Мечтательница
Шрифт:
Дождь усилился, с неба лился сплошной водный поток, искрящийся в свете, пробивающемся из окон дома. Вдалеке просматривались лишь несколько фонарей.
«Ты намерен упиться до смерти?» Прощальный выпад кузена не давал ему покоя.
– Хотел бы я, чтобы это было так просто, – прошептал Корд куда-то в сырую ночь.
Он оказался слишком труслив, чтобы заставить себя напиться до смерти, ведь не было никакой гарантии, что ночные кошмары не будут преследовать его неотступно даже на пути в преисподнюю.
3
Селин только раз или два в жизни присутствовала на мессе, поэтому, укрывшись в глубокой тени кафедрального собора святого Людовика и моля Бога помочь ей выбраться из города, чувствовала себя почти самозванкой. Девушка плотнее закуталась в накидку и постаралась унять дыхание. Волосы под капюшоном были влажными и спутались, туфли промокли насквозь, юбка была забрызгана грязью. Единственное, что у нее оказалось с собой, – это монеты, спрятанные за лифом платья. У нее не было времени прихватить что-то еще. Селин остановилась возле церкви на несколько секунд: принять более спокойный вид и унять резкую боль в боку.
Прислонившись к углу здания, она заметила подъезжающий прямо к собору экипаж. Селин сделала шаг назад, стараясь держаться в тени, и оттуда наблюдала, как слезает с козел извозчик. Он встал посреди улицы, споря о чем-то с невидимым пассажиром. Наконец, после короткой дискуссии, возница покачал головой, сплюнул и снова забрался на свое место. Дверца распахнулась с такой силой, что ударилась о стенку экипажа.
Селин увидела, как из кареты вышла женщина в темной накидке с капюшоном, застегнутым под подбородком массивной золотой брошью, сверкнувшей в свете тусклого фонаря. Придерживая подол платья, чтобы не испачкать его в грязи, незнакомка решительно направилась прямо к дверям собора. Только сейчас Селин поняла, что женщина обязательно пройдет совсем рядом с ней, но было слишком поздно.
Затаив дыхание, Селин ждала, надеясь, что сможет спрятаться в тени. Каблучки туфель незнакомки решительно стучали по мокрому деревянному настилу. Из-за завесы дождя все отчетливее проступала фигурка в накидке. Селин зажмурила глаза и затаила дыхание. На какое-то мгновение девушке показалось, что ей удалось остаться незамеченной, поэтому она даже вздрогнула от испуга, когда женщина схватила ее за запястье. Подавив желание громко закричать, Селин попыталась рывком освободить руку, но незнакомка уже распахнула двери и втащила девушку внутрь.
Рядом с небольшой коробкой для пожертвований в пользу нищих горела тонкая высокая свеча. Когда дверь за ними захлопнулась, пламя едва не погасло. Селин повернулась, готовая возмущенно протестовать, но от дыма благоухающего ладана у нее защипало глаза. Несколько раз моргнув, она поняла, что стоит лицом к лицу с молодой дамой, скорее всего своей ровесницей. Во всем остальном девушка оказалась полной противоположностью Селин: так разнятся светлая луна и темное ночное небо. У незнакомки были круглые голубые глаза, бледная кожа и кудрявые золотистые волосы.
Девушка откинула назад капюшон и внимательно осмотрела Селин с ног до головы. Внезапно лицо ее озарилось широкой улыбкой. На щечках тут же заиграли две пикантные ямочки, так что у Селин отпали всякие сомнения: перед ней ангел.
– Поверить не могу! Наконец Бог услышал мои мольбы и как вовремя! Я уже готова была сдаться! – Красавица расстегнула брошь на капюшоне, быстро стянула с себя накидку и протянула ее Селин. – Вот, бери и поскорее. А мне давай твою.
– О чем вы говорите? – Селин показалось, что она попала в какой-то сказочный мир.
– У меня не так много времени. – Девушка оглянулась на двери и дернула Селин за край накидки. – Бери и давай мне твою!
– Но…
– Послушай, насколько я понимаю, у тебя имеются причины посреди ночи прятаться здесь одной. Легко догадаться, что ты откуда-то сбежала. Разве я не права?
Совсем тихий шепот тем не менее ясно разносился по всему пустому вестибюлю собора. Селин оглянулась по сторонам, не желая отвечать.
– Пожалуйста, я тебя умоляю! Ты должна мне помочь, – шептала девушка. В руках ее болталась забытая на время накидка. – Я тоже пытаюсь сбежать.
– Я сейчас не в состоянии кому-то помочь, – призналась Селин, заинтригованная, однако, тем, что незнакомка быстро разгадала, в каком она сейчас положении. – Вы правы. Я действительно спешу выбраться из этого города.
– Хорошо. Дай мне свою накидку. Селин посмотрела в глубь темного собора.
Рядом с алтарем мерцали поминальные свечи, словно золотые скачущие язычки не переставая читали молитву за молитвой. В девушке не чувствовалось ничего ужасного, она просто стояла рядом и нетерпеливо ждала, когда Селин примет решение. Наконец Селин потянула за шнурок накидки, завязанный на шее.
– Почему вы так хотите мне помочь? – спросила она.
– Я предлагаю тебе способ выбраться отсюда в обмен на мою собственную свободу.
Селин протянула незнакомке свою накидку и взяла ее, ощутив под пальцами тепло и мягкость темно-красного бархата. Когда она попыталась застегнуть золотую брошь, пальцы ее задрожали. Не произнося ни слова, Селин ждала, пока девушка набросит на плечи полученный взамен зеленый наряд.
Блондинка снова улыбнулась, и Селин больше ни секунды не сомневалась, что Господь Бог послал с небес одного из своих ангелочков, чтобы ее спасти. Она накинула капюшон на мокрые черные волосы.
Незнакомка подтолкнула Селин к дверям собора:
– Не снимай капюшон, пробеги по улице и сразу забирайся в экипаж.
– Но извозчик…
– Он ждет не дождется, когда от меня отделается. Ну, появишься ты. Просто не позволяй ему увидеть твое лицо или волосы. Он настоящий деревенщина – даже не подумает помочь тебе сесть в экипаж. Так что просто забирайся и захлопни за собой дверцу.
– Но я ни за что не смогу сойти за вас…
– Там, куда ты направишься, меня никто никогда не видел. У тебя начнется совершенно новая жизнь, если ты решишься на это. К тому времени, когда они выяснят, что ты это не я, будет слишком поздно что-либо предпринимать, и я смогу считать себя свободной.