Чтение онлайн

– Если бы не я со своими проблемами, то он бы не превратился в это... существо. Он был всегда так добр... всегда помогал моей бабушке, а когда я приехала, мы очень быстро сдружились. Я не особо общительна, просто... мама говорила о таких людях - "Это ЧЕЛОВЕК!". Я вообще не отсюда. Мы с мамой в тайге живём. Но бабуля приболела, пришлось мне к ней в город приехать, пока на время. А Павлик, он сосед бабули через забор. Он всегда ей то дров наколет для бани, то травы накосит. Она вон там в частном секторе жила.
– Девочка вновь вздохнула.
– Мы, как раз в больницу к ней шли, когда этот вонючий туман окутал всё вокруг, а потом сверкать начало, как гроза, но без грома. Вернулись, окна, двери, всё тряпками заткнули и сидели дома, пока туман не исчез. Павлик сказал, что, наверно, это химическая атака или испытания. Так в Америке делали, он фильм смотрел: над маленьким городком распылили какую-то гадость, а потом наблюдали за результатами. Опыты ставили. Он подумал, что и у нас так сделали. Мы планировали добраться до бабули и его мамы, а потом двинуть в лес, пока не начался кошмар. Но... больницы не было. Вообще той улицы не было. И здание, где работала мама Павлика, тоже исчезло. Там начинался лес, но даже этот лес был не наш, а чужой. Я хорошо знаю тайгу, я пять лет там прожила... В первый день, вроде ничего всё было, нормально. Мы ждали, что исчезнувшие улицы вернуться на место, или мать Павлика появится, но ни того, ни другого не произошло. А на третий день, точнее ночь, стало реально страшно. На улице раздавались крики, шум, вопли. Павлик прибежал в два часа ночи ко мне. Мы так и просидели до утра в темноте. Свечку побоялись зажигать, что вдруг привлечём внимание чьё-то. А утром мы собрались бежать в лес... но не успели. Павлику ещё ночью стало плохо. Он иногда забывал, где мы и что тут происходит. Даже меня иногда не узнавал. То смеялся просто так, то становился полным психом. Но это было временно, недолго, и он не помнил о своих приступах. Я подумала, что мы надышались и это реакция на газ. Действует на нервную систему. На улицах стали встречаться пятна крови, потом мы увидели растерзанный труп, а потом и странных, неадекватных людей. Они урчали и тянули руки к нам, многие были перепачканы в крови. Лица... такие страшные, не человеческие лица, и этот жуткий звук на вдохе... Павлику становилось всё хуже, в итоге, я, практически, тащила его на себе, не считая двух рюкзаков. Я понадеялась срезать через дворы пятиэтажек, и мы попались. Как раз в этот момент Павлик пришёл в себя и, увидев, что нас окружают зомби, подобрал кусок кирпича и кинулся на них. Он так бился... я... я никогда не думала, что он сможет убить человека... он убивал. Он разбивал им головы, швырял, бил ногами и кусался... это было по настоящему страшно... потом... потом из подъезда выбежал дядя Степан с большим красным топором. Он кромсал людей как... как дрова... а потом, я больше ничего не помню. Очнулась уже тут, в подвале... а Павлику совсем плохо стало, он бредил. Потом его связали... для безопасности. Вот... а дальше, вы видели, что с ним стало. Он был единственным близким человеком, который у меня остался. Что теперь с ним будет? Он станет такой, как Умник? Или вы убьёте его?

Утром четвёртого дня Леший пошёл на ту сторону черноты встречать Муху и Тороса. Вернулись они далеко за полдень. Уставшие, голодные, но довольные. Вернулись не одни, а вместе с Прапором и Аби, который всё же умудрился уломать сурового вояку взять его в этот рейд.

Исследовав весь остров и посовещавшись, командиры пришли к выводу, что тут надо делать базу и оставлять хотя бы одного дежурного для эвакуации иммунных.

Как оказалось, Умник не только может отличать иммунных от не иммунных, но ещё и видит приближение перезагрузки. Это было настоящее открытие для нашей группы. С таким помощником можно не опасаться внезапного попадания под откат, нападения других мутантов и пустой нервотрёпки, траты сил и времени на эвакуацию всех подряд и отсеивание иммунных. Решили построить небольшой домик на стабильном кластере в лесу, но как основную базу оставить подвал Кепа. Очень уж удобно он тут всё оборудовал. Ещё надо было выяснить интервал перезагрузки всех трёх кластеров. Из-за этого решили задержаться ещё на пару недель. Началась бурная деятельность по строительству и стаскиванию нужных в хозяйстве вещей. Нашли двенадцать внедорожников, семь тракторов и ещё кучу нужной в Светлом техники. Встал вопрос о переправке техники через Черноту. Леший, конечно, хороший силач, но и его силы не бесконечны. Лишних, посторонних людей привлекать, ох, как не хотелось. Из тупика помогла выйти детская непосредственность.

– А вы верёвками тяните, - сказала Лена, сидевшая в сторонке и вроде как не обращавшая внимание на разговоры взрослых, - можно сделать длинный трос и лебёдку, как на пароме. Тут цепляешь, там тянешь и всё. Только, где вот столько верёвки найти, - задумалась девочка, - а там долго по этой черноте идти? Сколько километров?

– Вот, видал, - ошарашенный Прапор кивнул не менее удивлённому Лешему, - а мы тут, толпа идиотов, битый час уже голову ломаем!

В итоге завертелась ещё одна стройка. Строили самый настоящий паром. На колёсах, с двумя движителями на зелёных кластерах, вместительностью сразу на четыре трактора. При перезагрузке конструкция легко снималась и перекатывалась в безопасное место. Дом в лесу уже подвели под крышу.

Умник вместе со своей новоиспечённой стаей подъели, практически, всех оставшихся пустышей. Наконец, перезагрузился кластер с коровами. Умнику стоило великого труда удержаться самому и удержать на месте свою, ещё туповатую стаю. Я очень боялся появления скреббера. Мы все боялись его появления.

– Ты уверен, Док? Может, давай ещё денёк понаблюдаем, - говорил Прапор, пялясь в бинокль.

– Ночью начнётся обращение, и завтра будет уже небезопасно.
– Сказал Леший, лежавший рядом тоже с биноклем.

– Вроде как. По крайней мере, кроме людей и живности я больше никого не чувствую, - ответил я, снова сканируя всё вокруг на приделе своих возможностей.

Арман валялся неподалёку, подставив пузо солнышку, лениво пережёвывая травинку.

– Может, мутозавр вообще не придёт, - сказал он, жмурясь от яркого света, - может, он чисто мимоходом в тот раз завалился.

– Если ты случайно найдёшь склад с боеприпасами и военной техникой, выметешь всё оттуда подчистую, ты забудешь про этот склад и больше не вернёшься туда, так?
– спросил, ухмыляясь Фома.
– Да ты будешь наведываться туда регулярно, как к себе домой! Возможно, даже приведёшь друзей... но не думаю, что эти существа такие добрые, как ты. Тут два варианта: либо наш клиент опаздывает к обеду, либо он затаился и наблюдает, так же как и мы, а Док его просто не видит. Мы же не знаем, как его сенсор на этих, - показал руками бабайку, - работает. Может, никак не работает.
– Пожал он плечами, разводя руки в стороны.

– Мы за коровником наблюдаем и он за коровником тоже наблюдает... Тогда получается, ему не коровы нужны?
– Прапор не отрывался от наблюдения территории, продолжал рассуждать, - что вы говорили, он всех элитников местных схарчил, и только один подранок ушёл, перепуганный до усрачки? Ни на какие мысли вас это не наводит?

– Умника не пущу!
– Тут же понял я, к чему клонит Прапор.

– А и не надо, - продолжал Прапор.
– Я так понимаю, эта гадость питается вовсе не коровками, она питается элитниками и теми, кто старше спидера. В прошлую загрузку тут было полно крупняка и были три элитника.

– Что ты хочешь сказать, что он теперь несколько загрузок пропустит, выжидая новое поколение подросших мутантов?
– спросил Арман, выплюнув травинку и уставившись серьёзным взглядом на Прапора.

– Так точно, се-ер, - ответил тот, не поворачиваясь.
– Поэтому не вижу смысла тянуть резину. Выводите иммунных, если таковые есть, и можно кормить стаю.

– Я пойду с Доком.
– Арман подтянулся ближе к лёжке наблюдения, протянув раскрытую ладонь к Лешему. Тот, сунул в неё свой бинокль и сказал:

– Тройкой идите, у Фомы язык хорошо подвешен. Эти свежаки не пуганы, брыкаться будут.

***

– Здорово, отец! Где тут у вас главный?
– сказал Фома какому-то деду, подтягивающему подпруги замызганной лошадке.

Дед замер, удивлённо таращась на бойцов в камуфляже и при оружии.

– Война дед! Война! Давай скорее веди к начальству и собирай всех людей...
– огляделся по сторонам, - да вот, хоть здесь.
– Указал Фома на небольшой пустырь.

Дед, охнув, слегка присел, хлопнув ладонями себя по коленям и быстро посеменил к двухэтажному зданию, попутно причитая и бормоча. Мы пошли следом.

Начальству напели ту же версию о войне и о срочных сборах определённых лиц, имён которых мы не знаем, но имеются фото. Поэтому просим предоставить к осмотру весь персонал без исключения, даже женщин и детей, если таковые имеются.

Осмотр ничего не дал. К сожалению, все оказались с серой паутиной. Жаль...

Объявив, что нужных граждан не найдено, мы удалились, оставив всё и всех на попечение судьбы.

По пути я дал Умнику отмашку. Стая ринулась пировать.

Вернувшись в подвал, мы обнаружили сюрприз. Этот сюрприз сидел на руках у Тамары и наяривал кусок сала, капая слюнями на розовую кофточку.

Наша четвёрка замерла в дверях. Сзади послышался бас Лешего:

– Ну! Чего встали! И так не пролезть в эту кроличью нору, а они ещё тут...
– Леший, наконец, пролез сквозь маленький, жутко ненавистный им дверной проём, и тоже встал столбом.
– И откуда у нас это маленькое чудо?
– спросил он, расплываясь в улыбке и протягивая здоровенный палец к животу ребёнка, - ути-и, какая прелесть, - легонько пощекотал он малышку. Та тут же цапнула его жирной ручонкой за палец и попыталась затянуть в рот.
– Э-э, у дядьки руки грязные.
– Забрал он свой палец у недовольной малышки.