Чтение онлайн

Он решил остановиться в отеле. И лишь оттуда выдать звонок Шабо. А вообще-то зря он согласился сделать этот крюк — куда заманчивее было бы провести этот нечаянный двухдневный отпуск у себя дома, на бульваре Ришар-Ленуар. Как знать? А вдруг в Париже дожди уже прекратились и наконец-то наступила весна.

— Так, значит, они вас все же вызвали…

Мегрэ вздрогнул от неожиданности. Совершенно неосознанно он, должно быть, продолжал вяло поглядывать на своего компаньона по купе, и тот все-таки решился заговорить с ним. Создалось впечатление, что незнакомец и сам был смущен этим обстоятельством. И видимо, счел своим долгом привнести в свою фразу известную долю иронии.

— Простите?..

— Догадывался, говорю, что они призовут на помощь кого-нибудь вроде вас. — Затем, видя, что Мегрэ по-прежнему недоумевает, он пояснил: — Вы ведь комиссар Мегрэ? — И вновь обретя лик светского льва, поднялся с диванчика и представился: — Верну де Курсон.

— Очень приятно.

— Я вас сразу же узнал, поскольку частенько встречал фотографию в газетах. — Он произнес эти слова с видом человека, извинявшегося за то, что входит в круг людей, читающих прессу. — Вам такое, видимо, не в диковинку.

— Что именно?

— Когда люди догадываются, кто вы такой.

Мегрэ сразу и не нашелся, что ответить. Он еще не почувствовал себя прочно укоренившимся в этой реальности. А у пассажира на лбу тем временем выступили бисеринки пота, как если бы он сам себя загнал в нелепую ситуацию и не представлял, как из нее выпутаться, да еще и в свою пользу.

— Вам позвонил мой друг Жюльен?

— Вы имеете в виду Жюльена Шабо?

— Да, следователя. Не скрою, удивлен, что он ни словом об этом не обмолвился в нашей утренней беседе.

— Я никак не возьму в толк, о чем вы говорите?

Верну де Курсон взглянул на него более пристально, нахмурив брови:

— Вы утверждаете, что направляетесь в Фонтэне-ле-Конт совершенно случайно?

— Верно.

— И не к Жюльену Шабо?

— Да, но…

Мегрэ внезапно покраснел, разозлившись на самого себя за то, что столь покорно отвечает на вопросы, совсем как когда-то в разговорах с людьми типа его собеседника — с «господами из замка».

— Прелюбопытная получается картина, не правда ли? — сыронизировал Курсон.

— Что так?

— А то, что комиссар Мегрэ, который, вероятно, никогда доселе и не бывал в Фонтэне…

— Вам так сказали?

— Это мои предположения. В любом случае часто вас там не видели, да, по правде говоря, я вообще не слышал, чтобы кто-то об этом хотя бы упоминал. Посему в своей ремарке и счел небезынтересным ваше появление в городе именно в тот момент, когда тамошние власти сбились с ног, пытаясь решить самую немыслимую загадку, которая…

Мегрэ чиркнул спичкой и принялся попыхивать трубкой.

— Некоторое время мы с Шабо вместе учились, — спокойно пояснил он. — Раньше я неоднократно гостевал в его доме на улице Клемансо.

— В самом деле?

Он холодно повторил:

— Именно так.

— Тогда мы, скорее всего, увидимся завтра вечером у меня на улице Рабле, куда Шабо захаживает каждую субботу на партию в бридж.

Вот и последняя остановка перед Фонтэне. У Верну де Курсона багажа не оказалось — всего лишь портфель из коричневой кожи, лежавший на банкетке рядом с ним.

— Хотел бы я знать, удастся ли вам раскрыть эту тайну. Намеренно или нет вы оказались в наших краях, но это шанс для Шабо.

— Его матушка по-прежнему здорова?

— Крепка, как никогда ранее.

Курсон встал, чтобы застегнуть на все пуговицы плащ, натянуть перчатки и поправить шляпу. Поезд между тем замедлил ход, за окном все чаще стали мелькать огоньки, народ забегал по платформе.

— Рад был с вами познакомиться. Передайте Шабо, что надеюсь увидеть вас вместе с ним у себя завтра вечером.

Мегрэ ограничился простым кивком, открыл дверцу и, подхватив свой увесистый чемодан, двинулся к выходу, не обращая внимания на встречных.

Шабо, естественно, на перроне не было, учитывая, что комиссар подсел в этот поезд совершенно случайно. С порога здания вокзала Мегрэ бросил взгляд вдоль улицы Репюблик — ее нещадно молотил яростный ливень.

— Такси, месье?

Комиссар жестом показал, что не возражает.

— В «Отель де Франс»?

Ответив утвердительно, он, насупившись, забился в угол. Всего девять вечера, а Фонтэне словно вымер, лишь в двух-трех кафе светились окна. Дверь в гостиницу обрамляли две пальмы, торчавшие из кадок, выкрашенных в зеленый цвет.

— У вас есть свободные номера?

— Одноместные?

— Да. И я хотел бы, если возможно, перекусить.

Все здесь уже вошло в ночной режим работы, напоминая церковь после вечерни. Судя по всему, насчет ужина пошли справиться на кухню, а в обеденном зале зажгли пару ламп.

Чтобы не подниматься в отведенную ему комнату, Мегрэ сполоснул руки водой из фаянсового тазика.

— Белого вина?

Мегрэ до отвращения наугощался им еще в Бордо.

— А пива у вас нет?

— Только бутылочное.

— Тогда подайте столового красного.

Для него специально подогрели суп, настрогали ветчины. Со своего места комиссар увидел, как в холл ввалился какой-то весь мокрый от дождя тип и, не найдя никого, к кому можно было бы обратиться, заглянул в зал и, как подумалось Мегрэ, при виде его успокоился.

У этого рыжеволосого малого лет сорока, щекастого, с хорошим цветом лица, одетого в бежевый плащ, на плече болтались на ремне фотоаппараты.

Стряхнув капли дождя со шляпы, незнакомец приблизился к комиссару: