Шрифт:
– Ковалева! – позвала меня доктор. – Проходите!
Я окинула внимательным взглядом коридор больницы. Убедившись, что никто из остальных дамочек, пришедших в женскую консультацию, не обратил на меня внимания, я уверенно вошла в кабинет.
Было рискованно записаться сюда на прием к гинекологу. Пришлось обратиться в клинику срочно, поэтому по своим настоящим документам. Вероятность, что меня выследят, очень велика, но выбора не было. Я больше не могла терпеть эту адскую многодневную мучительную боль во время месячных. Уже полгода, каждый месяц я выпадала на несколько дней из жизни. А мне нужно быть начеку и в форме каждую минуту, иначе мне не жить.
Я села стул возле стола доктора и нетерпеливо ждала, когда она закончит изучать мою карточку.
– Арина Александровна, – наконец, произнесла доктор, глядя на меня поверх очков. – У вас сложный и интересный случай. Я, признаюсь, впервые с таким сталкиваюсь.
– Что со мной, доктор? – взволнованно спросила я.
Я была не из пугливых. Со мной случались страшные вещи, но гинеколога я боялась до обморока. Что там у меня в животе? Воспаление? Опухоль? Рак? Ребенок инопланетян? «Чужой»?
– С вами все абсолютно нормально, – успокоила меня доктор. – Просто ваш организм требует, чтобы вы забеременели.
– Что? – с нервным смешком вырвалось у меня.
– Вполне нормально, хоть и редкость, быть в вашем возрасте девственницей, но это вам явно не на пользу.
– Мне всего 24, – напомнила я врачу.
– Ваши женские органы взбунтовались против вас, как будто ваша жизнь под угрозой и срочно требуется продлить ваш род. Так бывает при сильнейшем стрессе или чрезмерных физических нагрузках. Вы нервничали в последнее время? Может быть, переусердствовали на фитнесе?
Врач оглядела мою подкачанную фигуру, которую я тщательно скрывала под мешковатой одеждой в стиле милитари. Она видела меня без одежды и думает, что я на фитнес хожу? Очень мило!
Моя жизнь действительно под угрозой, а последние шесть лет – ежедневная борьба за выживание. Что ответить этой милой женщине?
– И что мне делать? – спросила я.
– Выйти замуж и родить в ближайшее время, – совершенно серьезно ответила врач. – Или хотя бы найдите себе постоянного полового партнера «для здоровья», иначе ваша затянувшаяся невинность будет и дальше вас изводить таким способом. С вашей внешностью найти мужчину не составит труда. Я могу вам выписать только успокоительные и анальгетики, но это лишь временно решит вашу проблему.
Я молча дождалась, пока врач выпишет мне рецепт, нацепила солнцезащитные очки на пол лица и ушла.
Сжимая бумажку в руке, я шла по коридору больницы, размышляя над советом доктора. Она думает, что все так просто? Надо просто раздвинуть ноги и расслабиться под мужиком? С моей внешностью…
О, да! Бог не обделил меня красотой. Рост 180, третий размер груди, шикарное тело – результат ежедневных спортивных тренировок, голубые глаза и пухлые губы. Нос с горбинкой, потому что сломан два раза, но это не слишком заметно. Я с легкостью могла танцевать стриптиз в своем собственном клубе, дав 100 очков форы силиконовым целлюлитным шлюхам, которые на меня работают, но мне нужно вести войну. Непростую войну.
У выхода из здания я остановилась, спрятала рецепт в карман, и поправила шапку, под которую я прятала волосы. В больнице были камеры, а мне не хотелось, чтобы моим недоброжелателям был известен даже цвет моих волос.
Я не натуральная блондинка. Мне пришлось пойти на кардинальные меры, чтобы как можно меньше быть похожей на Арину Александровну Ковалёву – пухлую восемнадцатилетнюю брюнетку, с аккуратненьким носиком.
Теперь я Риана – мужеподобная солдафонка и лидер ОПГ «риановские» – так нас прозвали остальные группировки нашего города.
Сейчас их четыре: моя, Юсуповы, Филатовы и Бадоев.
Моя банда самая мелкая, но это меня не тревожит. Мы не лезем к другим, и меня никто не трогает. Слухи насчет размеров моей армии слишком преувеличены, да и отвоевывать у меня нечего, кроме клуба и пары магазинов.
Юсуповы будут посерьезнее. Это мои бывшие родственнички. Ну как родственнички…
Когда моих родителей убили, мне было 14. Близкий друг моего отца Тимур Юсупов взял опеку надо мной. Не из жалости к сироте, а только потому, что папка мой был, как мистер Твистер – делец и банкир, владелец заводов, газет, пароходов.
Прикарманить мое наследство у Юсупова не получилось, как он не бился, каких только юристов не нанимал, ибо по хитрому завещанию отца, львиная доля его капиталов должны были перейти даже не ко мне, а к моим детям, которых, как даже вы могли заметить, у меня не было.
Совсем с голой жопой папа меня не оставил. По достижению мною совершеннолетия ко мне перешли клуб, загородный особняк, где раньше мы жили с родителями, и ежемесячно на счет поступала приличная сумма с шестью нолями, остальным распоряжался Юсупов, но ни он, ни я не могли владеть корпорацией отца в полной мере.
Тогда Тимур решил выдать меня поскорее замуж, да не за абы кого, а за самого Тагира Бадоева – еще одного авторитета.
Этот говнюк (дядей после этого я его больше не называла) решил поступить хитро. Выгодно продав меня за калым кавказскому жениху, он бы заручился его поддержкой и «выбил» из города Филатовых.
Чем ему Филатовы насолили, я была не в курсе, но ненавидел он их крепко.
Было странно, почему Тимур не выдал меня замуж за сына Руслана, ведь тогда бы его родные внуки получили все богатство Ковалёвых. Русланчик был бы очень даже рад. Он домогался меня с 14 лет. Отпускал сальные шуточки, говорил разные непристойности о том, как и в какой позе хотел бы меня поиметь, но руками трогать не смел. Но как только я достигла совершеннолетия, он уже действовал не стесняясь.
Он буквально мне прохода не давал. Зажимал на каждом углу, трогал против моей воли, а однажды так разошелся, что чуть не изнасиловал меня. Тимур вмешался вовремя.
Я поняла, что оставаться в доме Юсуповых не просто противно, а небезопасно.
Сбежав из дома, я спутала планы всех этих уродов.
Было нелегко прятаться по блатхатам и бомжевать ни один год, чтобы они потеряли всякую надежду меня найти. Пришлось продать отчий дом, сменить внешность и имя.
В клубе я появлялась крайне редко, а кроме управляющего никто не знал, кто я такая на самом деле.