Чтение онлайн

В тот день, когда умер Мелвин, король, черноспинный орел, порвал с Эмерелль. И он не хотел служить королеве. Его гнев и печаль не утихали.

— Нам нужна твоя помощь, Тученырь. От тебя и твоего народа зависит судьба Фьордландии.

Она вызвала в памяти воспоминания о Гисхильде. О королевском замке в Фирнстайне. О диких скалистых ландшафтах фьордов. Она хотела, чтобы король орлов увидел страну и ее жителей ее глазами. Чтобы ощущал все так, как ощущала она. Это было трудно для птицы, так как это был мир, из которого исчезала магия. Как же может возникнуть связь?

— Все это погибнет, если ты не захочешь помочь, Тученырь.

Она вспомнила соловьев, которых послала, чтобы уничтожить корабль рыцарей ордена, вспомнила свою ярость.

Король орлов принялся чистить перья. Он казался обеспокоенным. Его удивило то, что он почувствовал ее гнев, и было неясно, зачем нужно помогать человеческим детям.

— Во имя древнего союза. Они проливали кровь за Альвенмарк. Из-за нас они очень сильно пострадали. Мы не можем бросить их.

Она снова ощутила ярость орла, который не мог оставаться спокойным, когда кровью была заплачена высокая цена, а ожидаемую ответную услугу никто не оказывал.

— Хочешь верь, хочешь не верь, но Эмерелль чувствует то же самое.

Тученырь был убежден в том, что является лишь фигурой на шахматной доске. Он не мог представить, что Эмерелль способна на искренние чувства. Юливее была поражена, обнаружив, что, несмотря на свою неприязнь, король орлов считал Эмерелль хорошей правительницей. Ей было тяжело уследить за мыслями хищной птицы.

Она снова вспомнила о Фенриле. Говорили, что, если слиться с духом птицы хотя бы на несколько дней, это причинит непоправимый вред. Его же не было несколько месяцев. Что с ним будет, если он вернется?

Внезапно ее охватило глубокое чувство стыда. Благодаря мыслям Тученыря она осознала, что никогда не думала о том, какой вред принесен птице. Ей стало так неловко, что у нее запылали щеки.

Юливее почувствовала, что гнев птицы странным образом стал утихать. Теперь орел был глубоко погружен в размышления. Он гораздо лучше умел читать мысли и воспоминания. Юливее снова покраснела, представив себе, что он может в них обнаружить.

Тученырь хотел знать, каким образом нужно помочь человеческим детям. Эльфийка вспомнила истории и множество героических песен, накопившихся за тысячу лет существования союза Альвенмарка и Фирнстайна. Благодаря ее мыслям Тученырю стало легче узнать то, что он хотел. И ее губы тихо, почти неосознанно произнесли:

— Все началось с Мандреда, потом был Альфадас, его несчастный сын Ульрик и дочь Кадлин, великая королева-воительница.

На ум ей пришли также Ньяундред Клинобой и Лиондред, который, подобно Мандреду, не нашел на тропах альвов обратной дороги к людям. Ну а последним был Гуннар Дуборукий, погибший геройской смертью из-за того, что он пекся о продолжении своей династии и союзе с Альвенмарком. Он принес себя в жертву зыбкой надежде, что его дочь Гисхильда, возможно, сумеет открыть путь к счастливому будущему. Затем Юливее вызвала в памяти имена тех, кто должен теперь принять участие в битве. Великие имена, разные народы. Их поведет сам Олловейн.

На короля орлов это, похоже, произвело впечатление, он захотел узнать подробности.

Юливее склонила голову.

— Мне очень жаль. Могу сказать только, что мы спасем принцессу Гисхильду. В ней заключено будущее Фьордландии. Ее держат в плену. Пока никто не знает где. Но, похоже, это такое место, куда можно попасть только по воздуху, поскольку все подходы к этой тюрьме охраняют целые армии.

Король орлов внезапно издал резкий крик. Был ли это смех? Или, может быть, насмешка? Теперь он хотел знать, когда это должно произойти.

— Я не могу сказать — пока не знаю. Она словно сквозь землю провалилась, когда ее похитили.

Тученырь снова издал резкий, пронзительный крик, прозвучавший как вызов ветрам и горам. Юливее почувствовала, что орел считает все это предприятие авантюрой. Но каким-то образом в этом и заключалась для него вся привлекательность. «Это не похоже на Эмерелль» — такую мысль уловила Юливее. И действительно, это совершенно не похоже на план холодной, обычно такой расчетливой королевы. Это поступок отчаяния!

— Ты и твой народ, вы поможете нам? Без вас нам к принцессе не пробраться.

Король орлов вспомнил имена тех, кто будет принимать в этом участие. Это были герои Альвенмарка. Почти всех их он уже видел в битве с воздуха. Он со своими друзьями не раз помогал певцам ветра, находил вражеские стоянки, наблюдал за передвижением войск. Это не всегда было безопасно. Часто приходилось сражаться в воздухе. Тученырь почувствовал радость от ожидания предстоящих событий.

Но от этого ее план не перестал казаться безысходным. Особенно гротескными казались ему корабли. Юливее постоянно приходилось вспоминать виденные ею чертежи. Таких кораблей не было еще никогда. И строили их только для орлов. Они понесут короля орлов и его соратников далеко в чужое море.

Люк видел, как Гисхильда встала и выскользнула из барака. Он спал чутко и знал, что она делает это не в первый раз. Интересно, куда она ходит? Друстана тоже не было. Может быть, они встречаются где-то на улице? Нет… А если даже и так, его это не касается.

Но уснуть теперь он не мог. Что-то там снаружи есть. Иногда пропадают овцы. Волков здесь нет, поэтому подозревали послушников. Им никогда не давали наесться вдоволь… А забить овцу было довольно легко. И место укромное для костра тоже можно найти. Но как пройти мимо магистров, которые спят у входа в барак? Нет, это не послушники.

Люк беспокойно ворочался. Не может же он допустить, чтобы Гисхильда была там, снаружи, одна. Конечно, она не овца и умеет постоять за себя — это он знал по собственному опыту.

И тем не менее… Мысль о том, что с ней может что-то случиться, все больше беспокоила его. Он чувствовал себя ответственным за девочку, пусть даже она пыталась сломать ему нос и мочилась в бассейн Пробуждения. Несмотря на то, что она язычница, она Львица, одна из них. Тьюред наверняка хотел, чтобы Люк за ней присматривал, поэтому и даровал ему чуткий сон. Он должен был заметить, что она уходит. Но выходить ночью из барака запрещено.