Чтение онлайн

Дарос, помимо воли, потянулся к её голове и зарылся в кудри рукой. Мозг у него, однозначно, разжижался потому, что он вслух сказал о том, как было бы здорово, если бы они были длинными, как в детстве. Звучал при этом голос просто до идиотизма мечтательно.

Кирия сонно заметила, что нет ничего проще. Разве она не ведающая? Пусть купит ей необходимые травы и будут ему косы хоть до земли. Открыла сонный глаз:

– Да проверить травы не забудь, дракон! А то вдруг отравлю тебя ненароком. Самые безобидные бери!

Назавтра просить прощения не пришлось. И в другие дни тоже. Дракон вёл себя безупречно. А через три недели не выдержал: спросил, какие травы ей нужны для того, чтобы ускорить рост волос. Кира флегматично ответила, что всё зависит от того, насколько быстрый рост он хочет получить.

– Самый быстрый!

Она состроила смешную рожицу, тут же наколдовала себе перо и бумагу, и села писать несколько списков. Дописала, сунула листки ему под нос:

– Первый, для волос. Консультируйся, проверяй, бери травы произвольно. Подойдёт всё. А я придумаю, как их скомпоновать.

В ответ на его взгляд рассмеялась:

– Ты же параноик, Шеф! Конечно, ты проверишь всё до последнего стебелька. Потому, что не доверяешь мне, и правильно поступаешь. Так зачем делать из этого тайну?

– Может и незачем. А остальное?

– Остальное на будущее, так сказать. Для ухода за кожей лица и не только. Мало ли, ты захочешь, чтобы я сияла!

Кирия рассмеялась, а он снова залип на её шею. Как медленно сходят с неё синяки от аколита! Он купит для неё травы. И для волос, и для кожи. Хотя, на его взгляд, сиять больше чем она уже сияла, попросту невозможно.

Он терял соображение, волю, плавился рядом с ней, словно разогревался на медленном огне. А её волосы стали для него фетишем. Он испытывал восторг, зарываясь в них, пропуская сквозь пальцы. Мечтал, чтобы они были как можно длиннее. Это ведь то единственное, до чего он позволял себе дотрагиваться.

***

Списки он переписал своей рукой и на следующий день отдал Грану:

– Дай мне полную раскладку по этим растениям. Насколько они безопасны по отдельности и в сочетаниях. Опасные сочетания вынеси в отдельный список и укажи, какое влияние они окажут на организм дракона и недракона.

Гран пробежал глазами списки и с любопытством уставился на него:

– Ты что, решил заняться внешностью? Или, наконец, завёл себе женщину?

Дарос с абсолютно каменным лицом взирал на зубоскала:

– Тебе, как я слышал, не платят за шутки и домыслы!

– Нет! Но мне платят за анализ и обоснованные выводы. К тому же, сейчас наступит тяжёлое время для нас всех. Стоит ли распыляться?

Глянул на упрямое лицо друга и добавил:

– Ладно, я сделаю всё. И сам соберу тебе то, что посчитаю безопасным. По сути, всё тут безобидное. Просто странные сочетания, необычные. Тот травник или лекарь, что составлял тебе эти списки, пользовался, вероятно, какими-то старыми книгами или наоборот, он неопытен и экспериментирует... Только прошу тебя, женщина это или нет, будь осторожен!

– Всегда. Ты же знаешь.

– Знаю,- вздохнул.- По степени паранойи ты на одной ступеньке с королём.

Дарос ухмыльнулся:

– Это внушает надежду и оптимизм. Ведь так?

Они втроём: Дарос, Гран и Арс всё это время клепали и подгоняли, чтобы всё сошлось идеально, для Армоса удобоваримую версию случившегося за последнее время. Включая смерть двух цветных драконов, заговор против короны и обращение за помощью к Хранителю. Всё должно было выглядеть так, будто бы их привычный мир повис на волоске. И только ответы духа смогли предотвратить катастрофу - смерть короля в результате нового покушения.

Планы и "наработки" старого лорда Аркос давали им широкое поле для "творчества". Дед Азарка не покладая рук трудился над тем, чтобы уничтожить правящую династию и самому сесть на трон. Он и внука в Тайную Канцелярию пристроил для того, чтобы тот шпионил для него. Ну и учился, конечно. Ему, по замыслу деда, предстояло возглавить департамент после смены власти.

Аркос посчитал, что Азарк без особого труда сможет обходить клятвы и сообщать ему необходимые сведения. Так оно и было бы... Если бы Азарк пожелал. Он, однако, упрямо отказывался и ссылался на то, что клятвы слишком жёсткие. Это вызывало у старика натуральные приступы бешенства, ведь ломало его планы. Об этих планах юный Аркос не знал ничего.

– Как он воспринял бы то, что в перспективе мог стать королём?- думал Дарос, наблюдая как Кирия варит своё зелье.

И сам себе отвечал:

– Юного мечтателя не интересовали ни трон, ни власть. Кто поймёт этих странных, слишком умных, сильных, но добрых и не от мира сего?- Кира на миг оторвалась от своего занятия и мимолётно улыбнулась ему. Он не смог не улыбнуться в ответ.

Он не доверяет ей. Конечно, Гран проверил всё. Конечно, он заберёт неиспользованные ею сегодня остатки трав. И наблюдать за приготовлением снадобья будет до последней минуты. Почему? Во-первых, чувствует подвох. В чём он состоит, понять не мог, но что-то упрямо тревожило, скребло душу. А значит, нужно проверять и анализировать поведение Кирии. Во-вторых, было просто интересно посмотреть на ведающую за работой.

Кира не обращала на него внимания. Кипятила, смешивала, перетирала. Шептала что-то над дымящимся котелком. Видя это, Дарос напрягся сильнее. Вспомнил то, что видел в Храме: как она пошептала, да и увидела то, что видели мёртвые уже глаза Азарка.

Он не мог не доверять Грану, но знает ли тот достаточно, чтобы обезопасить ведающую такого уровня? Не было ли самонадеянностью думать, что у друга хватит опыта разгадать её козни? Да и сам он не ошибся ли, давая ей доступ к главному оружию ведающих - травам и никак не ограничивая её магию? Они все слишком мало знали о ведьмах и их возможностях. Не стоило ему рисковать и давать ей в руки то, что не может до конца контролировать и просчитать! Но искушение оказалось сильнее доводов разума.

Глава Ковена, надо же! Со своими кудрями, парящими вокруг лица, нежными губами и хрупкой фигурой, она не выглядела ни солидной, ни грозной. Она выглядела... желанной. Больше всего на свете, он хотел бы быть с ней, жить с ней всю свою долгую жизнь, растить детей, спорить и ссориться по пустякам. Потому, что всё в жизни пустяки, кроме смерти.

А ему остаётся только это недолгое время, миг в безвременье, где они оба зависли, залипли, как мухи в мёд. Оно скоро кончится, он ощущал это. Как? Чем? Чем угодно, но только бы не её смертью. По поводу себя особых надежд не было, хоть он и старался сделать всё, чтобы выжить.