Чтение онлайн

– А может, это не я меч заколдовал?

– А га, гы-гы, – о скалил свои знаменитые зубы Роди, — не ты заколдовал, ага. Не ты заколдовал, а оно само так получилось. Парень, мы уже месяц в походе. Если бы тебе меч в Ренпристе зарядили, он бы уже «остыл» и столько искр ни в жисть бы при ударе не вышло. Так что лучше не пытайся в своем отряде ничего скрывать. Мы же тут все как на ладошке, понял? Ладно, не грусти. Тот гном, которого ты огрел – единственный, которого вышло взять живым, так что тебе за обман ничего не будет. Может, наш старик тебя еще и наградит. Все же гнома мы скрутили только после того, как ты его навернул. Хочешь, сходи глянь на него – на гнома своего. Сходи-сходи, посмотри, пока он еще почти что целый. Потому что скоро его допрашивать начнем, а потом на него смотреть неинтересно будет, понял?

И потянул же меня Гангмар за язык! После упоминания войны с гномами в Фенадском пограничье мне пришлось битый час рассказывать Эрствину о засадах, стычках и победах. Ну, половину я, разумеется, наврал – иначе получилось бы неинтересно. Мой юный друг обожает такие рассказы, поэтому мне осталось лишь поднапрячь воображение. Хотя, если вдуматься – все было почти что так, как я рассказал… Затем я пообещал Эрствину, что закончу историю как-нибудь позже, при случае.

– А сейчас, – напомнил я ему, – нас ждет кое-что более интересное, что скитания по горам в поисках штолен и тайников! Вперед, прекрасный сэр! Трубы уже воззвали к отваге доблестных!

Напоследок я тщательно проинструктировал Эрствина на предмет того, что наш военный поход – все-таки тайна для непосвященных. Еще не хватало, чтобы парень принялся ошиваться в левом крыле дома Совета, напустив на себя таинственный и героический вид. А уж это он умел – можете не сомневаться!

Отправив Эрствина на разведку, я запер лавку и прошел к воротам. Там я угостил стражников последними яблоками и как бы невзначай посетовал на упадок нравов и разгул преступности. В ответ они поворчали, что, мол, попадись им только эти грязные твари, эти подонки, эти убийцы… В общем, я понял, что нашей бдительной страже ничего толком о ночных событиях неизвестно. Что ж, у Лысого есть шанс прославиться, с моей помощью он уже владеет ключом к разгадке самых страшных тайн Ливды. Затем я сообщил стражникам, что мне нужно отлучиться по делам и попросил поглядывать хоть изредка в сторону моей лавки. Времена-то нынче неспокойные, ох, неспокойные…

Получив заверение в том, что с моей лавчонки глаз не спустят, я отправился в западную часть города. До вечера мне хотелось еще провернуть два дельца. Прежде всего, я собирался превратить пару маленьких изумрудиков из собачьего ошейника в наличность. Заклинания в камнях окончательно угасли, у Коня оказалась и впрямь потрясающая восприимчивость к магии, он впитал все без остатка… В общем, камни теперь не являлись уликой и от них можно было избавиться, причем совершенно легально. Даже лучше – легально, в официальном торговом заведении, потому что Мясник с Неспящим наверняка не станут там появляться. А мне бы очень не хотелось привлекать внимание парочки.

Неподалеку от порта находилась лавка купца Тотриника, который как раз специализировался на камнях – самое подходящее для меня заведение. Большое, респектабельное заведение, через которое проходят ежедневно десятки самоцветов – именно то, что мне нужно. Туда я и отправился.

Разумеется, дело со мной имел не сам Тотриник, а один из его подручных, наверняка самый мелкий подмастерье в купеческом деле. Но и пацан глядел свысока, даже не думая скрывать этого. Пренебрежительное отношение меня совершенно не волновало, я вообще не собирался гоняться за внешними проявлениями уважения, меня больше интересовала цена, которую дадут в заведении Тотриника. Ну а парнишка совершенно не умел торговаться. Он сразу предложил сумму, составлявшую приблизительно треть обычной стоимости изумрудов. Должно быть, принял меня за лоха и решил прикарманить маленько деньжат Обычное дело – недодать мне, в книгу вписать реальную стоимость, а разницу присвоить. Я не стал вступать с ним в долгие разговоры об аморальности такого способа работы с клиентами, а просто сгреб свои камешки со стола и заявил не в меру ретивому молодчику, что сейчас покажу свой товар его начальнику и назову предложенную мне цену. И что тогда?..

Сытенькая мордочка моего собеседника пошла пятнами, он заюлил, принялся извиняться и уверять меня, что произошла ошибка… Я не крохобор, но поймите же и меня! Чтобы добыть эти камни, я действительно ходил по краю бездны, рисковал жизнью – а этот сморчок пытался завладеть большей частью их стоимости просто так, за здорово живешь?!

Так что я не пошел навстречу этому обманщику, мгновенно ставшему услужливым и льстивым, я не включился в его игру, а без всяких взаимных расшаркиваний просто назвал свою цену – на этот раз более справедливую. Пожалуй, даже чересчур справедливую. Но мой собеседник не стал упираться слишком долго – стоило напомнил ему о своем предложении переговорить с хозяином, как он тут же согласился на предложенные условия.

Получив деньги, я удалился, мне предстояло еще одно занятное дельце в западной части Ливды.

Нужно сказать, что заведение Тотриника я выбрал еще и по той причине, что моя следующая цель находилась неподалеку оттуда. На сей раз меня интересовало гораздо менее респектабельное и богатое предприятие, а именно – лавка старьевщика. Не нужно обманываться тем, как это убого звучит – «лавка старьевщика». Меняльная лавка тоже не Гилфинг весть что, на первый взгляд, тем не менее… Тем не менее, мне мое заведение кажется достаточно прибыльным и интересным.

Так же и Шугель, старьевщик, которому я собирался нанести визит, значил в жизни города гораздо больше, чем представлялось на первый взгляд. Во-первых, он маг – я могу утверждать это достаточно уверенно. Правда, он не слишком крупный специалист в волшбе, явно не лучше меня, но контрабандисты и портовое жулье ценит его услуги высоко. У меня были случаи убедиться в том, что он пользуется авторитетом. Во-вторых, он прекрасно знает историю Ливды, а это именно то, что мне было нужно.

Внешне лавка Шугеля выглядит паршиво и расположена в грязненьком переулочке. Я огляделся – никого, окрестности словно вымерли… Постучав ради соблюдения приличий, я тут же толкнул дверь и под душераздирающий скрип петель шагнул внутрь. Шугель, который в это время копался под столом, при моем появлении подскочил и замер, вглядываясь. Он слегка подслеповат, а я, как обычно, скрывал свое лицо под капюшоном. Мне показалось, что он кого-то ждал и поначалу принял меня за этого «кого-то». Кстати, сам старьевщик тоже выглядит отвратительно, под стать собственному заведению – маленький грязный урод. Не дожидаясь приглашения, я подсел к его столу и объявил:

– Привет, старый хлам! Тебе сегодня повезло, подвалил выгодный клиент!

– А, это ты, Хромой, – узнал меня Шугель, – не ори… Ты, что ли, выгодный клиент?

– А почему я не могу быть выгодным клиентом?

Теперь старьевщик выглядел немного испуганным. Я украдкой огляделся в поисках интересных новинок, но вроде ничего не изменилось – его лавка была такой же свалкой, как и обычно. На первый взгляд свежему человеку могло показаться, что Шугель перетащил к себе в лавку изрядную часть какой-нибудь из ливдинских помоек, у стен громоздились кучи хлама, причем в углах они достигали впечатляющей высоты – почти под потолок. В этих кучах, кажется, нет ничего дорогого и интересного, да и системы в их нагромождении не просматривается, но я неоднократно наблюдал, как по просьбе клиента подыскать ему что-либо ценное и необычное, Шугель тут же отыскивал нужную вещь в этой куче. Внешне процесс поисков выглядел так – старикашка уверенно ковылял в совершенно определенное место своего рукотворного хаоса, почти не глядя погружал руку в него – и безошибочно извлекал искомое. В такие моменты он выглядел мистически-вдохновенно, этакое божество помоек.

– Ну? Так почему ты считаешь, что я не могу быть выгодным клиентом? – повторил я, вынимая тот подпиленный полукелат, что всучил мне Лысый.

Я опустил монету на стол двумя пальцами и закрутил ее, заставив вертеться на ребре. Близорукий Шугель не мог разглядеть ее как следует, но при виде серебра его глазенки вспыхнули из-под неопрятных засаленных прядей, свисающих на лоб. Я думаю, что он богат, но это ведь не избавляет от жадности… Когда вращение монеты начало замедляться, я цапнул свой полукелат и опять зажал в кулаке.