Меч императора
Шрифт:
– Это асфодель.
– Ваш гербовой цветок? Я думала, что это сказки!
– Как видишь, нет. – Я выдавил из себя усмешку. Лицо Киры стремительно теряло все краски жизни, а руки бессильно обвисли.
– Спасибо, – прошептала она. – Позаботься о Ратеке. Это действительно не больно, и даже приятно. Спасибо, Ви… – глаза её сомкнулись, и я подхватил обмякшее тело.
Из руки Киры выскользнул увядший, потемневший цветок, и, ударившись о землю, разбился легким облачком праха. Тело её медленно расплывалось легким туманом и вскоре растворилось в прозрачном воздухе. Никто и никогда, ни бог, ни демон, ни самый искусный некромант Цитадели теперь не сможет потревожить её душу. Званные гости Вечной Леди, её личная свита, неприкосновенны для земных забот!
Я встал, и бросил последний взгляд на камень, на котором еще минуту назад сидела единственная из женщин, которая могла сказать о себе, что её любил мертвитель.
– Пойдем. – Окликнул я своего нового ученика. – Нам пора. Он вышел из -за дерева, и несмело подошел ко мне.
– Скажи… те, учитель. Ей ТАМ будет хорошо? – не сводя взгляда с того же камня, на который смотрел и я, спросил он.
– Да. Клянусь тебе в этом. Как некромант, и как потомок Края, сына Смерти, клянусь. За чертой ей будет хорошо! – для кого я это говорил? Для него, или же может быть, для себя? Не знаю.
– Тогда пойдем. – Узкая ладошка доверчиво протиснулась в мою. В груди вдруг что-то взорвалось, и я, вдруг, с оглушающей ясностью осознал, что свободен. Свободен от присяги, и любых клятв и обещаний. Любых, кроме одного. Я буду беречь сына Киры, беречь любой ценой, и даже если Вечная Леди, моя прародительница, вдруг явится за ним лично, я найду способ обмануть эту старую суку!
– Не так все просто, мальчик… – интересно, что это за тихий шепот. Показалось?
– Пойдем.
И мы пошли. Я, мертвитель из рода зу Крайнов, острейший и надежнейший клинок империи, с правом судить и карать, и сын той, что я любил, и был вынужден уничтожить.
Да, я клинок, но бывают моменты, когда даже прочнейшему клинку, нестерпимо хочется сломаться, и острым обломком вонзиться в глаз своего хозяина!