Меч и Цепь
Шрифт:
Карл рассмеялся и с силой почесал дракона под челюстью.
– Относительно безобидный.
«Верно», – мысленно хмыкнул Эллегон.
«Что ты тут делал?»
«Я же обещал, что исправлюсь. А Ахира счел, ты можешь попасть в беду. Он послал меня последить за дорогой от святилища в Метрейль. Там я тебя не нашел – ну и решил проверить еще и эту дорогу».
Уолтер кивнул, потом опустился на колени подле воды, старательно отворачиваясь от тела в костре. Он плеснул водой себе в лицо – и холодная влага смыла последние ощущения тошноты.
– Это было очень вовремя, Эллегон.
Из фургона донесся шум, и вор повернул голову.
– Карл, что скажешь, если мы освободим кое-кого?
Карл бросил взгляд на лес.
– Чак, все в порядке. Выходи.
Ни звука.
«Не волнуйся. Он выйдет, когда успокоится. – И с укором: – Вы ему про меня не сказали?»
«Нет. Как-то не до того было. Я не заглядывал вперед». Не заглядывал вперед. В этом – весь Карл. Кстати… Господи…
– Карл, мы ведь отпустим этих людей, да?
Куллинан озадаченно наклонил голову.
– Разумеется. Это своего рода упражнение – надо же нам учиться. В чем…
– Потерпи минутку, ладно? – От холодного ветра по спине бежали мурашки. – Там в фургоне рабов пятнадцать – шестнадцать, так?
– Не рабов. – Куллинан наклонился, поднял манрики-гузари и легонько крутнул ее. – Они больше не рабы.
– И, полагаю, кое-кто из них захочет присоединиться к нам. По крайней мере на время.
Куллинан кивнул, выволакивая из костра дымящееся тело работорговца. Он оттащил его подальше в грязь, а потом порылся у него в карманах.
– Вот, – сказал он, позвякивая медным кольцом с ключами. – И что с того? У нас довольно еды.
– А кое-кто может и не захотеть уходить с нами. Может, им захочется пойти домой.
– И что?
– А то, – нетерпеливо проговорил Уолтер. – Мы даем им денег, может, лошадь, если найдется какой поделиться, машем ручкой и желаем доброго пути. Так?
– Именно. – Карл поднял голову и заговорил громче. – Стойте спокойней, вы, там, – сказал он на эрендра. – Сейчас вас выпустят.
– Черт возьми, Карл, послушай же. Что будет, если они начнут рассказывать о добром великане – друге дракона, заметь, – захватившем сколько-то там пандатавэйских рабов и освободившем их? Слух докатится до Пандатавэя, кто-нибудь сложит два и два и…
Карл посерел.
– И охотники вновь сядут нам на хвост.
Включая весьма симпатичный хвостик Энди-Энди, которая в ближайшие месяцы вряд ли сможет легко передвигаться. Я тоже забочусь о ней, Карл.
– Именно этого мы и стремимся избежать. Так что же нам делать?
Карл Куллинан выпрямился во весь рост.
– Мы освободим их. Точка.
Уолтер пожал плечами.
– Отлично. А как же последствия? – Если ты никогда не боялся обделаться, Карл, тебе меня не понять.
– Что-нибудь придумаем. Так же как что делать с тем метрейльским стрелком. – Он повернулся к фургону, потом умолк. – Ну конечно же. – Он снова повернулся к Уолтеру, на сей раз расплывшись в улыбке. – Ты когда-нибудь изучал экономику?
– Нет. – И каким же, интересно, боком одно с другим связано?
– А вот я изучал. Недолго. – Добродушная улыбка сменилась хитроватой усмешкой. – И между прочим, друг ты мой, именно экономика нам и поможет.
– Ну и?..
– Я тебе объясню – позже. А теперь нас ждут замки, которые надо открыть, и цепи, которые надо сбить. И мне это нравится. Ты как – идешь?
– Конечно.
Почему нет? Их можно или освобождать, или оставлять рабами, а на это Карл не пойдет.
Возможно, им стоило бы заодно и вырезать языки. Я бы не возражал.
Ладно, надо и мне постараться получить от этого столько удовольствия, сколько смогу.
Подходя к фургону, Карл обнял Уолтера за плечи.
– Знаешь, бывают минуты, когда моя профессия мне нравится. И очень. – Куллинан чуть вздрогнул, но улыбка не изменилась.
Ясное дело. Подавлять отвращение к убийству – это одно, принимать кровопролитие с радостью – совершенно другое. В тот день, когда ты начнешь убивать без зазрения совести, Карл, я постараюсь убраться от тебя на другой край света.
– Так ты и правда нашел решение?
– Нашел, Уолтер – причем единственно верное. – Куллинан улыбнулся. – Кстати, если я еще не сказал – так ты был молодцом. Сумей этот часовой воспользоваться арбалетом – нам всем вряд ли бы удалось выбраться. Остальное не имеет значения.
То, что Уолтера вывернуло, к делу, по его мнению, не относилось.
– Спасибо. – Уважение – это приятно. Другой вопрос – стоит ли уважение Куллинана того, чтобы проходить через такое еще раз? Другой ответ: я постараюсь не задумываться над этим как можно дольше. – Но эта твоя идея – не собираешься поделиться со мной?
– Нет. Небольшое разочарование полезно для души.
– Ты ведь не ждешь, что ответ мне понравится?
«Нет, – фыркнул у него в голове Эллегон. – Ни вот настолечко».
Глава 5
ВОЙНА НАЧАТА
Если и могут существовать времена, подходящие для споров и ссор, можно с уверенностью сказать, что они не наши. Во времена, подобные нынешним, человек не должен совершать ничего, за что не был бы готов ответить перед грядущим – и вечностью.
Ахира вздыхал, покачивая головой. Меня провели, твердил он себе. Я должен был сообразить. Должен.