Чтение онлайн

«Вот же Сеня, вот любитель погулять, – подумал я, – сам лясы под винишко поточил, православных раззадорил, а теперь в кусты, и на меня стрелы перекинул. То-то он с самого утра в тире под домом сидит и носа оттуда не кажет, хотя я звал его с собой в город съездить, и ранее он никогда не упускал случая на машине покататься да перед барышнями столичными покрасоваться. Подставил он меня, не серьёзно, но всё же».

– И вы, отец Евстафий, хотите, чтобы я приказал ему оказать вам содействие?

– Вопрос так не стоит, поскольку мы понимаем, что церковь и вера православная для вас значат не очень много. Мы хотим нанять вас, Александр, как купца, который ходит в дальние земли и ищет для себя выгоду. Насколько я понимаю, у вас есть спаянная и проверенная дорогой команда, которая этим летом ходила в Дебальцево и дальше, а также опыт переходов по диким землям. Проведите меня и моих молодых учеников к Туле, а Бойко, раз уж он всё равно подчиняется вам, будет в этом походе проводником.

– К сожалению, это невозможно.

– Но почему? Поверьте, мы в состоянии заплатить за ваши услуги. И это будет очень приличная сумма. Скажите, сколько вы хотите?

– Дело не в деньгах. Все дороги перекрыты сектой сатанистов, отец Евстафий. А обходные пути слишком неудобны и не менее опасны, чем прямые, и даже если бы я согласился, то пройти к Туле всё равно не смог бы. Возможно, со временем что-то изменится, а пока не надо тешить себя пустыми надеждами. Данное предложение я не приму.

Священник озадачился, с полминуты помолчал и выдал:

– Вы не хотите нам помочь, потому что не верите в Спасителя и питаете неприязнь к христианству?

– Чушь! Вопросы веры меня не интересуют. А вот сохранность моих людей – да. Поймите, я вас не обманываю. Мне нет в том никакого интереса – ни духовного, ни финансового. Просто шансы пройти минимальны.

– Но они есть?

– Конечно.

– Раз так, то мы найдём других проводников, и всё равно я дойду до Тулы, увижу патриарха Русской православной церкви и получу его благословение на духовный подвиг.

– Желаю удачи. Однако будьте осторожны, и если попадётесь сектантам, то не раз вспомните мои слова и пожалеете, что потянули на смерть своих молодых послушников, которые больше пригодились бы здесь.

– С нами Бог! – Евстафий порывисто встал и направился к двери, у которой на мгновение замер, обернулся, хотел ещё что-то сказать, но удержался и вышел.

Вот и поговорили. Незваный гость покинул мой дом, а я направился в стрелковый тир, где и нашёл болтуна, который находка для шпиона. Сеня, поджав под себя ноги, сидел на небольшом коврике и, разложив перед собой на промасленной плащ-палатке разобранный ПКМ, занимался его чисткой. С недавних пор я стал опасаться нападения, и в доме кроме штатного водителя всегда находилась тройка бойцов из моего отряда. В этом районе города тихо и бандиты не шалят, но всё же излишняя предосторожность не повредит. Пока состав этой тройки был неизменен: Сеня, Лист и Сало.

– Привет, Мечник. – Бойко помахал рукой, в которой был зажат кусок грязной ветоши.

– Угу, – пробурчал я и сел на небольшую табуретку рядом с ним. – Ко мне тут святоша один заходил.

– Евстафий? – Сеня поднял голову и обеспокоенно посмотрел на меня.

– Он самый.

– И чего он хотел?

– А ты не догадываешься, Сеня? Сначала разговоры про свою родину в питейном заведении заводишь, а потом со священниками разговариваешь, и я об этом узнаю, только когда местный настоятель ко мне самолично приходит. Непорядок, Сеня, так быть не должно.

– Да я этому сначала никакого внимания не придал, а потом уже как-то не сложилось переговорить. Думал, что всё обойдётся.

– Хм! – усмехнулся я. – Думал он. Думать надо меньше, а оглядываться и делиться с командиром новостями – больше.

– Ладно, проехали.

– Пока нет, Сеня, не проехали. Ты с этим Евстафием много общался?

– Один раз только, вчера. Он сначала про Тулу расспрашивал, а это ведь не тайна какая. Вот я и давай байки травить, а Евстафий угощал за свой счёт, так целый вечер и просидели. Потом он предложение сделал, за пятьсот конфов его самого и ещё десять человек молодых послушников провести к границам туляков. Деньги очень хорошие, спору нет, но я отказался, не те это люди, с которыми можно к цели пройти.

– И как тебе этот настоятель показался?

– Это опасный человек, Мечник. Он как сатанисты. Те фанатики, и этот подвижник, который веру свою воскресить хочет, такой же. Ведь ни подготовки нет, ни здоровья, а всё же попрётся на север да там и сгинёт.

– Вот и я так подумал, и тоже ему отказал. – Посмотрев на ПКМ перед Бойко, я спросил: – А почему ты пулемёт чистишь, а не Лист?

Сеня шмыгнул носом:

– В карты проиграл, вот за него и делаю всю грязную работу. Сейчас ствол отдраю, а потом Лист сам пулемёту ещё раз полную разборку сделает.

– Видать, времени у вас свободного много, раз на карты его выкраиваете. Придётся напрячь вас чем-нибудь серьёзным, чтобы дурака не валяли.

И только я это сказал, как появились два закадычных друга: Сало, за последнее время вновь отъевшийся и теперь напоминавший бульдога, и весело улыбающийся, довольный жизнью Лист. Пока с ними посидел, потом пообедал, провёл некоторое время за книгой по истории первобытных обществ и в который уже раз за день навестил сына, которому стало полегче, и он заснул. Жена постоянно находилась с ним рядом и не оставляла под присмотром няньки дольше чем на пять минут. Хорошая она мать и супруга, и в этом мне повезло. Как говорилось в одном старом фильме, «что ещё надо, чтобы достойно встретить старость?». Впрочем, до старости ещё далеко, а пенсий у нас в стране пока не ввели, так что надо идти работать.

Настроение улучшилось, и я всё же засел за свой ноутбук в кабинете и начал страницу за страницей просматривать показания Балана, который выкладывал о своём ублюдском обществе всё, что только знал. Час шёл за часом, и отвалился я от стола только в районе восьми вечера.

Накинул на себя толстый тулуп и вышел прогуляться во двор. Мне было необходимо пройтись и утрясти всё то, что я сейчас пропустил через себя. На улице с тёмного неба сыплет мягкий снежок. Он ложится на асфальт и приятно хрустит под ногами. Принципиально не люблю зиму, но такую тихую погоду уважаю. Думается без напряжения, а в душе появляется какая-то непонятная лёгкость, которая смывает всю черноту и осадок, оставшиеся после прочтения показаний пятого иерарха.