Чтение онлайн

Какое-то мгновение я колебалась, но затем вспомнила, что они не могут войти без моего разрешения, и распахнула дверь.

У Пэм прямые светлые волосы и белая, как лепестки магнолии, кожа. В остальном она выглядела как домохозяйка из пригорода, подрабатывающая в яслях на полставки.

Хотя я бы не советовала вам доверять своих малышей такой няне. Честно говоря, мне не доводилось видеть, чтобы она совершала нечто сверхжестокое или порочное. Но Пэм твердо убеждена в превосходстве вампиров над людьми, к тому же она очень прямолинейна и не привыкла выбирать слова. Я уверена, что если бы Пэм требовалось решиться на какое-то действительно ужасное деяние во имя собственного благополучия, она бы сделала что угодно, не моргнув глазом. Похоже, она – великолепный заместитель, к тому же не слишком амбициозный. Если Пэм и мечтает стать шерифом в собственном округе, то умело скрывает свое желание.

Что касается Чжоу, то тут совсем другой коленкор. Вот уж с кем мне не хотелось бы познакомиться поближе. Я никогда не чувствую себя комфортно в его присутствии. Чжоу – азиат с длинными черными волосами. Несмотря на изящное сложение и небольшой рост (не больше пяти футов семи дюймов), он очень сильный вампир. Самое же удивительное, что каждый дюйм его открытой для обозрения кожи (за исключением лица) покрыт затейливой татуировкой. Настоящее пиршество духа, где главное блюдо – краска и человеческая кожа. Пэм говорит, что это татуировка якудзы. Чжоу несколько ночей в неделю работает барменом в «Клыкочущем веселье», в остальное же время просто сидит там, чтобы постоянные клиенты могли подойти и пообщаться с ним. В этом истинное назначение вампирских баров – давать людям ощущение скрытой опасности, ощущение прогулки по тонкому льду, когда они находятся в одной комнате с одушевленными мертвецами. Билл говорил, что это очень прибыльно.

На Пэм был пушистый свитер кремового цвета и золотисто-коричневые вязаные брюки. Чжоу, как всегда, щеголял в своем жилете и слаксах. Рубашки он не носил, что давало возможность клиентам бара постоянно наслаждаться боди-артом.

Я позвала Эрика, и он медленно, с настороженным видом вошел в комнату.

– Эрик! – воскликнула Пэм при виде него. В ее голосе слышалось облегчение. – Ты в порядке?

Она не отрывала от вошедшего глаз, и не то чтобы поклонилась, но глубоко, удовлетворенно кивнула.

– Хозяин, – с поклоном подал голос Чжоу.

Я старалась не вникать в то, что видела и слышала. Но, тем не менее, не могла не отметить различия в приветствиях, которое было призвано символизировать разницу во взаимоотношениях этих троих.

Эрик, казалось, колебался.

– Я вас знаю, – сказал он наконец, постаравшись придать своим словам утвердительную, а не вопросительную окраску.

Его подчиненные обменялись быстрыми взглядами.

– Мы работаем на вас, – пояснила Пэм. – И храним вам верность.

Я повернулась, чтобы выйти из комнаты. Вампирам наверняка нужно было обсудить свои секретные дела. А вряд ли в мире существовала вещь менее необходимая мне, чем их секреты.

– Пожалуйста, останьтесь, – попросил Эрик; в его голосе слышался испуг. Я замерла и оглянулась. Пэм и Чжоу тоже уставились на меня из-за спины своего шефа. На их лицах были совершенно различные выражения. Если Пэм, похоже, забавлялась ситуацией, то Чжоу всем своим видом выражал неодобрение.

Сознаюсь: я нарочно старалась не глядеть в глаза Эрику, чтобы с чистой совестью покинуть его здесь. Но увы – фокус не удался. Он решительно не желал оставаться в обществе своих подельников. Черт побери! Я обречено вздохнула и уныло пошлепала в сторону Эрика, при этом не сводя глаз с Пэм.

В дверь снова постучали, и Пэм с Чжоу отреагировали самым драматическим образом. Они готовы были немедленно броситься в схватку, а вампиры в состоянии боеготовности – это жуткое зрелище. Клыки удлиняются, руки изгибаются на манер когтей, а тела прямо-таки источают угрозу. Казалось, даже воздух вокруг них начинает потрескивать.

– Кто здесь? – спросила я, прильнув к двери. Черт, что ж я до сих пор не вставила глазок!

– Твой брат, – довольно бесцеремонно рявкнул Джейсон. Счастливчик! Он даже не подозревал, как ему повезло… Ведь он мог войти без стука.

Мне показалось, что Джейсон почему-то в дурном настроении, и я гадала, нет ли кого-нибудь рядом с ним. Уже почти открыла дверь, но затем заколебалась. Наконец, чувствуя себя предательницей, обернулась к Пэм и безмолвно ткнула пальцем в сторону заднего холла, жестами пытаясь передать ей свою мысль. Я нарисовала круг в воздухе – Обогни дом, Пэм! – и указала на входную дверь.

Она кивнула и бросилась через холл к задней двери. Я не услышала ее шагов. Фантастика!

Эрик двинулся от двери, Чжоу держался перед ним. Я одобрила его тактику. Именно так должен вести себя подчиненный.

Где-то через минуту я услышала, как Джейсон что-то мычит на расстоянии приблизительно шести дюймов от двери. Я вздрогнула и инстинктивно отскочила.

– Открывай! – прорычала Пэм.

Широко распахнув дверь, я увидела удивительную картину: Джейсон, отчаянно бьющийся в руках у Пэм. Она подняла его в воздух и держала без видимых усилий, несмотря на все телодвижения моего братца. Боже, помоги ему!

– Ты один, – вздохнула я с облегчением.

– Мать твою за ногу, конечно, один! Какого черта ты натравила ее на меня? Отпусти сейчас же!

– Это мой брат, Пэм, – сказала я. – Верни его, пожалуйста, на землю.

Пэм отпустила Джейсона; тот с возмущением развернулся и уставился на свою поработительницу.

– Послушай, женщина! Ты не должна вот так исподтишка набрасываться на мужчину. Тебе страшно повезло, что я не вмазал по твоей башке!

Пэм пренебрежительно усмехнулась, и даже Джейсон, похоже, смутился. Он тоже соизволил улыбнуться.

– Хотя, боюсь, это было бы нелегко сделать, – признал он, нагибаясь за пакетами, которые выронил. Пэм помогла ему.

– Хорошо еще, что кровь в больших пластиковых бутылках, – сказал он. – Иначе одна прелестная леди осталась бы голодной.

Он улыбался Пэм, пуская в ход все свои мужские чары. Джейсон любит женщин. Хотя в данном случае, сам того не зная, он промахнулся. На мой взгляд, кусок ему не по зубам.

– Спасибо, теперь тебе надо идти, – отрезала я, принимая пакеты у него из рук. Они с Пэм все еще играли в гляделки.

– Пэм, – с нажимом сказала я, – он мой брат.

– Я знаю, – спокойно ответила она. – Джейсон, ты что-то хотел нам рассказать?