Чтение онлайн

Я развёл руками и опустил глаза. Пусть лучше это выглядит как смущенье, чем... как-нибудь иначе.

– Эрих! Вас тоже можно поздравить?!
– князь воскликнул так, будто получил потрясающе важную и приятную информацию.

– Пока ещё рано о чём-то говорить, - я справился с чувствами и поднял на мэтра глаза.
– Мне ещё предстоит завоевать ту, что царит в моём сердце.

– Ну что же, - князь похлопал меня по плечу по-отечески, с улыбкой, - желаю тебе успеха, Эрих. Надеюсь, что у вас всё сложится хорошо. А пока разрешаю тебе побыть кавалером моей дочери, раз уж ты не представляешь для неё угрозы.

Он засмеялся своей нелепой шутке. Я вежливо улыбнулся, чувствуя, что полигон снова притягивает меня с невероятной силой. Но нужно было успеть привести себя в порядок и быстро найти фрак.

Помолвка молодого князя Делегардова проходила в тесном семейном кругу - только ближайшие родственники со стороны жениха и невесты. Что ж, всё правильно, к гостям, что начали съезжаться на бал, выйдет уже помолвленная пара: слушать поздравления, пожелания любви и счастья, поздравления и шутки о скорой свадьбе.

Марая висела на моей руке, улыбалась, счастливая и сияющая, снова и снова вопросительно заглядывала мне в глаза, ждала чего-то. А я смотрел по сторонам, ожидая и страшась увидеть Лиззи.

Я не нашёл её в академии. Пришлось даже подпоить привратника, чтобы убедиться, что моей девочки в академии нет. Неужели она не вернётся? Неужели после помолвки она уйдёт из академии? Холод закрадывался в душу и тяжёлой леденящей змеёй сворачивался там, раня и замораживая всё внутри.

Её я увидел только сейчас.

Все выстроились перед возвышением, на котором стояли сияющий гранд-мэтр, Вольдемар Делегардов и мальчишка-паж. Невысокий толстячок с блестящей лысиной степенно вывел Лиззи из боковой двери. Они шли к возвышению медленно и можно было подумать, что торжественно.

Я пытался рассмотреть её лицо из-за спин гостей - Марая всё же не решилась провести меня вперёд. Она что-то тихо говорила мне едва не в ухо, но я не прислушивался - между гостей увидел её, мою Лиззи. Я был не в силах отвести взгляд от бледного, застывшего лица моей девочки.

Она двигалась медленно и, казалось, не спешила туда, где ждал её Вольдемар. Разве такими бывают счастливые невесты?!

Но что я знаю о невестах? А о счастливых - тем более...

Сердце сжималось, не верилось, что вот она, моя Лиззи, ещё чуть-чуть и станет чужой. И я пустил маленький воздушный поток, что обернулся вокруг её шеи и вернулся ко мне. Счастье? Счастьем здесь и не пахло! Обречённость - вот что это было! А значит...

– Погодите!
– сказал я тем, кто стоял на возвышении, и попытался стряхнуть тяжесть, не дававшую мне сделать шаг вперёд. Дёрнул рукой раз, два, стараясь освободиться, позвал:

– Лиззи!

Наконец, то, что мешало, отцепилось от моей руки, и я сделал несколько больших шагов, раздвигая людей, закрывающих от меня Лиззи.

А следующий шаг неожиданно перенёс меня к моей девочке, и мгновеньем позже я уже смотрел в глаза, полные ненависти и отчаяния, в глаза Мараи.

Смотрел с возвышения.

Услышал, как за спиной кто-то судорожно подавился вдохом. Вокруг раздалось дружное «ох!», а мне в грудь влетело чёрное заклятье.

Мгновенье, взрыв.

Всё...

– Идём, Лиззи, идём. Надо поблагодарить молодого человека, это простая вежливость.

– Папенька, да мне ничего не грозило!
– тихо поскуливала девушка, и даже по голосу было слышно, как ей не хочется идти в палату.

– Мы уже наверняка разбудили господина мага, и будет неудобно, если ты не зайдёшь. Ну же, иди. Я подожду тебя в усадьбе.

Я не спал и, конечно, слышал препирательства у двери. Один голос - это была моя Лиззи, я узнал бы её, даже если бы она была простужена и хрипела. А вот второй, надо полагать, принадлежал её отцу. Я сжал кулаки - в ладони смялась простая льняная простыня, - не хотелось выдать своего волнения. Увидел, что бока у тощего тюфяка обнажились, и быстро разгладил ткань дрожащими пальцами и постарался успокоиться.

Они зашли вдвоём, отец и дочь. Очень непохожие, разве что ростом одинаковые -невысокие. Хотя нет, было у них общее, очень неожиданное общее.

Отец Лиззи улыбался очень знакомой улыбкой - сияя глазами, лучась радостью и заражая хорошим настроением.

Я бросил быстрый взгляд на мою девочку. Правда ли? Мне не оказалось?

Но она не улыбалась. Она вообще не смотрела в мою сторону, гораздо больше её интересовал потолок академического лазарета. Я тихо хмыкнул: там точно ничего примечательного не было - я изучил его вдоль и поперёк за эти несколько дней беспомощного лежания в постели.

– Господин Зуртамский! Не могу передать всю глубину моей благодарности! Ваше благородство покорило меня. Позвольте выразить вам свою признательность за ваш геройский поступок.

Моя девочка недовольно поджимала губы. Она не была благодарна? Не разделяла радости отца? Я наблюдал молча, ожидая, чем это всё закончится. Чувствовал себя непривычно и очень тревожно - никогда ещё не был в таком беспомощном положении, тем более - перед самым важным для меня человеком...

Купец , круглый, какой-то гладкий и всё такой же улыбающийся обернулся к Лиззи и сказал:

– Ну же, дочь, поблагодари своего спасителя.

Она вздохнула обречённо и, глядя на подушку за моей головой, кисло проговорила, не забыв добавить толику яда:

– Ты был очень великодушен, защищая простолюдинку. Благодарю. Хотя даже не представляю, какую благодарность ты соизволил бы принять от меня, убогой.

Я глянул на неё тяжело. Знала бы она какую благодарность я принял. Жаль, не принято говорить об этом в обществе.

Вздохнула тяжело, скользнула взглядом по моему лицу - я даже глаз её не увидел толком -и уронила: