Чтение онлайн

— Открывайте, — коротко приказал Глазов сержанту, который уже успел запереть дверь за Кивриным.

Бурыба залязгал ключом, распахнул дверь и посторонился, предполагая, что майор намеревается войти внутрь. Но Глазов не двинулся с места.

— Выводите, — сказал он.

Бурыба на мгновение замешкался.

— Выводите, — повторил Алексей Максимович. — Чего ждете? Я действую по прямому указанию полковника Самородова.

Сержант пожал плечами и, сказав «слушаюсь», ступил в тусклую полутьму сырого помещения, где, казалось, было еще холоднее, чем снаружи.

— Эй, узник совести! — гаркнул он. — На выход с вещами!

Рядовой Василий Морисович Иванов по прозвищу Гуманоид перешагнул порог спустя секунду после того, как окрик Бурыбы провалился в погребную сырость кладовой. На Иванове не было ремня. Длинные язычки лишенных шнурков «берцев» шлепнули по асфальтовому покрытию, когда он со стуком приставил ногу к ноге и вытянулся по стойке «смирно».

— Майор Алексей Максимович Глазов, военная контрразведка, — представился Глазов.

Парень смотрел на него спокойно и с интересом.

— Рядовой Иванов, — приставив ладонь к виску, ответил он.

— Следуйте за мной, Иванов, — сказал майор.

В кабинет Глазова они поднялись, не сказав друг другу ни слова. Алексей Максимович шел впереди, рядовой отставал от него на пару шагов. Войдя в кабинет, майор уселся за свой стол и указал Иванову на табурет, стоящий в центре помещения, прямо в бледно-сером косом прямоугольнике мутного утреннего света, падавшего из окна:

— Присаживайтесь.

— Благодарствую.

Услышав такой ответ, майор приподнял брови. Затем провел ладонью по белой голове и усмехнулся.

Рядовой сел прямо, положив руки (кисть правой руки была толсто забинтована) на колени, и вопросительно уставился на Глазова. Держался этот Иванов-Гуманоид так, не мог не заметить про себя Алексей Максимович, будто никакой угрозы лично для себя не ощущал. Будто в этот кабинет его пригласили, чтобы помочь разобраться в проблеме, к нему самому отношения не имеющей. Это несколько расстроило мысли майора, и ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы начать разговор.

— Итак, — проговорил Глазов. — Приступим.

— Да, — с готовностью откликнулся Иванов. — Слушаю вас.

Если бы Алексей Максимович не получал от своего осведомителя Сани Гусева доклады по Иванову, не анализировал их и не составлял на их основе отчеты в контору, он бы сейчас точно уверился в ощущении, что Гуманоид над ним издевается. Но майору было известно, что подобное поведение, вызывающее у окружающих недоумение и раздражение, является для рядового Василия Иванова вполне обычным. Поэтому Глазов не подал виду, что слова Гуманоида его царапнули. Внутри него снова всколыхнулся рабочий азарт, и он приступил к игре:

— Ну что ж, Иванов, нехорошие дела у вас, следует признаться. Не хочу вас пугать, но, скорее всего, в недалеком будущем вас ждет следствие, суд и дисциплинарный батальон.

— Навряд ли, — не смутившись, ответил Гуманоид, — дело будет передано в суд. Состава преступления в моих деяниях нет. Согласно статье 114 Уголовного Кодекса Российской Федерации, карается лишением или ограничением свободы на срок до одного года умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, которое произошло в результате превышения пределов необходимой самообороны. Я принужден был обороняться, и пределов необходимой обороны не превышал. Рядовой Разоев уже назавтра будет здоров — тяжкого вреда его здоровью не нанесено. И вы сами не можете этого не знать. Посему, исходя из вышеизложенного, могу предположить, что вы меня напросте вводите в заблуждение, потому что вам что-то от меня надобно.

Проговорив это, Иванов замолчал с видом человека, выдавшего давно и тщательно обдуманный ответ на один вопрос и ожидающего вопроса следующего, ответ на который у него также готов. Это вышло у него так убедительно, что Глазов понял: дальше бить в этом направлении бессмысленно.

Майор открыто улыбнулся парню, сидевшему напротив, давая понять, что сказанное выше было чем-то вроде пробного шара. Чем-то вроде проверки, необходимой перед тем, как перейти к главному…

— Приятно встретить молодого человека, обладающего столь высокой юридической грамотностью, — сказал Алексей Максимович. — Хотя в наше время это не такая уж и редкость. Но ведь у вас, кажется, нет высшего образования?

— Диплома об окончании высшего учебного заведения у меня не имеется, — подтвердил рядовой Иванов.

— Занимались самостоятельно?

— Последнее время.

— О вас много слухов ходит среди срочников, — продолжал майор, — самый невинный из которых о том, что вы обладаете способностью лишь поглядев на разворот книги, тут же запомнить текст. Это правда?

— Не вполне. То, о чем вы говорите, отнюдь не способность. Это — результат изучения метода масштабного чтения.

— И где же вам посчастливилось изучить этот метод? — немедленно зацепился Глазов.

— Сожалею, — безо всякого, впрочем, сожаления, спокойно произнес парень. — Но я не буду отвечать на этот вопрос.

Алексей Максимович снова вскинул густые брови:

— Вот как? Почему?

— Не имею права.

Неожиданно споткнувшись на этом ответе Иванова, Глазов предпочел тему дальше не развивать. Он уже принял решение сменить тактику и тон беседы, и перестраиваться на ходу ему явно не стоило.

Майор открыл ноутбук, пощелкал мышкой и снова поднял глаза на рядового.

— Ну, что, Василий Морисович… Командиры отзываются о вас по большей части положительно, — доброжелательно сообщил он, будто только что прочитал об этом. — Ваша физическая подготовка намного лучше, чем у прочих новобранцев. На теоретических и практических занятиях вы также себя показали с наилучшей стороны. Вы еще не думали, чем собираетесь заняться после срочной службы?

— Какую сферу деятельности я желаю избрать? — чуть помедлив, уточнил Иванов. — Признаться, еще не определился.

Глазов с удовольствием констатировал про себя, что этот вопрос оказался для его собеседника неожиданным.

— И очень хорошо, что не определились, — улыбнулся Алексей Максимович. — Потому что у меня к вам есть предложение… Как вы относитесь к тому, чтобы связать свою жизнь с одним из подразделений Федеральной Службы Безопасности Российской Федерации? Погодите! — выставил он перед собой ладонь тыльной стороною вперед. — Пока не отвечайте. Просто послушайте.