Шрифт:
Annotation
Победитель Нео-нуар 2018 "Месть мертвеца".
Адашов Юрий
Адашов Юрий
Месть не приходит одна
Боль вырвала его из беспамятства. Тупая и режущая одновременно, огненной змеёй обвивала запястья, крест-накрест пересекала грудь. Он застонал и открыл глаза. Серый, заплёванный пол и окровавленные нити колючей проволоки, туго врезавшиеся в плоть. Быстрый взгляд по сторонам. Он висел голый на деревянной конструкции, напоминающей средневековую дыбу. Руки задраны и притянуты всё той же проволокой к верхней перекладине, рубиновые капли на шипах, ступни ног еле касаются пола. Застонал вновь. Глаза закрылись и голова обвисла. Он хотел умереть.
– Рано, - шелестящий женский голос стальной спицей проник прямо в мозг, - ты ещё не всё испытал, красавчик.
Мягкая ладонь нежно погладила его затылок ...
***
Дождь лил, не переставая. Стас курил в служебном автомобиле, выпуская дым в приоткрытое окно, и смотрел, как падающие капли разбиваются о лобовое стекло. Мокрая серая пелена разделяла машину и небольшой отель напротив.
Отель 'Ночная жизнь' - вонючая помойка с почасовой оплатой номеров, где простыни пропахли мочой и спермой, а клопы могли запросто сожрать зазевавшегося постояльца. Прислуга под стать заведению - удалая, пьяная и опасная. К тому же приторговывали в притоне нелегальщиной, начиная от травки и заканчивая... Впрочем, в эти дебри оперативник-экс решил не углубляться. В Сумеречном Квартале иные шлюхи страшнее любого монстра.
Стас отряхнул воду с плаща и толкнул дверь в центре облупленного фасада, прошёл в вестибюль, убогий и неопрятный, под ковром на каждом шагу что-то смачно похрустывало. В углу на стуле скучал полицейский голем. Экс махнул у него перед носом жетоном, коп кивнул и молча указал на лестницу.
Стас поднялся на площадку второго этажа и прошел по пустому коридору к нужному номеру. Обостренное чутье сразу уловило запах крови, перемешанный с едва ощутимым, но терпким ароматом тлена и смерти. Заплесневелый сыр и сирень. И что-то еще, на грани восприятия, смутно-знакомое и ускользающее. Перед дверью толпилась кучка полицейских.
– Горски!
– Один обернулся и экс узнал его - старший следователь-эксперт Роберт Дирт.
– Уже явился. Вовремя.
Дирт махнул рукой ещё одному копу:
– Знакомьтесь. Капитан Кроссман, убойный отдел. Наша связь с полицией. Стас Горски, оперативник-экс.
Стас бегло осмотрел капитана. Пожилой, низенький, лысоватый, в мятых форменных брюках и засаленной рубашке. Глаза, от которых не спрячешься. Ладонь капитана на удивление плотная, сильная и влажная, что несколько удивило - в коридоре было прохладно.
– Оперативник-экс?
– Явно заинтересовался капитан.
– А специализация какая, можно полюбопытствовать?
– Можно, - сухо ответил Стас, - инквизитор. А по-простому - палач.
– Добро, - в глазах Кроссмана на секунду мелькнули страх и отвращение, - видно дельце то ещё.
Горски вопросительно посмотрел на Дирта, но тот только махнул рукой на дверь в номер.
Грязная халупа, с бородами светящейся паутины по углам - хозяева явно экономили на электричестве. Пару облупленных стульев, мягкое кресло, трехногий стол и древняя кровать. Запах стал почти невыносимым - каморка вся забрызгана кровью. Красные разводы на стенах и полу, рубиновые капли на паутине, залитая алым кровать. В центре возвышалось нечто странное, ржаво-деревянное, а на нём висело то, что некогда было человеком - груда плоти, костей и кишок.
– Кожу содрали заживо.
– Сообщил Дирт.
– И потом сожрали мозг. Ничего не шевелится в памяти, палач?
Экс молча выбил сигарету из пачки, закурил и сильно, до боли загнал табачный дым в лёгкие. Выдохнул через ноздри.
– Значит, шевелится. Всё правильно, Стас. Нас посетил изверг.
***
...Мягкая ладонь нежно погладила его затылок, и тёплая волна разлилась от макушки вниз, притупляя боль. Он открыл глаза. Бледнокожая черноволосая нимфа в алом, как кровь, бикини. Пронзительно красива. Аура похоти, исходившая от неё, настолько одуряющая, что его член немедленно отреагировал. Красотка скосила глаза вниз и улыбнулась уголками губ:
– Вижу, рад меня видеть.
– Её ладонь опустилась, и длинные пальцы нежно пробежались по вздыбившемуся члену.
Плоть взвыла, готовая лопнуть. Но её ладонь напряглась, ногти впились в мошонку, раздирая до крови. Боль и наслаждение слились, он немедленно кончил и опять обессилено повис на дыбе.
Красотка отошла и уселась в мягкое кресло рядом с трёхногим столом, лицом к нему. Достала длинную чёрную сигарету, закурила, выпуская дым колечками. Сладкий запах марихуаны.
– Знаешь, - шелестящий голос обволакивал, - многие путают меня с суккубом. Но мне одинаково милы и секс, и пытки. Всё, что позволяет контролировать сознание. Вы, людишки, такие смешные и наивные.
– Зачем?
– только и просипел он...
***
– Что вы так зассали?
– Недоумение Кроссмана было настолько сильным, что Стас слегка улыбнулся.
– Что такого особенного в этих извергах?
– Ничего особенного, капитан.
– Дирт задумчиво постучал карандашом по столу.
– Ничего особенного. Для нас. Обычная милая нечисть. Мозгоеды, менталисты, перевёртыши. Но носферату от них срут кровавыми какахами, извиняюсь за выражение.
Кроссман лишь вопросительно поднял брови.
– Affliguntur damnati, капитан.
– Тихо произнёс Стас и Кроссман повернулся к нему.
– Проклятые самой Лилит. Праматерью. Её гвардия. Создана, чтобы держать в узде носферату. Те, кто знает, как подарить кровососам окончательную смерть.
Дирт молча подошёл к бару и разлил виски по трём стаканам. Стас выпил, обжигающая жидкость ухнула вниз, в желудок, потеплело на душе.
– Официально их больше нет, капитан.
– Продолжил экс.
– Вопрос решили окончательно. Резня Варфоломея. А неофициально - кто знает.
– И за что же их так?
– Поинтересовался Кроссман.
– За антисоциальность.
– Зло усмехнулся Стас.
– Хотя любому копу-голему ясно, что кровососы боялись до дрожи в сфинктерах. Праматерь ушла и носферату отомстили. А инквизиторам было всё равно кого резать.
– Теперь понимаете, Кроссман?
– Дирт снова перехватил разговор.
– Чтобы найти изверга, кровососы зальют нашей кровью и своим дерьмом весь город.
Дирт повернулся к Стасу:
– Кстати, как думаешь, Князь уже знает?