Месма
Шрифт:
Он даже посмотрел на свои руки, чтобы убедиться, не мог ли он сам пораниться своими же ногтями: однако ногти его были коротко острижены, а кроме того, чтобы нанести себе похожий шрам ногтями, ему следовало крепко схватить самого себя за горло, чего он, естественно, не делал.
Ошеломленный и недоумевающий, Влад вернулся в пустую комнату. Он попробовал одеться, но очень скоро убедился, что даже на одевание у него совершенно нет сил. О том, чтобы ехать в институт, дорога в который представляла собой настоящее многоборье ( автобус, электричка, троллейбус), не могло быть и речи. Он с ужасом представил себе, что могло бы с ним произойти в дороге, решись он на такое безумие.
Помыкавшись туда-сюда, Влад решил, что лучшее из всего, что он мог бы сделать, это лечь в постель. Найдя в своих запасах лейкопластырь, он заклеил шрам на горле, который упорно продолжал кровоточить, и улегся в кровать. Полежал немного, устремив взор в потолок и раздумывая над всем случившимся. Однако мысли его блуждали, разбегались, наслаивались друг на друга, и он никак не мог собрать их воедино. В конце концов, он впал в дрему и вроде бы заснул.
Спал он плохо, беспокойно, пребывая в неком полусне – когда человек вроде бы спит, и при этом осознает окружающую обстановку. Потом он все-таки отрубился – как будто провалился в омут!
В себя он пришел поздно вечером, когда Валерий с Евгением вернулись из института и включили свет. Сноп света ударил ему под прикрытые веки, и он, вздрогнув, мгновенно пробудился. Приподняв голову, он увидал обоих друзей, вешавших в платяной шкаф верхнюю одежду.
– Ну как ты? – спросил Евгений, бросив на него озабоченный взгляд.
– Ничего, - произнес Влад, заметив попутно, что голос его дрожит от слабости.
– Записку мою читал?
– Читал…
– Ты на нас не сердись, но мы просто не знали уже, что и делать! Не железом же каленым тебе пятки прижигать!
– Да все нормально, ребята… Я все равно бы никуда не поехал, - сказал Влад, слабо улыбаясь. – У меня совершенно нет сил. Как там… институт?
– А что ему станется! – Евгений опустился на стул перед кроватью Влада, в то время, как Валерий переодевался в трико и футболку. – Стоит наш институт!
– А как… англичанка? – озабоченно спросил Влад.
– Англичанка-то? – Женя усмехнулся. – Сразу заметила, что тебя нет. «А где, - говорит, - Силуян?» Я ответил, что ты приболел… Так веришь ли, она расстроилась! Силуяна нет, говорит, так и спрашивать некого.Представляешь, ты у нее лучший! А мы – так, мусор всякий… Чего нас спрашивать!
Валерий, услышав это, рассмеялся. Сказанное его не касалось, ибо он изучал французский.
– В общем, ты не переживай, - заверил Евгений, - она на тебя не сердится. Придешь, она только об радуется… Главное тебе – выздороветь скорее! Ты хоть определился, что с тобой случилось-то?
– А черт его знает, - тоскливо ответил Влад.- Ума не приложу. Вчера вроде все было нормально, а вот сегодня утром меня будто выпили! всю энергию словно выкачали. Никогда раньше такого не было.
– Может, съел что-нибудь не то? – предположил Валерий. – В здешней столовке травануться можно так,что лапти запросто сплетешь! Туда лучше вообще не ходить…
– Да не ел я в здешней столовке! Обедал накануне в институте, там все нормально. Не знаю, ребята… Но вот – весь день провалялся, так мне сейчас намного лучше!
– Да? – улыбнулся Женя. – А пластырь на шее под челюстью откуда взялся?
– Порезался… когда брился, - ответил Влад. – А вот сейчас… ребятки, я с удовольствием съел бы что-нибудь! И завтра буду уже на ногах. Что-нибудь поесть дадите?..
– Вот это другой разговор! – обрадовался Женя. – Мы с Валеркой как раз тут на ужин прикупили кой-чего: и колбасы, и сыру, и рыбных консервов! Вот… кильки в томате… сайры две банки… Сейчас макароны сварим, макароны хорошие, яичные…- Евгений извлек из сумки ярко-красную пачку. – И будет у нас добрый ужин! Валер, будь добр, сходи на кухню, воду в кастрюле на газ поставь! А я буду макароны варить, когда вода закипит…
– Эка вы потратились-то! – воскликнул Влад, чувствуя, как во рту скапливается слюна при виде таких яств.
– Да ерунда! – буркнул Женя. – Мы ведь знали, что у нас теперь дома больной…
– Ребята, спасибо! я вот встану на ноги, деньги отдам! Стипендия скоро…
– Да перестань! От болезни никто не застрахован, так что ж теперь…
Хорошо поужинав – с аппетитом, что называется, от души – Влад захотел спать и заснул быстро. Спал как убитый, без просыпу и сновидений. Утром Влад ощущал телесную слабость, однако не настолько, чтобы проводить новый день в постели. Вместе с товарищами он поехал в институт.
В течение дня Влад «разгулялся» и чувствовал себя вполне прилично.
В перерывах между лекциями он внезапно встретил на одной из лестниц Галю, которая шла ему навстречу, как всегда в сопровождении Светы. Галя спускалась по ступеням, а он поднимался, но так как старинная лестница была весьма крута, ему пришлось смотреть на приближавшуюся девушку не просто снизу вверх, но и еще задравши голову… При этом Влад испытал наряду с привычным уже восхищением какой-то странный и томительный восторг…
– Здравствуй… Галя! – дрогнувшим голосом сказал он.
– Привет! – Галина как всегда была не только неотразима, но и весьма приветлива.
Они разошлись на лестнице, и он испытал досаду от того, что встреча их была столь мимолетной. И вдруг Галя, спустившись на площадку, чуть отстранилась к стене, сделав ему знак – приблизиться. Не веря своему счастью, Влад мгновенно вернулся на несколько шагов назад и очутился прямо перед ней. Краем глаза он заметил, как неодобрительно наблюдала за ним Света – будто он был виноват в том, что попался им на лестнице. У-у, бука несчастная… Ну и черт с ней!