, прихватите чего-нибудь с собой недопитого, недоеденного.

– И правда… – нерешительно пробормотал я, словно испрашивая у честной компании позволения откланяться.

– Иди, иди, отдыхай, – хлопнул сзади меня по плечу Толик Шершавый.

А Ленка уже набивала всевозможной провизией, бутылками и посудой пакет.

«И на сколько же рассчитано такое количество хавчика? – с ужасом подумал я. – Ведь на неделю, не меньше. Она что, серьезно рассчитывает на такой срок? Обломись, девочка, впереди у нас только две ночки…

– Коста, пошли. – Алена с огромным пакетом в руке подошла ко мне, ткнулась губами мне в бороду и зацепила меня за локоть.

…Мне тебя немного жалко. Ведь со мной, милая, тебе не светит. И придется тебе все-таки ограничиться сплавщиком или вальщиком леса… Впрочем, кто тебя знает? Возможно, тебе еще повезет», – заключил я и поплелся следом за Ленкой в подвальную келью.

Два дня и две ночи я нежился в горячих объятиях любвеобильной сестрицы Аленушки. Хлебал пиво без меры и ел здоровую деревенскую пишу от пуза. Иногда удавалось урвать полчаса на то, чтобы посмотреть телевизор или полистать какую-нибудь книжку. Одним словом, двое суток полнейшего расслабона, о каком я не мог и мечтать еще меньше недели назад, трясясь на кобыле через тайгу и замерзая в палатке.

Естественно, как я и ожидал, Ленка не преминула подъехать ко мне с предложением стать моей верной спутницей в блужданиях между жизненными невзгодами.

– Я отвечаю, не пожалеешь, – уверенно заявила она, разогретая несколькими бутылками пива.

А я в ответ рассмеялся:

– Вот когда подрастешь и поумнеешь настолько, чтобы понять хотя бы наполовину, какие геморрои ждут меня впереди, тогда мы поговорим об этом всерьез. А пока все это только, – «метет пурга». И больше не будем об этом.

– И где прикажете вас искать, Костоправ Батькович, когда я подрасту и поумнею настолько, насколько вас это устроит?

– Не знаю. Давай договоримся, что примерно в начале лета я сам объявлюсь в Кослане, – ляпнул я и тут же ужаснулся своим словам: «О дьявол! Ведь за мной уже есть одно обещание! Кристина… Теперь еще Ленка. И обе ведь малолетки! Я что, решил растрезвонить по всему Поморью, что какого-то ляда припрусь сюда будущим летом. Ждите, девчонки! Встречайте, менты!»

– Ладно, – неожиданно легко смирилась Алена. – Не буду больше надоедать тебе, милый. Но имей в виду, я буду ждать.

Я очень надеялся, что не будет – за год может много чего измениться в голове сумасбродной пятнадцатилетней соплюшки.

– Косточка, солнышко. Только если у тебя не выйдет приехать, дай мне об этом знать. Пришли, пожалуйста, весточку. Договорились?

– Договорились, – ответил я.

И больше к этому разговору мы не возвращались. Разве что, мне пришлось выдержать основательный натиск в саму ночь отъезда. Алене приспичило провожать меня до поезда.

– Я что – дитятко малое? Спадитесь, что ли, из-за меня? Нет, я тоже иду, – настаивала она. – До железки, и все.

– Сперва до железки, потом до Микуня, – заметил Шершавый. – А потом только тебя и видели. Нет, дочка. Ты останешься дома. Не пущу тебя и до реки. Это не игрушки. И это мое последнее слово.

Алена разревелась и обреченно повисла у меня на шее. Она наконец смирилась с потерей, которая казалась ей такой огромной в ее пятнадцать лет…

Дюймовка еще утром уехала на Магистраль и должна была подготовить мне там достойную встречу. И машинист Сан Саныч уже был в курсах, что должен притормозить у какого-то семафора напротив какой-то тропы в пяти километрах от станции Кослан, чтобы принять меня «на борт» своего локомотива. Появляться на самой станции было стремно – там легко можно наткнуться на мусоров или чересчур наблюдательных и любопытных людишек, которые любят потрепать язычком о всяких там отклонениях от нормального течения жизни. И, в частности, о появлении незнакомого человека в компании одного из местных бандюг…

– Начало шестого, – бросил взгляд на часы Толик Шершавый. – Пора. Ленка, отлипай от своего ненаглядного. Дай и другим людям с ним попрощаться.

Я расцеловался с Ириной и Викой, обнялся с Толиком. С Артемом, Голованом и Марией я распрощался еще накануне – они уехали в Венденгу. А с Дюймовкой мне предстояло встретиться в Микуне.

– Ну с Богом, – перекрестил нас с Максом Шершавый.

И у меня на шее опять повисла ревущая Ленка…

Потом мы пробирались по узкой тропинке вдоль бесконечных, по-осеннему пустых, огородов, сопровождаемые ленивым сонным тявканьем местных дворняжек. Спускались по крутому косогору к реке, и я споткнулся и чуть не покатился вниз, в непроглядную темноту.