Месть колдуна
Шрифт:
– А почему именно «должен»? Может, я бы и так согласился?
И тут же об этом пожалел. Так как Ёе Высочество резко склонилась к нему, словно для поцелуя, и в бешенстве зашептала:
– Послушай, Кашад! Или… как там тебя! Нас не интересует ни твоё настоящее имя, ни всё остальное во всём мире! Поэтому ты именно «должен» делать то, что мы тебе говорим. Без всяких условий и оговорок. А завтра утром мы забываем о тебе, а ты забываешь про нас. И все остаёмся при своих интересах. Мы не лезем в твои, ты не любопытствуешь о наших. Тем более что мы и так тебе открыли много секретов просто так, из чувства симпатии.
В образовавшуюся паузу Невменяемый успел вдохнуть и выдавить из себя воздух вместе со словами:
– Вы мне тоже очень симпатичны…
Принцесса так же резко от него отпрянула, и вновь её лицо стало выражать приветливую, хоть и прохладную доброжелательность:
– Ха! Самое смешное, что сейчас ты сказал правду!
В тот же момент она достала, словно фокусник из ниоткуда тёмную с серебристыми блёстками ткань и накрыла ему лицо. Тотчас полная мгла окутала сознание молодого колдуна. Сразу же закралось подозрение, что эту мглу не пройти магическими средствами. И ровный голос принцессы подтвердил это:
– Не пробуй подсматривать. Лежи спокойно. По моей команде поднимешь руки чуть вверх и на счёт получишь с двух сторон энергию от Эль-Митоланов. Они тоже тебе не видят и не узнают. Потом, когда почувствуешь женские ладошки, начинаешь выпускать тот самый океан эмоций. Не забывай, я сижу у тебя в ногах и контролирую процесс. Приступим!
Тут же раздалось три хлопка и в комнату кого-то ввели. Судя по почерку походок, две женщины ввели двух мужчин, у которых на глазах были аналогичные повязки.
– Руки! – потребовала, чуть ли не шёпотом принцесса. И тут же к поднятым рукам Кремона прикоснулись с двух сторон. – И… раз!
Два полных комплекта магической силы вверглись в лежащего на кушетке колдуна. Да плюс и его немалые остатки. От такой мощи сразу появились мысли прожечь в стенах дыры любого размера и уйти с помощью левитации. Но тут же здравый смысл подсказал не горячиться и не пороть глупостей. Ещё через пару минут послышались новые шаги и по бокам уселись две женщины. Для этого и глаз не надо было иметь, достаточно было уловить ароматы благовоний и дорогих средств по уходу за кожей. Затем две ладошки накрыли руки молодого колдуна, и он выплеснул из себя уж хорошо напрактикованный вулкан эмоций.
Если всегда раньше что-то в такие моменты вокруг творилось, то сейчас в комнате царила полная тишина. Так что время тянулось на удивление долго. Поэтому впоследствии было трудно утверждать меньше, или больше часа прошло с момента начала странной процедуры.
О финале Кремон догадался по тотальному обессиливанию и жуткому жжению в местах соприкосновения с чужой плотью. А в следующий момент уже принцесса перехватила его руки и за несколько секунд своими ледяными пальчиками полностью ликвидировала ожоги. Затем она сняла с него непроницаемую вуаль и чуть ли не с материнской заботой в голосе спросила:
– Ну как?
Кремон пошевелил одеревеневшими губами и признался:
– Словно по мне дивизия колабов прокатилась…
– Это потому что за сорок минут ты выплеснул из себя всё.
– Сорок минут?! – не поверил Невменяемый. – Теперь понимаю, почему всё тело выкручивает. Ни на что больше не годен. Разве что второе задание будет проще: падать, словно камень в бездонный колодец.
На шутку Кремона взгляд принцессы стал ещё больше приветливым, хоть и ответила она с немалым цинизмом:
– Для роли камней у нас огромное количество более бесполезных тел. А на тебя мы возлагаем самые почетные и уникальные обязанности.
– Справлюсь ли я, всуе сумнящийся?
– Только попробуй не справиться! – принцесса, словно уличная хулиганка, подставила ему под самый нос кулак. – Отдаю тебя под инструктаж Огирии. И попробуй, болтни хоть слово!
Далее кулачок царственной особы проделал несколько вращательных движений на его щеке, и Кремону моментально вспомнились его подруги детства. Точно так же они дурачились порой, имитируя шуточные драки или сражения. И в глазах принцессы блеснуло что-то хорошо знакомое и узнаваемое. Видимо в детстве была ещё той забиякой.
Затем Её Высочество отправилось к выходу из комнаты, и на полпути встретилась с Огирией.
– И… раз! – вся магическая, и наверняка половина физической энергии перешла в более молодую женщину. И она чуть ли не слевитировала к кушетке. Присела рядом с обессиленным десятником, который уже сидел, и спросила:
– Устал?
В ответ последовал лишь утвердительный кивок головы.
– Не страшно. Я тебе отдам нашу обоюдную силу перед самым ответственным моментом. Готов?
Кремон пожал в недоумении плачами. Помня недавние приказы, он решил действительно не произносить ни слова.
– Ах да, сейчас я тебе всё объясню. Кстати, тебе понравилась Молли? – она в нетерпении присмотрелась к лицу парня. – Чего молчишь? Отвечай. Да что ты плечами пожимаешь, да глаза таращишь?
И лишь увидя прижатый палец к губам и символический удар ребром ладони по шее, догадалась о причине молчания и улыбнулась:
– Понятно. Запугала она тебя… правильно! Но! Если я спрашиваю, ты должен отвечать! Понял?
– Да.
– Ты мне нравишься. Так вот, о Молли. Она тебе нравится?
– Да.
– Сильно нравится?
– Да.
– И это всё, что ты можешь сказать об одной из самых очаровательных женщин нашего царства? – почему-то вскипела Огирия.
– Э-э…, как бы сказать…? Вообще-то…
– Понятно! Тогда лучше молчи. Не ожидала от тебя такой преданности своей временной подружке по казарме.
Десятник хотел было возразить, но наткнулся на гневный взгляд Галиремы и благоразумно промолчал. А та, не спуская с него своего огненного взгляда, приступила к инструкциям: