Чтение онлайн

Это был явно звездный час Барсика. По крайней мере, именно так он думал. Подбородок поднялся выше облаков, нос выше атмосферы, а самооценка… даже не знаю куда.

Все это мешало мне сосредоточиться на собственных мыслях, а не тихо хохотать от выражения его лица.

— Он хочет выдать тебя замуж за деньги.

Смешно мне перестало быть в ту же секунду. Я замерла, словно статуя на площади. От истерики спасал только ледяной, но при этом весьма свежий воздух из разбитого окна и собственный контроль.

Разве в современном обществе возможно "такое"? Мы же не в средневековье живем и не… Черт! Это другой мир! Правила здесь также другие. Что уж говорить о запрете на одежду, открывающую хоть какие-нибудь участки тела. Спасибо что не паранджа.

Все это я понимала ещё до того, как сказал Барсик. Это было логично и пряталось на задворках подсознания, ожидая своего часа. Время пришло, да только осознание от этого приятнее не стало. Разве мысли могли сгладить углы кошмара, в который я попала? Да даже Дом не казался мне настолько ужасным!

— До шестнадцати тебя никто не тронет, поэтому…

— Почему до шестнадцати? — перебила его я.

Почему то сейчас для меня перестали быть важными какие-либо правила. Я в единый миг осознала, что зря тихо сидела в уголке, наблюдая, как собственная жизнь принимает не очень приятные обороты.

— Иначе ты потеряешь магию.

Значит, до этого времени мне ничего не сделают. Я защищена и… все встало на свои места. Бабушка не зря подменила документы о моем рождении. Сейчас я была уверена, что это сделала именно она. Да только что она получит взамен своих действий? До моих семнадцати остаётся не больше двух месяцев, а по бумажкам полгода до шестнадцати. Зачем нужна путаница, если нет каких-либо условий, чтобы сойти с колеи, выбраться из трясины и обойти законы?

Я тут же открыла рот, чтобы задать возможно один из судьбоносных на этот момент вопросов, как в коридоре послышался отчетливый перестук каблуков, и Барсик понёсся к окну, запрыгнув на подоконник.

— Ладно. Мне пора идти. Не подавай виду, я все сделаю сам!

Парень спрыгнул вниз, не опасаясь шипов и колючек внизу. А я осталась одна, чувствуя, как к горлу подступает ком сомнений. Что он вообще может предпринять в этой ситуации? Не думаю, что отец, который официально может продать меня, поведётся на какие-либо уловки или откровенную глупость, которую часто практиковал Барислав.

Дверь резко распахнулась, явив моему вниманию взбешённого папандра, оглядывающего мою комнатку. Мужчина медленно вошёл, закрыл за собой дверь и, скрипя стеклом, прошёл к окну, так же не заботясь о сохранности обуви и моих расшатанных нервов.

Проем и разбитая часть окна были внимательно осмотрены. Затем я вновь удостоилась взгляда "дочь года", и папочка быстро ретировался к двери. Он резко открыл жалобно скрипнувшую дверь и позвал служанок.

На зов пришла Марика, которая впопыхах начала поправлять сбившуюся от бега одежду. Зачем было так торопиться? Разумеется, папочка заслуживал некоторого уважения от окружающих, и даже я — та, что знала его всего пару дней и в самом отвратительном свете, уважала его как человека серьезного и в основном адекватного. Но чтобы бояться? Определенно нет.

Возможно, причиной тому было мое, скажем так, "нестандартное" мировоззрение. Не знаю как для этого мира, но от стандартов Фобоса я отличалась. Да чего уж греха таить, половина Дома считала меня сумасбродной или просто очень странной. Интересным было и то, что в моём круге общения я таковой не являлась.

Что ж, всегда считала, что людей можно сравнивать со снежинками — каждая уникальна и не похожа на других, имеет свой размер, узор и отведенное ей время, за которое она растает на руке. Закончится все одинаково, да и решить, куда и сколько лететь — тебе не под силу. Однако ты можешь выбрать, как тебе падать.

— Уберите здесь. Позовите стекольщика, пусть восстановит окно. И поставьте сюда решетки.

Вильгельм явно был зол, потому как в его речь периодически врывались шипящие нотки. Не знаю, была эта эмоциональность направлена в мою сторону или Барсика, но по какой-то малопонятной причине это веселило. Я улыбалась папандру, служанкам, что стайкой с веничками и совочками влетели в комнату.

Отец тем временем сел в кресло у камина и, скрестив руки на груди, начал крайне внимательно следить за прислугой. Меня он игнорировал, даже поза говорила о том, что разговаривать Лорд не желает, хотя и чувствует, что это необходимо.

Интересно, есть ли у него ещё дети? Не думаю, что в… А сколько ему лет? Сорок? Наверное, где-то близко к этому. Так вот, не думаю, что в сорок лет у него есть только одна дочь, которая ещё и прожила в Детском Доме шестнадцать лет. Странно как-то выходит. Но ни жены, ни детей его я не видела.

Мысль о том, что они живут где-то в другом месте, я отмела сразу же, потому что на Деймосе сто процентов нет разводов. Это было логично, хоть и не очевидно. В мире мужчин, скорее всего, возможен выход из брака, но только по желанию и согласию мужа. Да только кто будет жениться, если ты и так всегда и везде главный?

Что-то меня опять не в ту степь занесло. Однако, по этому поводу тоже необходимо изучить информацию. Возможно, не буду загадывать, но это поможет мне избежать неприятностей в будущем.

Прислуга под руководством "железной леди" собрала все осколки и, поклонившись сперва Вильгельму, а затем мне, выскочила в коридор. Все это происходило молча и не поднимая глаз. Мне совершенно не нравилось то, что папочка считал себя выше людей с такими же правами. Запоздало вспомнила что, скорее всего, у женщин здесь вообще нет прав, к тому же у таких, которые ниже по положению. Надеюсь, здесь нет рабства, иначе вся красота и манящее магией нутро этого мира могла затмить огромная опухоль, по-другому подобный ужас не назовёшь.

— Подойди ко мне, — произнес папандр, смотря на меня, но не выражая никаких эмоций.

Я сползла с кровати, по привычке прихватив с собой тяжелое одеяло. Прошлёпав босыми ногами до камина, я встала напротив Вильгельма и взглянула на него с интересом. Долго задерживать меня никто не собирался, потому мужчина поднял руку и, не вставая, прикоснулся указательным и средним пальцем к моему лбу. От неожиданности я было отшатнулась, но второй рукой он схватил меня за запястье, остановив трусливое бегство.