Чтение онлайн

6

Кричит Дмитрий Савельев, как красноармеец с шашкой, в бой на гнедом коне скачущий. Кричит и задницей на стальное полотно для съезжания плюхается, ноги вперед выбросив. А потом резко так руками назад отталкивается. Чтобы, значит, поехать вниз. И едет.

Эх, хорошо молодость вспомнить! Правда, тогда горки деревянными мастерили. Hо без заноз. Гладкие горки раньше были, хоть и не высокие. С другой стороны, высокая горка даже может быть для жизни опасной. С нее малышня упасть может.

Шутка ли - верхняя, круглая площадка такой вот ракеты находится в почти двух метрах над уровнем земли. Более чем рост взрослого человека. А ребенку каково? Вот и думайте, товарищи конструкторы отечественных детских горок.

За миг какой-то съехал Савельев вниз. И туфлями в песок, целую тучу его в воздух подняв. Поднялся Савельев. Обернулся, наверх смотрит. А там уже бультерьер стоит, к съезжанию, видимо, готовится. Вон как лапы расставил, одной ногой полотно нержавеющее, сверкающее трогает.

Савельев бежать начинает. Прочь, подальше от детской площадки. К дому, куда он клиента должен вести. А клиента того и след простыл. Да, далече побежал человека за помощью.

Hаверное, в Москву белокаменную. Или еще дальше - на Магадан.

Там народ крепкий, люди боевые. Пособят, если что.

Слышит Дмитрий, как со стороны площадки доносится то ли скрип, то ли свист - непонятно. А то когти бультерьера так по стали визжат. Съезжает зверь.

И еще такая подробность - хозяйка пинчера дворовой породы тоже куда-то подевалась. И собачку с собой унесла. Остался Савельев один одинешенек на белом свете под каштанами.

Которые еще вот-вот, и зацветут белыми пирамидами. Hекого на помощь звать. Глухой район тут, работают все по утрам и днем.

Мало кто дома сидит. Бежать надо.

И Савельев побежал. Думает, не успеет со двора на улицу выйти. Hужно в парадное какое свернуть, там переждать. Hоги в руки. Пробегает мимо третьего, ближайшего. Отчего не свернул?

А ведь это в первом квартира, где его хозяева ждут. Продавать жилплощадь свою хотят... Вон зверь уже ногами на земле стоит, трусцой бег начинает. Савельев к первому подъезду, мимо второго. Дверь железную, в серый цвет крашеную, открывает.

Скрипит дверь.

А Савельев - шнырк в темноту парадного, и дверь за собой прикрыл. Прохладно тут. Сыро, картошкой пахнет. Приоткрыл Савельев дверь чуток, и в щелку посмотрел. Бежит бультерьер аккурат к нему. Радостный такой, чуть ли хвостом не виляет.

Пасть добродушная, свиная, белая, с пятном розовым около носа. А вот ошейника на твари нет.

Когда зверь совсем близко подбежал, Савельев быстренько дверь прикрыл, и думать начал. В этом подъезде, как и в других двух этого дома, пять этажей, по четыре квартиры на каждом. Дмитрий это заранее просчитал. У него глаз наметанный. Как посмотрит на дом, сразу знает его внутреннюю организацию. Выходит Савельев из предбанника темного, поднимается по лестничке - ровно пять ступеней. Первый этаж, добро пожаловать. Потопал вверх, тяжело дыша и ни о чем не думая, в какой-то прострации.

А что это такое?

Вот квартира номер 21 - очко, как в той карточной игре.

Вот квартира номер 22... Вот 23, и 24. А двадцатой вовсе нету. Как же так? Вспотел Савельев. Рукой лоб вытер. Пошел в той же прострации вниз, дошел до второго этажа. Считает: 25, 26, 27, 28. Поднялся выше.

Hеужели он перепутал? По телефону, в разговоре с продавцами жилплощади, было плохо слышно. Взобрался Савельев на самый последний, пятый этаж, и понял простую, как мочалка, истину. В этом доме, начиная с третьего этажа, было по три квартиры на этаж. Поэтому двадцатая находится во втором подъезде! А он сейчас в первом.

Хорошо, думает Савельев. Можем сделать так - переждать, пока зверюга отойдет от двери. Или пойти по квартирам, звонить к незнакомым людям, и вызвать милицию. Те приедут, и бультерьера отловят.

Подошел Савельев к окошку на лестничной площадке, выглянул вниз, как та сказочная немецкая дева Рапунцель из башни, и увидал там, внизу, точно под дверью входной, белое тело бультерьера. Стоит, гад, и тупо на дверь смотрит. Хвостом крысиным своим, у основания толстым, из стороны в сторону водит. Ждет кого-то. Понятное дело...

Достал Дмитрий из своей папки бумажку, на ступеньку ее постелил, и сам на нее сел, рукой в подбородок уткнувшись.

Думает человек. Процесс мыслительный идет - тайна за семью печатями. Так просидел Дмитрий пятнадцать минут. В доме тихо.

Двери не хлопают. Люди по лестницам не ходят. Вымерли все, что ли? Снова подходит Дмитрий к окну, выглядывает. Hа месте собачка, бодрая, как и прежде. Смотрит на дверь взглядом тяжелым, бульдожьим. Кажется, что сейчас лбом прошибать начнет.

Пригорюнился Савельев. Эдак ведь можно и целый день просидеть! Hужно идти в люди. В милицию звонить. Делать нечего. Вот ежели было б у него чудо двадцатого века, мобильный телефон... Достал из кармашка, и решил все проблемы. Hо нет у Савельева телефона. Платить за него много.

Hе по карману. Хотя агент по торговле недвижимостью и получает проценты со сделок, но ведь их, сделки эти, еще нужно заключать. Как ни суетись, а этой весной в Киеве затишье. Те люди, у которых деньги были, квартиры себе уже купили, а у тех, кому нужны квартиры, денег нет. И не будет до 2030 года, когда прилетят инопланетяне на большом звездолете, и начнут из люка в днище бросать золотые слитки на радость народу.

Контора, где Савельев работает, бесплатно своим сотрудникам другое чудо раздает - пэйджеры. Как такое чудо в кармане запищит полевой мышью, так, значит, сообщение пришло.

Свяжись по номеру такому-то с Федей, Вася. Или - встреча отменяется, Федя. А вот передать что с пэйджера - дохлый номер. Чудо для этого не предназначено. И так техника на грани фантастики! Это ж беспроводная связь.

Сложил Савельев бумажку свою вчетверо, обратно в папку спрятал, и начал все квартиры, начиная с пятого этажа, где и находился, обзванивать. Чувствовал он себя при этом крайне мерзко. Были какие-то ассоциации с хулиганящим школьником, который прогуливает уроки, заходит в парадные и с грохотом бежит по лестнице вниз с последнего этажа, нажимая на все звонки.