Мечты
Шрифт:
Хранитель же опустился над Кирой и нежно зашептал ей то, чего дракон слышать не мог:
– Прости, дитя. Я должен хранить этот мир, в нём столько живых! Но и тебя я не оставлю. Они не могут звать меня. Ты, да. Всегда. И ещё, власть его над тобой только в этом мире. Уходи домой. Но не сразу. Думай, планируй. Он умён, силён и не захочет отпустить тебя. У тебя будет только одна попытка. Одна!.. Я ответил только на те вопросы, что он задал. Он не знает о тебе всего...
– Спасибо, добрый дух! Прощай!
– Ещё поболтаем,- проворчал Хранитель и испарился. Круг погас.
Дракон в несколько шагов дошёл до неё, навис над всё ещё сидящим на земле Фином и произнёс:
– Требую, чтобы все клятвы, принесённые этим существом были упразднены!
А потом хмуро обратился к Кире:
– Показывай.
Неловко было расстёгивать рубашку теперь, когда он знает, что она женщина, пусть и в теле гоблина, но деваться некуда. Нельзя раздражать и настораживать его раньше времени. Показала, что след от клятвы пропал и быстро запахнула рубашку.
Едва она поправила одежду, как знакомая жгучая боль охватила шею и двинулась дальше по телу. Кира снова стала оседать на пол, а Хранитель не выдержал:
– Сними! Ведающих эта дрянь убивает быстрее, чем кого-то другого! Она разрывает их связь с живым миром! Она умрёт теперь через три часа!
– Не успеет,- хмуро ответил Дарос, подхватил тело, открыл портал и ушёл в него.
Портал схлопнунся, Хранитель закричал, и землетрясение потрясло столицу. Никого не убило, но напугало изрядно.
А дух засел в библиотеке, пялился на огонь свечи и терпеливо ждал, когда он снова почувствует Кирию. Он знал, что дракон не убьёт её. Не сможет. А что будет дальше, не ведомо никому. Нити вероятностей сплетались удивительно, сходились в одной точке.
Он, конечно, молодец и обошёл дракона. Оставил Кирии свободу манёвра. А уж она распорядится.
Перед внутренним взором духа стояла картина, та, что он увидел недавно и не показал целиком. Маленькая девочка бежит по лугу, видит прекрасный лазоревый цветок, срывает его... Бабушка разжимает детскую ладошку и из неё вылетает прекрасная голубая бабочка.
Глава 44.
Дарос вышел из портала в той самой камере, из которой ушёл несколькими часами раньше. Усадил Фина на кровать. Тот сразу неловко отодвинулся от него как можно дальше.
Дарос сумрачно смотрел на эти манёвры:
– Прошу прощения за аколит. Это ненадолго.
Фин полоснул его неприязненным взглядом, но он не дрогнул. Сказал с нажимом:
– Да, ненадолго. Мне нужно уйти и это моя страховка, что ты не испаришься в очередной раз. Из того, что я видел, я сделал по меньшей мере два вывода. Первое: я и близко не знаю твоих возможностей. И второе: для тебя не существует преград. Ты их не преодолеваешь, а игнорируешь.
Фин оскалился, что должно было, по видимому, означать улыбку.
Дарос закрыл камеру и быстро пошёл наверх. Фин выдержит час. Больно, но что делать. Иначе уйдёт и попадётся ещё кому-нибудь. Не сможет же он всю жизнь сидеть в Хранилище? А он пока решит насущные вопросы и подготовит дом к приёму Фина. Он пока даже про себя не мог называть ученицу отца "она" или "Кирия". Шок от новостей прошёл не совсем.
Позвал глав отделов к себе. Пока поднялся на "чердак", почти все ждали уже у кабинета. Вошли, дождались остальных. Он встал перед ними и сказал прямо, без предисловий:
– Сегодня я попрошу вас нарушить закон. Это не принесёт стране вреда. Требовать я не могу и не стану. Кто не готов, прошу, выйдите за дверь и обещаю, что это никак не скажется на моём отношении к вам.
Никто даже не дёрнулся, а Раст насмешливо блеснул глазами:
– Я в восхищении! Чтобы дракон пошёл не на увёртки и обман, а на откровенное преступление!.. Случилось невероятное?
– Да. Но сказать сейчас я не могу ничего. А, может быть, и никогда не смогу.
Дарос заговорил быстро и чётко:
– Мне нужно, чтобы вы перекроили историю с убийством Азарка и его деда. Никакого упоминания о Фингарде Фистельбуне. Придумайте убийцу или спишите на одного из наших смертников. Гоблина увольте задним числом.
Гран не смолчал:
– Что с ним?
– Жив. В камере с аколитом на шее. Меньше чем через час я заберу его и больше вы его не увидите.
Раст оглядел хмурые лица и высказался за всех:
– Мы доверяем и верны тебе, Шеф. Ты заслужил это. Мы сделаем всё... Но то, как ты поступаешь с мальчиком...
Дарос кивнул:
– Спасибо. Приступайте к работе. До утра всё должно быть готово. И с людьми своими поговорите.
– Они тоже верны тебе.
Дарос снова кивнул:
– По поводу Фина я вас услышал.
Открыл портал и ушёл.
***
Кира чувствовала себя сносно. Аколит, конечно, тянул прилично, но Хранитель хорошо подлечил её и силы были. И протянет она, даже при самом худшем раскладе гораздо дольше, чем три часа. Улыбнулась. Старый пройдоха не исполнял в то время договор и безбожно врал дракону.
Кира не обижалась на него. Наоборот. Он заботится о своём мире и существах его населяющих. И на неё хватает сил и заботы. На дракона тоже не обижалась. Он поступил мудро: глупо недооценивать противника, если даже у него неожиданно поменялся пол. Ухмыльнулась. Какое у него было лицо!
Нужно попытаться снять эту гадость. Как? Нужно всего-то отрешиться от боли при прикосновении к аколиту. Так действовал ошейник: многократно усиливал боль при прикосновении носителя к нему.
Кира рассудила, что лёжа ей будет проще, так она хотя бы не упадёт, если у неё начнутся корчи, да и тело легче зафиксировать. Легла. Но начинать не стала. Раздались шаги.