Чтение онлайн

В Хотшоте не было собак.

Согласитесь: как правило, приехав в дыру вроде этой, вы остерегаетесь вылезать из машины, поскольку вокруг обязательно бегает десять-двенадцать шавок всех мастей. Здесь же ни единое тявканье не нарушало зимнюю тишину.

Я пересекла запущенный двор и подошла к крыльцу. Преследовало ощущение, будто каждая ступенька под ногами глядит на меня во все глаза. Наконец я постучала в тяжелую деревянную дверь с тремя стеклянными вставками, которые, очевидно, использовались как «глазки». Во всяком случае, через одну из них за мной наблюдали.

После затянувшейся паузы, во время которой я уже начала нервничать, дверь отворилась.

Передо мной стояла джейсоновская новогодняя подружка – правда, одетая куда проще, чем в тот раз. Сейчас на ней была кремовая футболка и черные джинсы, на ногах – ботинки с благотворительной ярмарки. Короткие курчавые волосы казались припорошенными пылью. Девушка – тоненькая и напружиненная, как натянутая тетива – выглядела моложе своих лет.

– Кристалл Норрис?

– Да. – В общем-то, в ее голосе не было особой враждебности, скорее – озабоченность.

– Я Сьюки, сестра Джейсона Стакхауса.

– Вот как? Заходите.

Кристалл отступила, и я прошла в крошечную гостиную, загроможденную мебелью. Тут стояли два кресла и диван на три подушки темно-коричневой расцветки. Знаете, с такой виниловой обивкой, сквозь которую прорастают пригорки огромных пуговиц. Ужасно неудобная вещь: летом вы прилипаете к такому дивану, а зимой соскальзываете с него. К тому же в углубления возле пуговиц всегда набиваются крошки.

Еще комнату украшал пятнистый коврик в темных красно-желтых тонах, репродукция «Тайной Вечери» над телевизором и куча разбросанных детских игрушек. Домик пропитывали ароматы риса, красных бобов и кукурузного хлеба.

В дверях кухни стояло детское креслице, где годовалый малыш развлекался с детальками от «Дупло» [8] . Мне показалось, что это мальчик, хотя сказать с уверенностью я не могла – зеленую водолазку и комбинезончик мог носить ребенок любого пола, а опознавательные знаки вроде бантиков и ленточек отсутствовали на темных коротких волосиках.

– Твой ребенок? – приветливо спросила я.

– Нет, моей сестры, – ответила девушка и жестом предложила мне сесть.

– Кристалл, причина, по которой я здесь… Ты знаешь, что Джейсон пропал?

Моя собеседница устроилась на краю дивана. Она сидела, не поднимая глаз – лишь когда я заговорила, бросила на меня быстрый взгляд. Мне показалось, что исчезновение Джейсона не стало для нее новостью.

– И когда? – спросила она. В ее голосе была приятная хрипотца. Должно быть, на мужчин она действовала неотразимо.

– С вечера первого января. Он уехал от меня, а на следующее утро не явился на работу. На пирсе за его домом обнаружена кровь. Грузовик Джейсона стоял перед домом незапертый…

– Я ничего не знаю об этом, – быстро произнесла Кристалл.

Она лгала.

– Кто сказал, что я должна иметь к этому какое-то отношение? – Девушка явно заводила сама себя. – Я знаю свои права и вовсе не обязана разговаривать с вами.

Ну как же, помню: 29-я Поправка к Конституции – оборотни не обязаны разговаривать со Сьюки Стакхаус.

– Нет, обязана. – Терпение мое лопнуло, и я решила не церемониться с этой штучкой. Она выбрала неверный тон. – У нас с тобой разное положение. Я, в отличие от тебя, не имею ни сестры, ни племянника. – Я кивнула в сторону малыша, решив, что угадала его пол с вероятностью в пятьдесят процентов. – У меня нет ни матери, ни отца – никого. Вообще никого за исключением моего брата… – Я перевела дух. – И я хочу знать, где Джейсон. Если тебе что-то известно, лучше это рассказать.

– А то что? – Тонкое лицо девушки исказилось. Ей действительно важно было знать, какие у меня рычаги – я видела это даже сквозь плотный туман, обычный для оборотня, затягивавший ее сознание.

– Вот именно – что? – раздался спокойный голос.

Я обернулась. В дверях стоял мужчина далеко за сорок. Седина пробивалась в его небольшой бородке и коротко подстриженных волосах. Он был гибким, невысоким – примерно пяти футов и семи дюймов, – а в его руках чувствовалась изрядная сила.

– Иначе я буду вынуждена сделать то, что должна, – с достоинством ответила я, поглядев ему прямо в глаза. Они были странного золотисто-зеленого цвета. В мужчине не чувствовалось враждебности, он скорее развлекался.

– Что вы здесь делаете? – спросил он все тем же нейтральным тоном.

– А с кем я разговариваю? – задала я, в свою очередь, вопрос. У меня не было ни времени, ни желания заново пересказывать свою историю. Однако от мужчины исходило ощущение силы, а тот факт, что он не разделял агрессивной позиции Кристалл, вселил в меня надежду.

– Я Калвин Норрис, дядя Кристалл. – По типу его ментальных излучений я поняла, что он тоже оборотень. Если принять во внимание отсутствие собак в поселке, я бы рискнула предположить, что эта семейка – вервольфы.

– Мистер Норрис, я – Сьюки Стакхаус. – На его лице ничего не отразилось, и я сочла нужным пояснить: – Ваша племянница была на новогодней вечеринке в баре «У Мерлотта» с моим братом Джейсоном. На следующий день, ближе к вечеру, он пропал. Я пришла узнать, не может ли Кристалл чем-то помочь в поисках Джейсона.

Калвин Норис прошел к дивану, на котором сидела девушка, по дороге потрепав ребенка по головке. Он уселся рядом с Кристалл в непринужденной позе, упершись локтями в колени и слегка наклонившись, чтобы видеть угрюмое лицо племянницы.

– Это звучит разумно, Кристалл. Девушка беспокоится о брате. Скажи ей, если знаешь что-нибудь.

– Почему я должна ей что-то говорить? – огрызнулась Кристалл. – Она приходит откуда-то со стороны и пытается угрожать мне.

– Потому что обычная вежливость требует помочь человеку в беде. Тебя же не просят идти к ней в волонтеры, правда?

– Я не думаю, что Джейсон просто пропал. Мне кажется… – И она осеклась, поняв, что сказала лишнее.

Калвин напрягся. Очевидно, он не ожидал, что у племянницы есть какая-то существенная информация – просто желал соблюсти правила хорошего тона. Я прочла это в его сознании, хоть и не очень четко. Мне не удавалось определить тип отношений в этой паре. Было ясно, что мужчина имеет над Кристалл власть, но какого рода? Это была не просто власть дяди – скорее авторитет главаря. Неважно, что Калвин был одет в старую дешевую одежду и рабочие башмаки. Невзирая на свой официальный статус наемного рабочего, этот человек занимал очень важное положение.