Чтение онлайн

Их когорту привели в крепость, чтобы присоединить ко Второй Тунгрийской когорте в неожиданной роскоши полупустых казарм, где она быстро обнаружила, к своему большому гневу, что вторая их родственная когорта прибыла сюда из германского порта еще неделю назад и все это сидела без дела и ждала их.Пока оба отряда знакомились, пили, препирались, а в некоторых случаях даже предались безрезультатным и быстро наказываемым кулачным боям из-за того, кто из них лучше, сильнее или просто удачливее, Скавр присоединился к префекту Касту в его доме в викусе, к компании Юлия и Марка. Префект, который уезжал на юг раньше них, чтобы подготовить возвращения четырех когорт в крепость, открыл дверь и повел их через зал в столовую, положив руку на грудь Марка.

– Не сюда , центурион. Тебе, друг мой, следует повернуть направо, а не налево.

Юлий взглянул на своего начальника, но Скавр смущенно улыбнулся и протянул руку, указывая на дверь другой комнаты. Сбитый с толку, Марк вслед за префектом, вместе с трибуном вошел в дверной проем, а Юлий прошел в столовую. Едва молодой центурион вошел в комнату, как на него налетела жена, отбросив его назад. Открыв рот, чтобы поприветствовать ее, он закрыл его снова, когда понял, что она залилась потоками слез и бессвязно зарыдала у него на груди. Озадаченно оглядевшись, он нашел объяснение в быстром вмешательстве Каста.

– Твоя жена подверглась нападению со стороны трибуна Сорекса, пока вас не было. Попытка этого ублюдка овладеть ею была пресечена нашим старым другом... - Он указал на мужчину, тихо сидевшего в углу комнаты, и лицо Марка расплылось в широкой улыбке, когда он узнал своего бывшего префекта, Легата Септимия Эквития.

– Мне повезло, что я пришел во время и что мне удалось оставить при себе телохранителя, несмотря на то, что меня отстранили от командования. Я выгнал отсюда этого молодого ублюдка, прежде чем он успел нанести слишком большой ущерб вашей женщине, но, несомненно, ей понадобится столько внимания и заботы, сколько вы сможете уделить ей на какое-то время.

Марк кивнул, обнял жену и бросил на Скавра взгляд, наполненный явным, неприкрытым намерением кого-нибудь убить.. Трибун понимающе кивнул, но поднял руку, чтобы остановить комментарий, которого он ожидал от молодого человека.

– Я знаю, ты хочешь отнести ему голову, но я думаю, что будет лучше, если мы продолжим придерживаться нашего первоначального плана. Я не хочу, чтобы способ решения проблемы трибуна Сорекса каким-либо образом отличался от того, о чем мы договорились, иначе наша свобода действий будет существенно ограничена. Потрать лучше некоторое время, чтобы успокоить свою жену, центурион, и мы отправимся в штаб, как только через парочку часов там зажгут лампы.

Он повернулся к двери, улыбнувшись при виде Юлия, держащего на руках дочь, с видом совершенно ошарашенного человека. Анния следовала за ним с выражением облегчения и восторга при виде своего мужа, с такой радостью принявшего рождение девочки.

– Ну вот, примипил, кажется, вас теперь трое. Поздравляю! Вы уже придумали имя ребенку?

Анния открыла было рот, но ее прервал мощный голос мужа.

– Мою прекрасную дочь я назову Викторией, в честь легиона, базировавшегося в месте ее рождения. Я ожидаю, что она вырастет сильной и здоровой девочкой, и я обучу ее навыкам, которые позволят ей никогда не бояться ни одного мужчины.

Скавр снова улыбнулся, с удовольствием наблюдая, как Аниия прищурила глаза за спиной мужа.

– Отлично! И я уверен, что твоя многоуважаемая жена предпримет все необходимые шаги для того, чтобы Виктория сохранила свою женственность, пока ты будешь занят попытками превратить ее в тунгрийского легионера! Имей в виду, она, кажется, уже переняла одну тунгрийскую черту. Ты явно слишком моно времени провел со своими солдатами и ничего не замечаешь, примипил, или, возможно, ты высоко ценишь тонкий аромат, который, кажется, издает ребенок.

Повернувшись, Юлий увидел лицо жены и слегка вздрогнул, прижимая к себе ребенка.

– А теперь сам займись своей любимой дочуркой.

Анния отступила назад и заложила руки за спину.

– Ты, что, не понимаешь, ты, большой кусок тупых мозгов! Ты сам дал ей имя, не спросив меня, значит, ты можешь поменять ей и пеленки без моей помощи! Считай это первой тренировкой, которая научит тебе никогда не бояться дерьма из обгаженной задницы какого-нибудь ребенка…

Позже, сидя вместе, пока Скавр и Каст обдумывали маршрут, по которому на следующее утро пойдут тунгры, когда выступят из Тисовой Рощи, Марк держал за руки свою жену, пока она описывала ему домогания Сорекса.

– Пожалуйста, прости меня, любовь моя, он не оставил мне выбора. Он бы убил Аннию и ребенка, если бы я попыталась дать ему отпор…

Муж сжал ее руки и нежно поцеловал в щеку.

– Тебе нечего прощать. Как я мог подумать о тебе что-то плохое, если ты защищала нашу подругу и ее ребенка единственным возможным способом. Кроме того, судя по словам легата, он не успел нанести тебе вред потому, что его спугнули.

Фелиция грустно кивнула, и провела пальцем по линии полу-зажившего пореза на лице мужа.

– Твой бедный нос. Нет, он не причинил мне особый вред, но он сказал мне, что часто насиловал женщину префекта с момента своего приезда, угрожая ей испортить его карьеру, если она не подчинится.

Марк нахмурился.

– Знает ли об этом Арторий Каст?

– Нет, и он не должен это узнать, Марк, если ты ценишь его как друга. Это положило бы конец их отношениям, а они явно очень любят друг друга. Кроме того, он почти наверняка захочет с ним рассчитаться.

– И, что же дальше?

Я соглашусь с тобой, что он чувствует, что тут требуется поступить гораздо умнее, чем вам, солдатам, хочется…

– Поздравляю, Фульвий Сорекс, с самым удачным возвращением Орла легиона. Вы, должно быть, рады, что нашли его так близко от форта, так сказать?

Трибун торжествующе ухмыльнулся Скавру, опустив голову в знак признания похвалы своего коллеги, столь поверхностной, что Марк задумался, не было ли это намерением скорее высмеять слова Скавра.