Чтение онлайн

Кира начала работать с важными документами. Ей стали доверять окончательное оформление дел для передачи их в суд. Несколько раз Кван проверил, а потом махнул рукой:

– Молодец! Острый глаз и ум! Справляйся!

И Кира справлялась. Она привыкла читать, копировать отчёты экспертов. Самые жуткие подробности не могли лишить её аппетита теперь. Иногда проводя пальцами по подписям на документах, она вспоминала друзей. Неразборчивая и корявая, как у всех экспертов, у Грана. Изящная и витиеватая у Азарка. Твёрдая, квадратная какая-то, у Арса. И сложная, красивая подпись у Дароса.

– Его, наверное, специально натаскивали, учили. Подпись возможного короля! Должна быть сложной для подделки и красивой.

Работая на третьем этаже, она почти не видела никого из них. Один раз заметила на входе Азарка. Печать смерти никуда не пропала. Жаль. Значит, опасность есть.

Сплетни до секретариата, конечно же, доходили. И много. Кира знала, что секретари прикидываются больными иногда, чтобы не идти работать на "чердак". Что характеры его обитателей испортились ещё сильнее в последнее время и приблизились, по мнению работников отдела, к статусу "совершенно и абсолютно невменяемы".

– Есть от чего,- вздыхала Кира.

Ей попасть туда не светило. У верхушки могли работать только старшие секретари. Когда она ещё доберётся до этого звания?.. Но она старалась изо всех сил и получила своё "повышение". Правда не тем образом, каким рассчитывала.

Мэтр Кван явился в кабинет младших секретарей тем утром несколько взволнованный и сразу приступил к делу:

– Не справляемся! Нужен секретарь на собрание в отдел ищеек.

Коллеги Киры замерли, как сурикаты перед хищником. И было от чего. Ищейки, Кира хорошо помнила, отличались буйным нравом. Все сплошь оборотни.

– Я пойду, если позволишь, мэтр,- вызвалась она.

Мэтр Кван, однако, засомневался:

– Думаю, не стоит, Фин. Ты всё-таки гоблин. Нервная система у вас нежная...

Секретари, отмершие было, замерли опять. Но Кира настаивала на своём:

– Вот и посмотрим насколько.

Посмотрела. Сидела, писала уже битый час протокол заседания, старательно исключая оттуда ругательства и оскорбления, и попутно редактируя. Потому, что после удаления всех лишних слов, некоторые фразы вообще переставали иметь смысл.

Что сказать? Ей нравилось. За почти месяц жизни среди бумажек она "застоялась", заскучала. А тут всё так знакомо, и мозгами приходится шевелить. И время подумать есть. Глава ищеек уже три минуты орёт так, что жилы вздулись на лице. И весь багровый. Не был бы оборотнем, помер бы, наверное, от удара после такого. А так ничего, проорётся и полегчает на душе.

Кира редактировала предыдущие записи, когда что-то просвистело мимо уха. Потом ещё что-то разбилось неподалёку. Да. До подобного лорд Раст доходил не часто. Топать ногами и швыряться предметами... Хорошо, что она пошла. Любой паренёк из тех, с кем она работала, уже сидел бы под столом и тихо скулил от страха.

В флегматичные рассуждения Киры вклинился шёпот ищеек, те, пока начальник бушует и не даёт заданий, обратили внимание на необычное поведение секретаря:

– Он глухой что-ли?

– Да нет, слышит. Протокол же пишет.

– А почему не прячется, не уклоняется?

Кира, которая расслабилась в привычной обстановке и среди привычных существ, шепнула им в ответ:

– Траектория не та.

Наступила оглушающая тишина. Вот чем хороши и плохи ищейки: всё-то они видят и замечают. Даже когда ты думаешь, что они в полном неадеквате.

– Что ты сказал, щенок?!- взревел лорд Раст.

Кира подняла на него глаза и отчиталась:

– Я сказал, что нет смысла уклоняться, раз вы не ставите целью попасть в меня.

Раст снова побагровел, словно она нанесла ему смертельное оскорбление:

– А с чего ты взял это, щенок!

– На психику давит,- подумала про себя Кира с умилением. Как драконы всегда поддаются "на слабо", так оборотни берут агрессией. Всегда. Испуган, устал, растерян,- рычи, пугай. И срабатывает же с большинством!

Ответила она, однако, очень почтительно:

– По моим сведениям, вы за время службы не попали ни в одного секретаря.

– Двое умерло!- прорычал Раст, как показалось Кире, с плохо скрытым стыдом.

А потому она ответила насколько могла умиротворяюще:

– Это были сердечные приступы. С тех пор здоровье секретарей проверяют.

Раст стушевался, буркнул:

– Покажи протокол.

Кира поднялась и отнесла протокол к столу начальника. Молодые оборотни вслед ей корчили рожи. Презренный гоблин! Кира не реагировала. Молодые дураки! Кровь бурлит и в мозг даёт!

Раст цепко следил за её реакцией, а после взялся читать протокол.

Всхлипнул, дико, неприлично заржал и ржал так несколько минут. На Киру даже начали оглядываться с сочувствием: попал ты, парень!

А Раст немного отсмеявшись, заговорил:

– Сейчас я, парни, прочитаю вам протокол нашего с вами собрания. Держите себя в руках, чтобы не обмочиться!

И он читал! С выражением, делая особый акцент на высокопарных фразах, которыми Кира заменяла непереводимые конструкции. Оборотни ржали как кони, казалось, стены дрожат. Кто-то ложился на стол, кто-то сползал на пол. Под конец они уже не смеялись, а только тонко взвизгивали или хрюкали на самых колоритных местах.

Закончив, Раст вытер слёзы с глаз, высморкался в платок и припечатал:

– Премию тебе, парень, дадим. От всего отдела! Сколько мы так не смеялись, ребята?

Кто-то ответил:

– Да после свадьбы Шерпа и не было. Года три уже.

Раст поднял палец вверх:

– Вот! Три года! Смех продлевает жизнь и стабилизирует магию. А при нашей работе!.. Так вот. Молодец, что сказать! Смысл передан верно, даже специальные термины на месте. И ни одного мата. А то Шеф клюёт меня в мозг, что наши отчёты читать нельзя!